Чтение онлайн

На его лице появилось довольное выражение.

— Мне кажется, что я в какой-то степени пришелся ей по душе, но только должен быть осторожен. Ее супруг — водитель грузовика, и телосложение у него, как у танка.

Я бросил взгляд на часы.

— Через полчаса мы едем к Фишеру. Когда мы уедем, я бы хотел, чтобы вы осмотрели бунгало, в котором остановились Лози и Мэнди.

— Значит, вы ее все-таки уговорили?

— Через пять минут после того, как она познакомилась с Лози, она уже была сама не своя.

— Что мне там искать?

— Я просто хочу знать, что имеется с собой у Лози. Оружие и так далее. Просто осмотрите повнимательней. Может быть, наткнетесь на что-нибудь интересное.

— О'кей! — Хикс пожал плечами. — Это все?

— Встретимся завтра перед ленчем, — сказал я, — приблизительно в двенадцать, если мне удастся.

— Вы все уже основательно продумали? — спросил он.

— Все будет зависеть от обстоятельств. Возможно, что попасть к Фишеру будет гораздо легче, чем выбраться от него. Вот над этим я большей частью и думаю.

— А что будет, если он вас не выпустит?

— Значит, вам придется вызволить меня, — ответил я.

— Я ведь сразу был согласен, чтобы лететь в Акапулько, — бросил он с каким-то ожесточением. — Если мне придется вас вызволять, то только ночью, в ранние утренние часы.

— Я всегда догадывался, что у вас чуткий сон, — сказал я.

Охранники у ворот холодно встретили нас и осмотрели багажник. После этого они разрешили нам проехать к дому. Это был настоящий дворец, казалось, что здесь хранятся выкраденные из Голливуда пышные декорации времен немого кино. Когда мы вышли из машины, двери дома открылись. На пороге появились еще два охранника, а позади них ожидал улыбающийся слуга-филиппинец.

— Гуськом, один за другим, понятно? — сказал один из охранников и показал пальцем на меня. — Вы — первый.

Я направился к двери. Лози следовал за мной, потом Колетт и последняя — Мэнди. Внезапно металлический детектор жалобно зазвонил, и большая рука схватила Мэнди.

— О'кей, леди! — сказал охранник. — Выкладывайте!

— Что выкладывать? — удивленно спросила Мэнди.

— Пистолет, нож или что у вас там металлическое?

— Но у меня нет ничего такого! — запротестовала она.

— Вы здесь гостья, леди, — сказал охранник со вздохом. — И мы не хотим никаких неприятностей из-за вас. Детектор установил, что при вас есть что-то металлическое, поняли?

— Металлическое? — Мэнди на секунду задумалась, а потом лицо ее прояснилось. — Мне кажется, я могу вам это показать.

Она приподняла подол юбки чуть ли не до талии. Ее стройные ноги туго обтягивали черные чулки, державшиеся на крошечных подвязках.

— В этом отношении я старомодна, — заявила Мэнди. — Эти подвязки имеют металлические замочки, понятно?

— О'кей, леди! Одно могу сказать: ваши ноги — самое грозное оружие, которое мне приходилось видеть.

Мэнди хихикнула и опустила юбку. Лози схватил ее за руку и грубо потянул вперед. Его глаза злобно блестели. Я направился к Колетт вслед за ними, а филиппинец сделал приглашающий жест, который означал, чтобы мы следовали за ним. Коридор, по которому мы пошли, был очень длинный и заканчивался сводчатой дверью. Мы вошли в эту дверь и очутились в зале огромных размеров с потолком не менее пяти метров высоты и галереей, которая тянулась с трех сторон. По всему залу была расставлена мебель самых различных эпох и стилей, начиная от античной и кончая самой современной.

Филиппинец одарил всех нас лучезарной улыбкой.

— Леди и джентльмены, — сказал он приветливым тоном, — мистер Фишер сейчас будет. Разрешите мне принести вам что-нибудь выпить?

Мы высказали свои желания, и он исчез.

— Вот это комната! — протянула Мэнди. — Настоящая королевская зала!

— И страшно безвкусная, — добавила Колетт. — Я знала, что она вам понравится, Мэнди.

— Возможно, вы и правы, — ответила Мэнди голоском маленькой девочки, — но надеюсь, что, когда я достигну вашего почтенного возраста, у меня вкус будет не хуже.

Колетт что-то хотела ответить, но в этот момент появился филиппинец с подносом, на котором красовались полные рюмки.

Через несколько секунд в эти же сводчатые двери вошли еще трое.

В центре шла женщина-блондинка. Ее волосы цвета спелой пшеницы были уложены на голове в высокой прическе, что подчеркивало нежную горделивость ее шеи, а глаза были какого-то необыкновенного фиолетового оттенка. На ней было длинное вечернее платье из белого джерси, кажущаяся простота которого еще больше подчеркивала ее элегантность. Сидело оно на ней великолепно, плотно облегая красивую фигуру и подчеркивая все округлости, так что внезапно наряды Мэнди и Колетт показались мне страшно вульгарными.

Мужчина, шедший справа от блондинки, был плотный, с густыми вьющимися волосами и густыми усами, казалось, он дышал жизненностью. Ему было лет сорок. Темно-карие глаза сидели глубоко в глазницах. На нем были темный костюм и пестрая рубашка — сама по себе комбинация чудовищная, но на нем она смотрелась. Другой мужчина был лет на десять старше, высокий, худощавый, с тронутыми сединой висками и очками в толстой оправе — тип мыслителя.

— Я — Шелдон Фишер, — сказал высокий мужчина густым голосом. — А это — мой партнер, Хэл Дибори. — Потом он с улыбкой взглянул на блондинку. — А это — Джулия.

— Пол Донован, — сказал я и представил других.

— Прошу простить за все формальности при вашем прибытии, — сказал Фишер. — Но в наши дни нужно быть осторожным.

— У вас, действительно, не дом, а крепость, — сказал Лози.

— Так оно и есть, — самодовольно сказал Фишер. — Мой дом — моя крепость. Зато здесь человек может расслабиться и отдохнуть.

Филиппинец опять принес напитки и роздал их желающим. Все устроились в плетеных креслах, которые стояли в центре зала. Фишер и Дибори с блондинкой — с одной стороны, Мэнди, Лози, Колетт и я — с другой. Минуты две мы болтали о том о сем, а потом Фишер деловито кашлянул.

— Джулия, — сказал он, — может быть, ты покажешь дом этим леди? Это их наверняка заинтересует.

— Конечно, — скучным тоном сказала блондинка. Она поднялась.

— Возьмите с собой свои бокалы, милостивые сударыни, — благозвучно посоветовал Фишер. — С ними будет менее скучно.

Он подождал, пока все три женщины не удалились, а потом посмотрел на меня.

— Поскольку сегодня у нас лишь предварительный разговор, — бросил он небрежно, — то я подумал, что мы успеем поговорить и до ужина.