Чтение онлайн

Мрачнейших демонов моих питает этот рык

У меня пошли мурашки по коже. Он кого-то убил? И ему это понравилось?

Следующее стихотворение было ещё хуже.

Он снова писал про убийство — ещё одного невиновного. Описывал, как ликовал зверь внутри него и требовал большего. Его светлая сторона взывала к разуму, и я понимала, что речь идёт о внутренней борьбе человеческой и драконьей формы.

Ниже он написал: «Никогда больше». Как бы ни было тяжело сопротивляться, он не может отнять ещё одну жизнь.

Но на этом всё не заканчивалось. Он писал один стих за другим о том, насколько тёмным он был. Насколько безумным и психованным он был. Он даже написал стих про Табиту, называя её своей снежной королевой.

Это взбесило меня вновь.

Я дошла до стихотворения, которое было совсем жутким, о плоти и новых убийствах. Ещё один человек, не знаю, сколько ему было. Я захлопнула книгу и бросила её обратно в тумбочку.

Он был таким злым. Таким тёмным. И с этим психопатом у меня дент.

Раньше я чувствовала себя в безопасности рядом с Блейком, но теперь я по-настоящему боялась и хотела держаться от него как можно дальше.

Не могла заснуть. Не могла перестать думать о том, что только что прочитала.

Я молилась, чтобы мне не приснились кошмары об этом, ведь тогда этот урод поймёт, что я читала.

На следующий день я пыталась выкинуть его стихи из своей головы, но не могла.

Все эти бедные люди.

Вот, что он имел в виду в тот день, на горе, когда сказал мне, что боится, что я узнаю всё то дерьмо, что он сделал, и больше не захочу иметь с ним ничего общего. Вот, что это было за дерьмо — упоение убийствами.

Да как вообще я могла в него влюбиться? Всё из-за этой маски, которую он надел на себя.

Он мастерски показал свою доброту, но это всё не было настоящим. Он зло во плоти. Я никогда не должна была заявлять на него права.

— Земля вызывает Елену, — Бекки выдернула меня из мыслей обо всём этом.

Я улыбнулась ей и запихнула в рот уже остывшую яичницу. Все уже доели, кроме меня.

— Так что скажешь?

— Что? — я даже не слышала вопрос.

— Ладно, выкладывай, что стряслось? Сначала ты пошла спать прям супер рано, затем заперлась в своей комнате. А теперь ты витаешь где-то в облаках.

— Как ты узнала, что я заперлась?

— Мама хотела принести тебе какао, но дверь оказалась закрыта.

— Я просто хотела побыть одна, — я покачала головой и обратилась к Люсилль: — Можно я пойду?

Она посмотрела на мою тарелку с тревогой в глазах.

— Ты едва прикоснулась к еде.

— Я не голодна. Простите за вчерашнее.

— Всё хорошо, иди, — улыбнулась она, и я встала из-за стола и пошла.

Всё утро мне не давал покоя этот журнал. Я пыталась рисовать, пыталась не думать об этом. Я даже побегала кругами по комнате. Но когда держаться больше не было сил, я снова взяла журнал, открывая его Розовым Поцелуем.

Я пролистала до стихотворения, на котором остановилась вчера, и не стала дочитывать.

Следующее… ну, оно было немного другим. Реально другим.

Тёмные дни, мрачные ночи,

Всё борюсь я, что есть мочи,

Время вечно, мир огромен,

Но вижу лишь тьму, ничего кроме,

Мощное чувство пробуждает меня,

Наследница здесь, наступает заря,

Я вижу вдруг свет — быть того не может,

Моя всадница здесь, она мне поможет,

Освободит меня, и станем мы дентом,

Все ночи сменятся рассветом,

Я искуплю свою вину,

Я вижу лишь её одну…

Это было написано той ночью, когда я пришла в академию Драконию, или на следующий день, когда он понял, кто я и почему моё появление разбудило его. Я прочитала пару стихов после этого, они описывали его замешательство. Он солгал мне о том, что его ничуть не интересовало, как им удалось отправить меня за стену. Он задавался этим вопросом постоянно, раз за разом, и его бесило это — судя по тому, как чернила въелись в бумагу.

Там были и всякие заметки между стихами. Множество упоминаний рыжих волос. И про Фила. Он любит писать шифрами. Например, что ещё за К.О. Он постоянно писал, что ему нужен К.О. Фил был с этим как-то связан и ещё один парень. Твою мать, что если этот К.О. — это типа такой наркотик? Он реально принимал наркотики?

Боже, он же совсем конченный. Как я этого не поняла?

Я ахнула на следующей странице. Он писал про Ирэн. Холодок пробежался по моей коже. Он с Ирэн?.. Я начала вспоминать свой первый год в академии. Он постоянно к ней ходил, постоянно. В ночь, когда на нас напали драконы, он ушёл с ней. Ни за что в жизни бы не подумала, что они могли встречаться. А как же Табита? Он вообще любил её или просто использовал как прикрытие?

Эта новость ударила по мне сильнее, чем я думала. Меня тошнило от них обоих. Ирэн и Блейк. Ей же триста лет. Фу. Хотя Эмануэлю тоже было триста лет, и мы чуть было не… Я не могу об этом думать.

Я чувствовала тошноту. Надо убрать этот дневник обратно.

Блейк был прав. Я совершенно не хочу иметь дело с ним, кем бы он там, на хрен, ни был.

Я же вообще ничего не знаю об этом блядском ублюдке.

Днём снова достала дневник и снова прошлась по всему тому, что выяснила.

Он не любил Табиту на самом деле так, как я думала, если у него была интрижка с Вайден.

Она могла потерять свою работу из-за этого.

Даже думать об этом не хочу.

Дальше было ещё одно стихотворение.

Я и сила, и мощь вовек,

Я — огонь и ярость — я,

Мне не нужен ни зверь, ни человек.

Я и суд себе, и судья.

Тёмные мысли твердят:

«Противься её притяженью».

Моя болезнь против леченья.

Её свет взывает ко мне, маня,

Но как от страшнейшей чумы

Я скрываюсь в плаще

Из тьмы.

Чёрный бархат познания

Окутывает зов её пламени,

Что с каждым днём всё сильней,

Отталкивает это в ней.

Приливы моего бытия

Под властью её притяжения —