Чтение онлайн

Она часто слышала жалобы на тяжесть воздержания, тролль задери такую жизнь, но никогда не слышала даже намека на жалобу на капитана, его управление или оплату за работу. Здесь не восхвалялась на каждом шагу его щедрость и удобство условий труда, да это было бы и не возможно, учитывая, что команда сплошь состояла из отъявленных преступников, грубых и жестоких как внешне, так и в своих мыслях, но это было и ни к чему.

Общее умонастроение людей было спокойным, и это невозможно было не отметить. Сначала Аю поразило то, что после памятного дня ее похищения, когда, столкнувшись лицом к лицу с некоторыми людьми команды и ощутив на себе их неприязненное отношение к ней, она не услышала в свой адрес больше ни одного ругательно слова. Ая вскоре даже перестала вздрагивать от ненавидящих взглядов, которые бросал на нее Вэрэгес — первый из команды, с кем ей пришлось встретиться. Несмотря на злобные молнии, метаемые на нее из-под косматых бровей, Ая каким-то женским чутьем понимала, что он ничего ей не сделает — здесь слово капитана было нерушимо.

Неприязненно смотрел на нее и Дэос, чернокожий матрос с сильной склонностью к мистификации происходящего, однако и он после внушения капитана не осмеливался высказывать свое мнение вслух по поводу того, что возможно, на корабле появилась ведьма.

Старпом, Роб, казалось, и вовсе ее не замечал — он была для него не больше, чем томящиеся в трюме курицы и овцы, предназначенные в пищу. Просто по разрешению капитана одна такая курица или овца гуляет по палубе и дышит воздухом, не более того. Возможно, он и проявил бы к ней интерес, если бы, как товару, ей угрожала опасность, но этого не происходило, и Ая отметила, что он смотрит на нее как бы вскользь, взглядом управляющего, осматривающего все ли в порядке с собственностью хозяина.

Остальная команда, немногочисленная для корабля данных масштабов, активно старалась не замечать ее, и мало чего особенного произошло с девушкой за три недели плавания. Но однажды, во время ее прогулки по палубе, в первый день четвертой неделю пути, один молодой матрос, уроженец южного побережья, о чем говорили его темные кудри, смуглая кожа, карие глаза и нос с характерной горбинкой, выкрикнул ей вслед какие-то слова, смысла которых Ая не поняла, осознав потом, что наверняка это была какая-то скабрезность.

Этот матрос не заметил капитана, стоящего на верхней палубе и подошедшего к перилам совершено незаметно, со свойственной ему бесшумной кошачьей грацией. Матрос, что-то выкрикивающий в адрес Аи и отчаянно жестикулирующий руками, совершая в воздухе поступательные движения, осекся на полуслове, оборвав сам себя, поймав желтый взгляд капитана, направленный на него. Инстинктивно обернувшись на восклицание, Ая впервые в жизни увидела, как в считанные секунды смуглая загорелая кожа приобретает землистый цвет, а глаза стремительно светлеют. Южанин замер с открытым ртом, не договорив того, что начал, а в посветлевших глазах его плескался совершенно первобытный ужас. Тоненькая струйка крови потекла из носа, по подбородку, обогнув пухлые губы, и закапала на палубу. В следующий момент матрос упал на колени, с плетьми болтающимися по сторонам руками, даже не делая попыток поднять их в защите или сложить в мольбе.

Ая стремительно обернулась на капитана, до смерти напуганная увиденным. Она ожидала увидеть, что капитан использует какой-то магический атрибут для наказания своего человека, но не увидела ничего. Руки его были спокойно сложены на груди, и во взгляде не было даже тени негодования. Казалось, он совершенно не воздействовал на сознание так испугавшегося его южанина.

Не зная что делать, как помочь человеку всего лишь сказавшему в ее адрес два слова, и теперь так жестоко наказываемому, Ая с мольбой уставилась на капитана. Она понимала, что стоит ей попросить его помиловать этого человека — и того можно считать покойником, слишком трепетно относился капитан Льер к собственному авторитету в глазах команды. Можно было бы и не гадать о закономерном результате, если капитан услышит совет о том, что ему следует делать, причем совет от женщины и от своей пленницы. Ая не сомневалась, что он не преминул бы продемонстрировать своим людям, сколь высокого мнения он о любых советах и просьбах, обращенных к нему на его корабле.

Капитан перевел взгляд на полные мольбы глаза Аи, и некое подобие усмешки показалось в одном уголке его твердой складки губ. Никак не отреагировав ни на ужас, стоящего перед ним на коленях, бледного как смерть и истекающего кровью человека, ни на полный мольбы, взгляд своей пленницы, он развернулся на каблуках и удалился ровным, спокойным шагом.

Ая инстинктивно рванулась к молодому южанину, чтобы как-то ему помочь, но он отскочил в сторону как ошпаренный, и, даже не подняв на нее взгляд, устремился прочь практически бегом.

— Доктор! Ему нужен доктор! — воскликнула Ая, сама не понимая к кому обращается — все матросы, находившиеся на палубе, занимались своим привычными делами, опустив глаза и не глядя на нее.

— Вагак не нуждается в услугах доктора, лерра Ая, — раздался голос у нее за спиной, — И девушка вздохнула с облегчением: из всей команды с ней разговаривал только доктор Лиен, единственный, кроме нее самой и капитана, образованный человек на борту Портовой Шлюхи. Казалось, что приказ капитана не проявлять к ней никакого интереса на него совершенно не распространялся. Впрочем, это было объяснимо: почтенный возраст, особенное положение на корабле — доктор был одновременно как бы внутри команды, и казался не имеющим к ней отношения. Невооруженным глазом было видно, что с капитаном его связывают особенные отношения, и Ая даже предполагала, что это могут быть некие родственные связи, настолько лерр Лиен чувствовал себя свободно и уверенно в общении с желтоглазым хищником.

Они могли подолгу беседовать, играть в шахматы и в нарды в кают-компании, доктор был практически единственным, кто был вхож в каюту капитана, и от которого тот мог услышать какой-то совет и сразу же воспользоваться им на глазах у всей команды.

— Но он, он же истекает кровью, что с ним произошло, это какое-то магическое вмешательство в разум? Браслет подчинения? — спросила Ая.

— Лерра, наш капитан не использует инструменты вмешательства в психику своих людей, предпочитая искреннюю преданность безвольному подчинению. Он умеет добиться повиновения своим авторитетом.

— Я видела это повиновение, доктор! Я, своими глазами, видела его только что! Этот несчастный до ужаса, до одури боится этого вашего авторитетного капитана, не прибегающего к пыткам!

— Этот несчастный испугался справедливых последствий собственному неповиновению воле капитана, только и всего. Он, как и остальные члены команды, осведомлен о вашем особом положении на корабле. Вас запрещено беспокоить и проявлять к вам непочтительность, принцесса. Оскорбив вас сейчас и сделав вам непристойное предложение, — Ая покраснела, она могла только попытаться предположить, что сказал ей матрос, — Он проявил непочтение к распоряжению вышестоящего. А любое неповиновение карается смертью. Это морской закон.

— Это варварский закон!

— Это справедливый закон, дитя. Мы в море. Здесь капитан — царь и бог для всех нас. И любое слово его должно выполняться раньше, чем он его произнесет. Морская дисциплина — гарантия успеха любого предприятия и безопасности наших жизней. Если не согласен слепо верить капитану — никто не держит. Люди здесь не в рабстве, они трудятся добровольно, и пусть им бывает очень тяжело, но за это они получают очень хорошие деньги.

Ая понимала, что доктор совершенно прав и говорит логичные и разумные вещи, но ужасная сцена того, что страх способен сделать с человеком, все еще стояла у нее перед глазами.

— Так не применялось никакое воздействие, доктор? И кровь пошла из носа у этого человека от его собственного страха?

— Этот человек умирал от своего страха, лерра. И умер бы, если бы капитан его не пожалел.

— Пожалел?

— Да, и это очевидно не только мне, лерра, но и всем, кто это видел, как очевидна и причина его жалости. Сейчас прошу меня извинить, у меня дела.

— Лерр доктор, один только вопрос: вы не придумали, как проверить мой магический потенциал?

— Не сейчас лерра, поговорим об этом вечером, — и доктор, кивнув на прощание, удалился, оставив Аю в раздумьях по поводу увиденного. С одной стороны, он была шокирована, и ей было жалко пострадавшего за свою глупость человека, с другой, она не могла не радоваться тому, что все обошлось. Единственное, во что она не верила из всего, что сказал доктор — это в то, что капитан пожалел этого матроса. У этого странного человека с желтыми глазами тигра каждый его шаг был просчитан на несколько ходов вперед, поэтому девушке и не верилось в его спонтанные порывы.