Чтение онлайн

— Он сказал, чтобы я поспешила, а когда я не послушалась, ущипнул меня за зад, — пожаловалась она. — До сих пор болит.

— Вы знали, что плавательный бассейн снабжен устройством для подслушивания? — спросил я Джулию.

— Нет.

Она посмотрела на меня, ее глаза расширились от страха.

— Вы думаете, Шелдон слышал наш разговор о моем супруге?

— Во всяком случае, он слышал достаточно..

— А потом Лози и Дибори набросились на него? — спросила она. — Не могу себе представить, откуда у этого маленького ничтожества по имени Хэл появилось мужество.

— У него даже хватило мужества, чтобы выстрелить Мануэлю в затылок! — безжалостно сказал я.

Лицо Мэнди внезапно неестественно побледнело.

— Пол, дорогой, — сказала она лепечущим языком, — я знаю, что говорила, что охотно бы приехала сюда, а теперь выходит, что здесь очень опасно, да?

— Чего вам бояться после того, как вы переспали с Куртом? — спросила Колетт голосом мягким, как воск.

— Когда мужчина вливает в любовный акт немножко садизма, мне это тоже нравится, — сказала Мэнди с краской на лице. — Но после того, как нам все рассказал Пол, можно подумать, что Курт превращается в жаждущего убийств маньяка, а может быть, и во что-то более страшное и мерзкое.

— Перестаньте причитать, — резко сказала Колетт. — Лучше давайте подумаем, что нам теперь делать.

— Правильно! — подхватила Джулия. — Что нам теперь делать?

— Выпьем еще чего-нибудь, — ответил я.

— О, Боже ты мой! Тебя ни о чем нельзя спросить! — Мэнди фыркнула, и ее нижняя губа выдвинулась вперед. — Я уже говорила, что у тебя не позвоночник, а какая-то мокрая и скользкая прокладка!

— Это все не решает проблемы, — вмешалась Джулия. — Может быть, подумаем о чем-нибудь конструктивном?

— Но Пол здесь единственный мужчина! — запричитала Мэнди. — Только он сможет что-то предпринять.

Я прошел к личному бару Фишера и налил себе выпить. При этом я буквально чувствовал, как три пары глаз буравили мне спину.

— Может быть, я ошиблась, а вы правы, Мэнди, — сказала Колетт. — Он действительно ни на что не годится.

— Не будьте так несправедливы, — сказала Джулия. Мое сердце учащенно забилось.

— В данный момент действительно он ничего не может сделать, пока мы заперты.

Внезапно в ее голосе появились возбужденные нотки.

— У меня есть идея! Когда они откроют дверь, мистер Донован может спрятаться за ней, а мы отвлечем внимание того, кто войдет, пока мистер Донован не даст ему по затылку.

— Отвлечем? — спросила Колетт.

— Ну, я так думаю… Ведь мы все голые, не так ли? — сказала Джулия.

— У плавательного бассейна мы тоже были голые, — сказала Колетт, — но я что-то не заметила, чтобы Курта это отвлекло.

— Мы могли бы, например, сделать вид, что жаждем его всей душой, кто бы это ни был, — благонравно заметила Джулия. — А потом…

— А, заткнитесь вы! — фыркнула Колетт. — Вы еще хуже Мэнди!

После этих незатейливых словесных оплеух женщины решили, что благовоспитанность в данной ситуации неуместна, и между ними началась бурная перепалка.

Я сидел, попивая свой напиток, и с некоторой горечью думал о том, что один из моих снов, свидетельствовавших о наступлении половой зрелости, стал действительностью: я находился один в комнате в обществе трех обнаженных красавиц.

Через некоторое время Мэнди поняла, что ее интеллект не в силах больше отражать изысканные оскорбления своих более развитых соперниц, и выровняла положение тем, что наградила обеих пощечинами. После этого она осталась одна во вражеском лагере. Враждующие стороны, быстро заключив между собой союз, схватили ее, бросили на кровать и стали хлестать по заднице.

— Мы напрасно теряем время, — сказала Колетт минутой позже. Она тяжело дышала. — Ей это даже начинает нравиться.

— Бисексуальная тварь! — с отвращением сказала Джулия. Они с презрением отвернулись от нее и подошли ко мне. Мэнди осталась лежать наедине со своими вздохами и стонами.

— Что-нибудь выпить, мои дамы? — спросил я с надеждой.

— Знаете что, Колетт? — сказала Джулия глухим голосом. — Он мог бы стать великолепным евнухом!

— Я хотела бы что-нибудь выпить, — сказала Колетт в изнеможении. — Все это начинает становиться смешным.

— Кто тебя навел в Лондоне на след Мак-Ларена? — спросил я ее.

— Клод Бочар.

— Он рассказал тебе о Мак-Ларене?

— Нет, Курту.

— Ты просила меня сказать Мак-Ларену, как только я его увижу, чтобы он не возвращался в отель, потому что там его ожидают люди Фишера. Кроме того, ты сообщила, что вы организовали за ним слежку, но потом потеряли из виду.

— Правильно, — сказала она.

— Откуда ты знала, что люди Фишера нашли отель, в котором жил Мак-Ларен?

— Мне об этом сказал Курт.

— Кто следил за Мак-Лареном, а потом потерял его из виду?

— Курт.

— Как мал мир, — сказал я спокойно. Ее лицо внезапно побледнело.

— Ты хочешь сказать, что Мак-Ларена убил Курт?

— Похоже на то.

— Этого не может быть! — В ее блестящих карих глазах буквально застыл немой крик. — А как же тогда с Сугденом и с Хендриксом в Париже?

— Все это игра, — ответил я. — Они своей цели достигли. Курт, видимо, нанял Сугдена, чтобы тот сыграл перед нами роль человека Фишера. Когда он понял, что это его последняя роль, было поздно.

— А Хендрикс? — прошептала она.

— Видимо, это был один из парижских знакомых Лози, кто подходил для этой роли.

— Ты считаешь, что он мог просто так убить двух… нет, трех человек, преследуя какую-то свою гнусную цель?

— Я думаю только то, что думаю, — сказал я. — И ты не должна забывать, что Курт — садист. Он наслаждался этими убийствами.

— О, Боже! — прошептала она. — Лицо ее было мокрым от слез. — И зачем только?

— Как ты догадалась взять Курта в помощники после того, как был убит твой брат?

— Он время от времени исполнял обязанности курьера, — тихо сказала она. — Я знала, что мой брат доверял ему.

— Интересно, твой брат не мог передавать через него деньги Фишеру?

— Понятия не имею, — ответила она.

— Но это не исключалось?

— Не исключалось.

— Именно таким путем он и мог познакомиться с Дибори, — сказал я. — Дибори, видимо, рассказал ему о том, что произошло с Джулией и что это означало для Мак-Ларена.

— Но это только предположения, Пол.