Звездные войны. Американская Республика против Советской Империи
Шрифт:
Марсиане Курта Лассвица человекоподобны и гуманны. Но они тоже «вынуждены» колонизировать Землю, подчиняя себе менее развитое общество землян. В романе «На двух планетах» впервые для мировой фантастики прозвучали темы прогрессорской деятельности и бесконтактного «гуманного» оружия.
Поскольку Британская империя на конец XIX века была самой мощной державой Земли, марсиане начинают свою прогрессорскую колонизацию именно с нее, для начала объявив ее блокаду и разгромив величественный британский флот:
«…флот, состоящий из более чем трехсот кораблей, среди которых было двадцать броненосцев первого класса, начинал продвигаться из Спатедской бухты в открытое море и пытался форсировать запретную зону. Над зоной находилось три медленно плавающих взад и вперед марсианских воздушных корабля. На них был направлен огонь из пятидесяти с лишком орудий крупнейшего калибра. Выстрел за выстрелом направлялись ввысь в подвижную цель. Но напрасно! Марсиане оставались неуязвимы. Спокойно позволили они подойти всему флоту. Впереди по-прежнему двигалась гигантская масса броненосца “Виктор”. <…> Началась и ружейная пальба. Но марсиане не обращали, казалось, на это никакого внимания.
На одном из выходивших из гавани броненосцев был поднят адмиральский флаг. Марсиане, следуя этому обычаю людей, также подняли флаг, обозначавший, на каком из воздушных кораблей находился их верховный начальник. Это был тот самый корабль, который задержал направлявшийся из Гавра пароход. Быстро прошел этот воздушный корабль десять километров, которые отделяли его от английского адмиральского судна, и направился прямо к рубке, в которой находился адмирал, принц кроны, рядом с капитаном судна. Напрасно англичане обстреливали смельчака. Он казался легким облаком, которое без всякого вреда пронизывалось гранатами. И тут случилось нечто совершенно неожиданное. Все ближе подходил воздушный корабль к адмиральской рубке, и каким-то неслыханным чудом, беззвучно, сверкающие листы броневой рубки оторвались и растворились или исчезли воздухе. Командование увидело себя беззащитным перед лицом реющего противника. Но нападения fie последовало. Заглушаемые орудийным громом судов, но отчетливо слышимые, раздались в воздухе английские слова:
— Командующий марсианским воздушным флотом, Дольф, имеет честь просить ваше высочество приказать судам, находящимся под вашей командой, спустить флаги и не позже, чем через час, вернуться в гавань Портсмут. Каждое судно, которое в течение десяти минут не спустит флага и будет продолжать обстрел, а через час не вернется в порт, я должен буду потопить и возлагаю на ваше высочество ответственность за возможные потери.
Не дожидаясь ответа, воздушный корабль исчез. Но еще раньше, чем он вернулся в линию марсианских кораблей, “Виктор” достиг того пункта, которого, согласно инструкции марсиан, нельзя было переступать. Тогда стоявший на страже воздушный корабль опустился по вертикальной линии сзади “Виктора” и приблизился к его корме. Нигилитовая оболочка воздушного корабля, делавшая его неуязвимым, разрушила броню толщиною в пятьдесят сантиметров во столько же секунд. Руль был испорчен репульситовым снарядом. Другой снаряд прошел через судно наискось сверху вниз и повредил гребной вал. Гигантское судно неспособно было больше двигаться. Тогда воздушный корабль поднялся над судном и растопил верхушку капитанской рубки. Выстрелы его не достигали. Борьба с таким неуязвимым противником должна была привести в уныние самых храбрых моряков.
С марсианского корабля раздался голос:
— Весь экипаж — в шлюпки! Судно будет потоплено. Чтобы наши приказания лучше исполнялись, мы должны показать пример.
Капитан видел, что он погиб. Он приказал спустить шлюпки и отчалить. Сам он остался в рубке, решив пойти ко дну на своем судне с поднятым флагом. Шлюпки удалились. Марсианский корабль приблизился своей нигилитовой броней к броненосцу. Стальные стены раздались. Колосс “Виктор” накренился на бок. Воздушный корабль хотел подать помощь капитану, но было уже поздно. С реющим флагом “Виктор” погрузился в волны, которые с шумом сомкнулись над ним и его командиром. Тогда марсиане стали искать его в волнах. Но волны ничего не выносили на поверхность. Марсиане нахмурились. Еще раз корабль сделал медленный круг над водою.
— Мы должны сломить волю людей, — сказал начальник, — но мы не должны губить человеческую жизнь. Воля этого храбреца оказалась сильнее нашей. Он не хотел жить, раз сильнейшее судно на всей Земле было потоплено на расстоянии трех морских миль от порта. Мы убивать не хотели.
Сигнал вывел марсиан из их оцепенения, которое больше походило на настроение побежденных, чем на настроение победителей. Корабль Дольфа вернулся.
— Вперед! — командовал Дольф, — три других броненосца переходят линию. Атаковать их!
Офицер безмолвно повиновался.
“Мы не убийцы”, - роптал экипаж. Но воздушный корабль налетел на второй броненосец и испортил ему руль и машину. Другие марсианские корабли сделали то же самое с остальными двумя броненосцами, пытавшимися перейти линию блокады. Так было приведено в негодность семь броненосцев первого класса. Но марсиане не топили их, так как каждую минуту ждали, что английский адмирал отдаст флоту приказ об отступлении.
Ничего подобного не случилось. Десять минут давно прошли, а флот все шел вперед. Адмирал не мог решиться бесславно сложить оружие, хотя его охватывал ужас перед недостижимым противником.
Марсиане приводили в негодность одно судно за другим. У адмиральскою судна от снесли мачты вместе с флагами. Те из кораблей, которые еще могли двигаться, стремились обратно в порт, чтобы спастись. Но марсиане гнались за ними и портили механизм.
Англичане подняли тогда парламентерский флаг. Mapсиане выставили, как первое условие, удаление всего экипажа с выведенных из строя кораблей. Все находящиеся в гавани торговые суда и лодки были высланы, чтобы взять людей с неподвижных броненосцев. Когда все экипажи и вспомогательная флотилия вернулись в порт, два воздушных корабля появились перед входом в него и объявили, что порт закрыт. Поднявшийся западный ветер погнал испорченные суда в море, где они были подобраны французскими, голландскими и немецкими пароходами, которые в большом числе собрались далеко за линией блокады и наблюдали за загадочным уничтожением британского флота.
То же, что в Портсмуте, только в меньшем масштабе, случилось и во всех других пунктах, где у берега были военные суда. Марсиане ровно в двенадцать часов 6 марта заняли сорока восемью воздушными кораблями всю береговую линию Англии и Шотландии, длиною приблизительно 4800 километров. Таким образом, на один воздушный корабль приходилось около 100 километров берега.
В один день могущество Англии было уничтожено. Ее военного флота больше не существовало. Ярость и угнетение воцарились во всей стране. В Лондоне не знали, что делать, что предпринимать против такого противника. Министерство пало, но не выдвигалось никакого нового. Народный голос, однако, звал к отмщению. Наконец, решено было оказать сопротивление в надежде на помощь извне и на то, что, в конце концов, удастся найти какое-нибудь средство прорвать блокаду. Прошло несколько недель.
В течение этого времени только и слышно было о том, что здесь марсиане потопили вооруженное судно, там разрушили верфь или док. Все попытки проникнуть в запрещенную зону под прикрытием ночи были неудачны. Пролетая расстояние в сто километров в семь-восемь минут, марсианские воздушные корабли освещали своими прожекторами береговую линию как бы дневным светом, и как только судно появлялось достаточно близко, его сейчас же находили. Даже туман не мог служить прикрытием. И никаких известий извне. Торговые сношения были прерваны, все рабочие, связанные с кораблестроением и мореплаванием, были без дела. Жизненные припасы все более и более подымались в цене.
Англия была отрезана от всего мира. Но на Землю прибывали все новые межпланетные корабли с новыми воздушными судами. Последние не шли на усиление блокады, но разыскивали английские военные суда в колониальных водах, угрожая им потоплением, если они не предоставят себя в распоряжение марсиан для использования в колониях. Это имело неожиданно свои последствия. Индия, Канада, австралийские колонии и Капская Земля объявили себя независимыми и назначили собственные правительства. То же самое сделала и Ирландия. Марсианские штаты признали их как суверенные и нейтральные государства, и впечатление от уничтожения английского флота было так велико, что ни одно государство не решилось протестовать против этих политических изменений. Другие народы стремились как можно скорее захватить для себя те рынки, на которых раньше господствовала Великобритания. Английские владения на Средиземном море были мирно поделены между европейскими державами.
Только теперь марсиане решились пропустить в Англию иностранные газеты. То, чего так боялись, случилось. Народы делили между собою английское наследство, мало заботясь о том, в действительности ли умер наследник. Это было толчком. Страх потерять последнее сломил британскую национальную гордость. Англичане просили мира…»
Но не только Британия вынуждена подчиниться давлению извне. То одна, то другая нации бросали вызов марсианам и платили за этой утратой независимости.
И если поначалу гуманисты с красной планеты старались избегать крови, то позднее дело дошло до уничтожения целых городов. До последнего, как обычно, держалась Россия, но и ей пришлось пойти на уступки после того, как воздушные корабли стерли в порошок Кронштадт и Москву.
Казалось бы, землянам грех жаловаться. Марс не только сделал нашу планету колонией, но и преподнес на «блюдечке» самый прогрессивный общественный строй: теперь человечество больше не разделяют границы, а изжившие свое монархии упразднены и заменены демократическими институтами. Больше того, марсиане поделились своими технологиями, повышающими качество жизни и эффективность экономики:
«…В деньгах не было недостатка, наоборот национальное богатство заметно увеличилось, притом во всех слоях населения, и об экономической нужде не было речи. Бесчисленные рабочие руки нашли себе применение при устройстве и обработке излучительных полей, и даже не замечалось истощения почвы, которого так опасались. В связи с развитием изготовления дешевых химических питательных веществ возникли новые способы эксплуатации Земли. Товарообмен процветал».
И все же чего-то не хватает. И в недрах человеческого общества возникает тайная лига, которая выдвигает лозунг «Марсианская культура — без марсиан». Ее руководители скрываются от мести захватчиков на территории Соединенных Штатов Америки, все еще пользующихся относительной автономией. Когда США отказываются выдать вождей сопротивления, марсиане отменяют право землян на личную свободу, фактически низводя их до положения скота. И тогда люди наносят решительный удар по базам оккупантов, размещенным на полюсах Земли. Марсианам приходится уступить, согласиться на заключение мирного соглашения.
Оба романа оказали несомненное влияние как на эволюцию жанра научной фантастики, так и на представления о дальнейших путях развития цивилизации. Поэтому нет ничего удивительного в том, что они нашли почитателей и продолжателей. Фантазия романистов не стояла на месте.
В 1898 году в США издается роман астронома Гаррета Сирвисса «Эдисоновское завоевание Марса» («Edison’s Conquest of Mars»), который создавался как прямое продолжение уэллсовской «Войны миров». В этом романе знаменитый американский изобретатель Томас Эдисон изучает остатки боевых механизмов марсиан. Обнаружив там антигравитационные устройства, он на их основе создает двигатели для космических кораблей, а попутно — боевые расщепители материи. Более ста космических кораблей, построенных объединенными усилиями всех цивилизованных наций, атакуют красную планету. Полярные ледники на Марсе были растоплены, в ужасном наводнении погибло большинство марсиан. Оставшиеся в живых признали свое поражение, после чего Марс стал первой космической колонией Земли… Пожалуй, это первое описание концепции «ковровых бомбардировок», которая станет основополагающей для западных ВВС второй половины XX века.
В 1900 году в Лондоне выходит книга уже не о межпланетной, а о межзвездной (!) войне. Называлось это произведение «Битва за Империю: история 2236 года» («Struggle for Empirea; a Story of the Year 2236»), и сочинил его Роберт Коул. На это раз Землю пытаются оккупировать пришельцы из планетной системы Сириуса, но Всемирная Англосаксонская Федерация дает достойный отпор захватчикам. Сражение происходит в околоземном пространстве, прикрытом полями космических мин и армадами космических торпед. К сожалению, этот роман был настолько плох с литературных позиций, что сейчас мало кто из знатоков фантастики может похвастаться, что читал его, — текст не переиздавался и отыскать его в современных библиотеках представляется непростой задачей.
Воинственность западной фантастики почти не передалась фантастике российской, которая рассматривала Марс как своеобразный полигон утопий. Русские авторы считали, что если красная планета старше, то и общество на ней должно быть разумнее, создаст более прогрессивный и справедливо устроенный политический строй. Вопрос насильственной колонизации Земли рассматривается марсианскими коммунистами в романе Александра Богданова-Малиновского «Красная звезда» (1907), но остается чисто теоретическим, поскольку жители красной планеты ценят самобытность земной культуры и готовы рискнуть собственным будущим ради ее сохранения.
Военные действия в космосе развернулись по воле беллетриста Бориса Красногорского, который опубликовал в 1913–1914 годах «астрономическую» дилогию, состоящую из романов «По волнам эфира» и «Острова эфирного океана».
«По волнам эфира» рассказывают о том, как вымышленная общественная организация «Наука и прогресс», основанная российскими аристократами и крупными капиталистами, строит космический корабль по проекту талантливого изобретателя Валентина Имеретинского. В качестве движителя используется огромное зеркало, — автор заимствовал идею, основанную на гипотезе англичанина Максвелла о световом давлении и изложенную у французских фантастов Жана Ле Фора и Анри Графиньи в романе «Необыкновенные приключения русского ученого» (1889).
Однако в отличие от французов Красногорский понимает всю уязвимость этого проекта, поэтому вводит два принципиальных допущения: изобретатель Имеретинский подобрал достаточно легкий и в то же время достаточно прочный сплав «максвеллий», из которого строится «небесный вагон», а кроме того, экспериментальным путем установил, что сила лучевого давления на границе атмосферы и космоса в 1200 раз (?!) выше измеренной у поверхности Земли. Эти допущения заметно облегчают жизнь персонажам, и полет в межпланетном пространстве уже не кажется технически невыполнимой задачей.
В то время, когда весь цивилизованный мир рукоплещет необычайному предприятию, злобный астроном Густав Штернцеллер вознамерился помешать замыслам русского изобретателя, чтобы отдать приоритет в освоении космического пространства Германии (в тексте она названа дипломатично «Соседней Страной»). Для начала этот коварный тип похищает чертежи и расчеты Имеретинского. Когда строительство «вагона» все же начинается, он пытается убедить членов клуба «Наука и прогресс» в том, что космические экспедиции слишком рискованны и даже если первый пробный полет состоится, то его участникам не следует высаживаться на планеты Солнечной системы, а достаточно изучить их на пролетной траектории. Затем, когда слова не возымели действия, злодей взрывает аппарат, строящийся на Обуховском заводе.
Впрочем, происки Штернцеллера не приносят желаемого результата, и космический корабль, названный «Победителем пространства», подготавливается к назначенному сроку.
Первый полет оказался неудачным: почти сразу после старта «Победитель пространства» попал в метеоритный поток Персеид и увлекаемый им рухнул в Ладожское озеро, где его через несколько дней подобрал пароход.
В следующем романе под названием «Острова эфирного океана» Красногорский с астрономом Даниилом Святским описывают новую экспедицию на «Победителе пространства». События приобретают драматический оттенок. Стартовав 20 сентября 19… года с забытого полустанка на Финляндской железной дороге, космический «вагон» устремляется к Венере. Однако по дороге его нагоняет огромный и хорошо вооруженный корабль «Patria», управляемый вероломным Штернцеллером, который обстреливает российский аппарат из пушек.