Звезды без грима. О кумирах шоу-бизнеса, кино и спорта
Шрифт:
Естественно, что существовала целая система званий и титулов для артистов, работников искусства и других работников культуры. В частности, были заслуженные деятели искусств (масштабом от автономных республик до СССР), заслуженные и народные артисты России (и других союзных республик), а также заслуженные и народные артисты СССР. А кроме того, члены различных творческих союзов: писателей, кинематографистов, художников, композиторов, журналистов и т. п.). Высокие титулы давали много привилегий. Например, народный артист СССР имел право на хорошую квартиру, разрешение на поездки за рубеж, отдых в правительственных санаториях, право на отдельную комнату в Кремлевской больнице в случае болезни, на самые дефицитные и дорогие лекарства и т. д. [113]
113
См., например, воспоминания народной артистки СССР оперной певицы Галины Вишневской: Галина. История жизни. М., 1992. С.158, 159.
Естественно, что эти традиции способствовали развитию у наших современных «звезд» более сильного чувства элитарности и превосходства над простым народом, чем в других странах. Усиливают эти традиции и корпоративность, выражающейся не только в семейственности, но в еще одной особенности российских людей известности, которую можно назвать клановостью. Они, для того чтобы было легче бороться за место в эфире и за свою долю информации, нередко сплачиваются в группы и группки. Но по внутренней организации, дисциплине, взаимоподдержке, жесткости борьбы с чужими эти группы чем-то напоминают «кланы» или особого рода «тайные общества». Условно их можно так называть потому, что туда подбираются уже не по принципу родства, а по принципу личного знакомства и поручительства от определенных проверенных членов. И причем только люди, готовые соблюдать неофициальную, неписаную иерархию и дисциплину и быть лично преданными лидерам. И средства поддержания дисциплины тут тайные и неофициальные. Но все это тщательно скрывается от посторонних глаз.
Главная цель таких объединений — всеми силами продвигать своих людей во все передачи и занимать под любым предлогом лучшее время по разным каналам. Группа «Аншлага» и родственных ему передач дает все основания считать их подобным обществом [114] . Судите сами. Телевизионные передачи «Аншлаг» (телеканал «Россия») и «Кривое зеркало» (Первый канал) «зачастую «меняются» актерами. Одни и те же артисты, кроме многочисленных вариаций «Аншлага» («Аншлаг и Кo», «Аншлаг представляет», «Авоська «Аншлага», «Аншлаг» на Алтае, «Аншлаг» на Волге и т. д.) на канале «Россия» выступают в программах «Кривое зеркало» и «Комната смеха», а на Первом канале — в «Смехопанораме» и «Шутка за шуткой». Действительно, куда ни глянь, везде «Аншлаг»! [3]. По выражению обозревателя Баканова, «юмористическое» телевидение давно поделили низкопробные «Смехопанорамы» и «Аншлаги», а настоящих артистов разговорного жанра, кажется, навсегда спрятали за грудь жены Петросяна Елены Степаненко [1].
114
Ефим Шифрин еще называет «Аншлаг» «семьей» (Светлана Мазурова. Ефима Шифрина развели в «Аншлаге». РГ-Неделя, 1824 февраля 2005, с. 16). Он употребляет это слово в хорошем смысле, но как-то сразу возникает ассоциация с другими, итальянскими, «семьями». Да и выход Шифрина из «семьи» связан со скандалом и полуторамиллионным иском, который он подал за использование своих работ.
Да и юмор молодых сатириков не радует многих, в том числе и таких известных представителей этого жанра как, например, Аркадий Арканов [115] . Одним из лидеров аншлаговской «семьи», несомненно, выступает ведущая Регина Дубовицкая, «творческая сторона» передачи, по определению Шифрина. Но, думаю, тут он польстил Регине. Скорее, она сторона организаторская и дисциплинарная, чем творческая.
Эмиль Золя говорил, что остроумие часто граничит с полной глупостью. Насчет остроумия этих передач вопрос очень спорный, а вот глупости, действительно, там больше, чем нужно. Один журналист, например, пишет, что от юмора Степаненко и Петросяна у него делаются нервные судороги. Также очень много шуток «ниже пояса» [116] . Словом, качество выступлений и юмора падает, а процент грубости и пошлости в этом юморе растет. По поводу таких выступлений вспоминается забавная история из романа Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна». Гек, друг Тома Сойера, плыл на плоту с негром Джимом. По дороге к ним присоединились два жулика, которые решили в одном городе устроить представление «Только для мужчин». Оно заключалось в том, что один из мошенников должен был голым проскакать по сцене. Это называлось «королевский жираф». Проходимцы сделали хороший сбор и успели удрать с деньгами от одураченных зрителей. Но в другом городе им повезло меньше. Их вываляли в смоле и перьях и на шесте пронесли по улицам. Как часто и нашим зрителям вместо творчества показывают «жирафа», и как жаль, что сегодня нельзя таких, с позволения сказать, артистов проучить подобным способом.
115
Юрий Бородин. Аркадий Арканов: Я уже не вписываюсь в жанр…». ДЗД, 1824 июня 2004, с. 10.
116
Выражение Геннадия Хазанова.
Таким образом, сегодня ситуация такова, что со стороны в этот мир юмористов талантливому человеку хода нет. Да и как же тут кому-то еще пробиться, когда «юмором» заполонили всё одни и те же. При этом цех сатириков (мастеров разговорного жанра) даже еще более закрыт, чем другие. Если певец еще может заплатить за демонстрацию своего клипа, то для сатирика — это почти нереально. Хотя в будущем, возможно, и станет доступным.
Клановость ярко проявляется и в наличии замкнутых группировок вокруг продюсеров, некоторых режиссеров, других лидеров шоу- и кинобизнеса. Об этом еще будет речь, так же как и о дорогах, ведущих в эту элиту. Сейчас же только еще раз повторю, что честных и достойных путей туда мало, а таланту без связей и денег пробиться почти невозможно.
Глава 5
«За стеклом», или «Почет не живет без хлопот»
Всем, конечно, известна передача «За стеклом». Но, оказывается, подобные идеи не давали покоя предпринимателям уже давно. Так, еще в 20-е годы прошлого века во Франции один из издателей, чтобы привлечь внимание к новой газете, задумал рекламный трюк. Он объявил, что на глазах у публики в течение недели Жорж Сименон напишет роман в 10 тысяч строк. Его посадят в специальный стеклянный ящик, где он будет строчить на любую указанную тему. Хотя идея в итоге провалилась, но слухи превратились в миф, и многие уверяли, что видели знаменитого автора детективов о комиссаре Мегрэ в стеклянном ящике [117] .
117
Мария Некрасова. Жорж Сименон: Криминальная драма. КИ, июнь 2003, с. 146.
Для меня этот факт выглядит очень символичным, поскольку показывает, как велико любопытство относительно частной жизни знаменитостей. Многие и в самом деле не прочь поселить их за стеклом, чтобы досыта глазеть на них. Вот только стоит ли? Ведь люди известности в обычной обстановке мало напоминают звезд, которых мы видим на сцене или экране. Говорят, сатирики в жизни весьма скучны. Например, Аркадий Райкин часто выглядел усталым, даже потухшим, пах лекарствами. Но на сцене его было не узнать. Он молодел, по собственным словам, на тридцать лет, становился изящным и элегантным. Да и разве человек может быть все время на подъеме? Конечно, нет. Чтобы выложиться даже в течение часа перед публикой, надо набраться эмоциональной и физической энергии, а после выступления — отдохнуть и расслабиться. Иными словами, знаменитости выставляют себя в наилучшем виде именно в своих творениях или на сцене, а в текущей работе или быту они могут быть вовсе и не такими «пушистыми» и яркими, а то и не особенно приятными в общении людьми. Во всяком случае нимба над головой у них нет.
У каждого положения и профессии есть свои изъяны и недостатки. И чтобы быть объективным, мне хочется в этой главе поговорить об «изнанке» славы, о том, что делает жизнь звезд не такой уж красивой и беззаботной, какой она кажется из зрительского зала. Это не значит, конечно, что она труднее жизни других слоев, что быть бедным и неизвестным лучше, чем богатым и известным. Нет, если бы преимущества не перевешивали недостатков, к славе бы не стремились. Но все же нет роз без шипов, поэтому не стоит забывать о негативных и вовсе не пустячных вещах в жизни знаменитостей.
Есть выражение: «Искусство требует жертв». Оно в определенной мере подходит и к звездам. Хотя для сегодняшней ситуации более верной была бы фраза: «Известность требует жертв». Есть и еще одно выражение, которое будет весьма кстати: «Положение обязывает». Так определяет поговорка необходимость выполнять некоторые вещи, которые часто делать не хочется. Легко ли держать вес и соблюдать диету, мотаться по гастролям, подчиняться дисциплине телевыступлений? Отнюдь. Но это делается, потому что в среде людей известности существуют особые корпоративные требования, часть из которых очень обременительна. Особенно если они связаны с открытостью их жизни, необходимостью все время быть на виду, поддерживать свою физическую форму и внешний вид, нравиться поклонникам. Вот обо всем этом мы и поговорим.
Думается, главной «издержкой производства» людей известности является публичность. Ведь чем больше народа знает о человеке, тем сильнее он попадает под наблюдение. В какой-то мере слава делает ее обладателя общественным достоянием, то есть каждый считает себя вправе интересоваться его личной жизнью, интимными подробностями, мелкими деталями. Аспектов и тем, связанных с жизнью и деятельностью известных людей, которые обсуждаются в СМИ, множество. Но, разумеется, среди них есть «коронки», которые всегда интересны: бракиразводы, внебрачные дети, тайные и открытые романы, скандалы любого рода.
Возник такой интерес не сегодня. Газетчики уже не менее двухсот лет ищут сенсации и неординарные материалы для ежедневного номера именно в этом направлении. Агата Кристи говорила, например, что, когда у нее произошел разрыв с мужем, из-за любопытства прессы она «чувствовала себя как лисица, которую свора гончих настигла в ее собственной норе» [118] . А с появлением все новых технических средств: фотографии, кинокамеры, телекамеры, аудиозаписывающих устройств и т. п. жизнь известных персон в этом плане стала еще сложнее. Они, говоря словами разведчиков, находятся «под колпаком», или, используя название вышеуказанной передачи, их жизнь проходит за прозрачным стеклом, сквозь которое многое видно постороннему глазу.
118
Антонина Варьяш. Другая жизнь Агаты Кристи. КИ, июль 2003, с. 166.