Звёздные прыгуны
Шрифт:
– Великий Баньян, я - Золот Балтазар Хадир Карди и мой спутник - Дункан Трегарт от всего сердца желаем утолщения твоим стволам, роста побегам, зелени листьям.
Все это он выдал, обращаясь к... белке!
Сдвиги в психике напарника не только наличествовали, но и прогрессировали.
Это же почувствовал и зверь, махнув облезлым хвостом, "белка" убежала.
Изменения регонсцинировки ничуть не смутили умалишенного, он снова обратился к лесу.
– Пусть ветер благоприятствует твоим спорам. Пусть упадут они на земли врагов твоих, пусть укоренятся и войдут в силу, пусть никто не сметет их с лица матери-планеты...
– Золот, а знаешь, все не так уж плохо...
– на чужой планете, привязанный к стволу, да еще в компании умалишенного.
Не гладя на него, напарник бросил:
– Я не сошел с ума.
– Конечно, никто и не говорит...
– Идиот! Чему тебя только учили! Это - Баньян. Это - планета Баньянов - разумных деревьев, заплетающих всю поверхность. Корни заменяют им нервную систему, лианы - руки, ко всему, они еще и немножечко телепаты, хотя наших мыслей прочесть не могут. На счастье, Баньяны падки на лесть.
– О, величайший из великих, многомудрый среди многомудрых. Пусть отсохнут побеги твоих соседей, пусть истощится под ними почва, пусть тучи заволокут небо над их кронами, а молнии спалят... Ты слышишь?
Трегарт не сразу сообразил, что обращаются к нему. Он напряг слух - в привычном шорохе леса, действительно, угадывались новые звуки.
– Ветки трещат, и что?
– Кто-то идет!
– Животное?
Звуки ломаемого сухостоя перемежались тихой руганью - наверняка путь был не из легких.
Голос казался вполне человеческим.
И он... приближался.
20.
На пространство перед деревьями вышел... человек. Вывернув, насколько возможно в его положении, голову, Трегарт с интересом рассматривал новое действующее лицо.
Ничего необычного - темные с проседью волосы, лукавые глаза под широкими бровями, слегка запущенная борода, лет сорок с хвостиком - на вид обычный мужчина, немного уставший.
– Это он, Баньян?
Золот посмотрел на Трегарта, совсем, как Дункан минуту назад смотрел на него. То есть, как на сумасшедшего. Однако, не сказал ни слова, точнее сказал, но не Дункану.
– Привет, Д'арно.
Новоприбывший поднял глаза.
– Та-ак, кто здесь у нас? Никак верный страж законов и обрядов, гроза богов и агентов, неугомонный борец с инакомыслием - досточтимый Золот Карди!
Золот поморщился.
– Рад тебя видеть, - фраза далась агенту не без труда.
– Кто это с тобой?
– от прищуренных, близко посаженных глаз устремились лучики морщин.
– Никак новенький?
– Дункан Трегарт, - буркнул Золот.
– Алекс Д'арно, - поклонился незнакомец.
– Прыгун?
– Да, - ответил за себя Трегарт.
– Слушай, Д'арно, кончай трепаться, не видишь - мы влипли.
– Надо же! И чего, уважаемые агенты не менее уважаемой Гильдии хотят от меня?
– Поговори с Баньяном, ты же находил общий язык.
– С какой радости?
– Помочь товарищам-гильдийцам выбраться из беды.
– Мня же выперли из Гильдии! Забыл?
– Ты сам ушел!
– Как не уйти - туда не ходи, это не делай, а поступать так - вообще соты!
– Ты поможешь, или нет?
– Попробую, - Д'арно закричал, обращаюсь в чащу, подобно тому, как это делал Золот.
– Эй, Баньян, это я - Алекс, есть разговор!
Лес молчал, Дункан вообще не понимал, каким образом, он может разговаривать.
На одной из нижних веток возникло шевеление - из кроны выбрался ушастый зверек с длинными цепкими лапами.
– А вот и ты!
– Чего надо?
– не слишком вежливо поинтересовалось животное.
Не держи Дункана лианы, он наверняка бы свалился. Зверь - разговаривает!
– Ты меня разве не узнал?
– между тем продолжал Д'арно.
– Ага, помнится, последний раз, ты обещал привезти помет мраканских гусениц - двухлетней выдержки.
– На Мраке сейчас выборы, а на выборы у них всегда революция, иначе - ты меня знаешь - я бы обязательно привез.
– Отговорки, отговорки, у вас - белковых на все отговорки. Теперь ты еще начнешь просить, чтобы я отпустил этих двоих. Горластый так орал, что распугал всех птиц. А птицы, между прочим, клюют жуков-короедов.
– Зачем они тебе?
Зверек равнодушно принялся чесать задней лапой основание уха.
– Повисят - перегной будет, удобрение. Конечно, не помет гусениц, но все же...
– А если я пообещаю привезти тебе две тонны пестицидов?
Зверь даже прекратил чесаться.
– Пести... н-нет, не верю, лучше пусть эти - перегной, - лапа снова пришла в движение.
– Эй, ты мне должен, забыл?
– Это еще за что?
– А кто подлил кислоты в корни твоего соседа - баньяна с дальнего холма?
– Ну-у...
– зверь, казалось, колеблется.
– Кстати, где он теперь?
– Ну-у... наши корневища переплелись...
– Иными словами - холм теперь твой.
– Ну, да...
– Так как насчет, отпустить?
Зверь вздохнул.
– Две тонны пестицидов?
– Да!
– Только самых лучших, концентрированных, запрещенных к применению, а не те, что сыпят эти - защитники природы.