Чтение онлайн

— Хорошо, — вдруг перебила она, снова внимательно посмотрев на Сергея, — Я вас поняла. Буду готовить кофе…

— Вы не подумайте… — еще более разволновался Сергей.

— Да нет, почему же, — снова перебила девушка краснея лицом. Работа как работа. Я понимаю — притирка, акклиматизация… Все новички, наверное, через это проходят.

— Не стоит обижаться, — выговорил Сергей. — Некомпетентность и отсутствие опыта подчас стоят жизни.

Девушка молча и серьезно посмотрела на него затягивая паузу.

— Я вам полностью доверяю, — сказала она тихо.

Группа Густава вернулась ближе к концу рабочего дня.

— … - сказал он Сергею заходя в его кабинете. — Этот стажер…., такой… Начерта мы его взяли?

— Не нервничай, — попытался успокоить Густава Сергей, почему-то улыбаясь. — Лучше обьясни все толком.

— Расставили, блин, зеленых на просторе, — потихоньку беря себя в руки, начал Густав. — Сам ведь знаешь их мозги. А наших я поставил на слабых участках. Дал команду. Все вроде пошло хорошо. Никаких видимых проблем. И тут на тебе — наш стажер лопухнулся — упустил троих из банды. А мог бы и всех, — благо, мы подоспели.

— Главного хоть взяли?

— К счастью.

— Ну и нормально, — абсолютно благодушно заметил Сергей, а Густав удивленно посмотрел на своего начальника.

— Позови ко мне стажера, — заметив недоуменный взгляд своего подчиненного, сказал Сергей.

— Да я его уже в медпункт отправил.

— Что, сильно попало?

— Потрепали конечно, — пожал плечами Густав. — Не так чтобы очень… Но на всякий случай… Мало ли что.

— Ну хорошо, как появиться, сразу ко мне.

— Есть, — зачем-то четко произнес Заборский и вышел из кабинета.

Сергей соединился с медпунктом. Со стажером ничего страшного не произошло, но для профилактики врачи решили проколоть его от столбняка — падая юноша порезался о старую ржавую арматуру.

Отключив видеофон он мельком посмотрел на часы — до конца рабочего дня оставалось еще целых двадцать минут. А завтра — Новый Год. Праздник для него вообще-то грустный — потому что семейный. А когда у тебя никого нет из близких людей, то ты обречен на тоскливое одиночество. Хотя в прошлом году у него была попытка провести этот праздник вдвоем, но от этого остались одни неприятные воспоминания. И скорее всего придется выпить с хозяевами по стаканчику, посмотреть телевизор и спать. Хотя нет, спохватился он, с хозяевами как раз и нельзя — шеф запретил. Интересно — почему? Впрочем, что тут непонятного. Их дочка — фигура сейчас значительная, наверняка под сильной охраной и наблюдением — как своих, так и противников. А значит, стоит мне засветиться, как тут же попаду в черные списки со всякими бесконечными проверками и перепроверками. Начнут лезть к нашему отделу — а не ведете ли вы господа хорошие какую-нибудь игру против нашего главного министра? А если нет, то тогда что делает ваш человек в этом окружение? Ах, простое совпадение?! Не смешите! Кто же в это поверит? И т. д., и т. д… Работа у них такая. Да и мы ведем себя точно так же. Впрочем, что это я? Черт с ней, с этой работой.

В зале никого не было — пустынно и тихо. Народ скорее всего разбрелся по этажам. Хотя вход в помещения других отделов был запрещен, но на самом деле, когда много лет работаешь с кем-то под одной крышей, и к тому же и вне работы имеешь общие интересы, то почему бы и не зайти (и не пропустить)? На носу всетаки такой праздник, и сейчас, естественно, фактически никто не работает, слоняются без дела в нетерпении ожидая восемнадцати часов, когда с веселым шумом начнут освобождаться и сдвигаться столы и из сумок и многочисленных пакетов извлекутся всевозможные яства, закуски и напитки.

Сергей прошел между пустующими столами, поправил редкие праздничные украшения, поднял отвалившуюся бумажную снежинку, приклеил ее на стекло кусочком воскового пластилина. И в этот момент легкий подозрительный шум из аппаратной привлек его внимание. В углу тесной комнаты, разложив на белой крышке ксерокса вяленную рыбу, Густав с Закиром неторопливо потягивали пиво, ведя при этом светскую беседу.

— Самое лучшее пиво — это светлое троечка. Остальные, типа «Черный принц», «Юбилейное» или та же девяточка — это уже на любителя, особенно темные сорта… Все-таки не каждый их может пить. А троечка универсальна — она для всех. А особенно она хороша с похмелья…

— Это точно, — подтвердил немногословный Густав. — Но тут, кстати, и однерочка идет.

— Н-е-ет, — Закир отрицательно помотал в воздухе рыбьим хвостиком. — Однерочка… она как-то ближе к воде… А у нас возле дома точка одна была… Пиво разливное классное поначалу варили, тем более что без консервантов. А потом они стали туда димедрол забодяживать. Канистру выпил — и отьехал.

— Да, — неопределенно согласился Густав пиная незаметно своего собеседника под столом.

— Шеф, присоединяйтесь, — предложил как ни в чем не бывало Закир, оборачиваясь и неуклюже подвигаясь вместе со стулом. — Густав классную рыбеху принес. Не смогли удержаться.

— Ну а как же проводы Старого года? — улыбнулся Сергей, беря свободный стул и присаживаясь рядом. — Или вы на этот раз обойдетесь без водки?

— Пиво без водки, деньги на ветер, — усмехнулся Закир. — Я шучу, добавил он поспешно. — Просто, какие проводы без водки? Так, смех один. Год был вроде не очень плох, зачем же нам его обижать? А пиво это все-таки ритуал, это для удовольствия. Кстати, и новичков надо бы обмыть, тем более что состоялось их первое крещение… Густав, я что-то не вижу стаканов. Или вы из горла? Нет? И правильно. Сейчас сбегаю.

Закир, быстро допив свое пиво, выскользнул из тесной и плохо освещенной комнаты, оставив их вдвоем.

— Не понимаю я нынешней моды пить пиво из бутылки, — неторопливо произнес Густав, подавая Сергею листок бумаги под рыбу. — Никакого удовольствия. То ли дело прозрачный стакан — во-первых, жидкость видна как на ладони, а, значит, удовольствие получаешь не только через вкусовые ощущения, но и через органы зрения. Во-вторых, пена… Это такое наслаждение, опустить губы в пену…

— Ба, наши мужчины уже пьют! — притворно возмутилась вошедшая Алла ведя за собой Лану. — И без нас. Фу, как некрасиво.

Девушки были слегка разгоряченные — видно уже где-то у соседей пропустили по стаканчику, а возможно, и не по одному.

Алла небрежно взяла из рук Густава очищенный от шкурки и чешуи кусочек рыбьей спинки.

— Рыба — это моя слабость, — сказала она, скинув ноготком парочку прилипших чешуинок.

— Ну вот… налетели… из рук все выхватывают, — проворчал Густав, оглядывая оставшиеся на импровизированном столе одни очистки.

Сергей с сомнением повертел в руках свой еще не начатый и протянул его Лане. Она, помедлив, взяла.

— Обожаю, — произнесла Алла, с наслаждением вгрызаясь ослепительными белыми зубами в еще не успевший как следует подсохнуть кусочек горбуши.

— Да у нас еще есть, — проговорил Густав, доставая из пакета оставшуюся половину рыбехи.

— Хорошо, тогда мне хвостик, если можно, — тихо сказала Лана, возвращая назад свою дольку.

— Я так и думал, — сказал ворчливо Густав. — Самое сухое обязательно заберут.

Если бы я был без ума от девушки, подумалось Сергею, и она бы подала мне собственными руками очищенный кусочек рыбы, я бы обязательно его сьел, и не стал бы возвращать. Впрочем, у женщин своя логика. Или я слишком многого хочу?.. Но и все же…