Чтение онлайн

— Твое чудесное возвращение! — удивился дед.

— Извини, деда, — я смутился. — Конечно. Я побежал?

Дед вздохнул.

— Да. Не забудь залить полный бак, в Москве, передавали, опять перебои с бензином.

Кивнув я вышел из кабинета. Накинул плащ, свистнул Тирана, и вышел под дождь. Гараж у нас стоит очень неудобно, далеко от дома, наверное, рассчитано было на то, что к машине прилагается безропотный и непромокаемый шофер.

Пока я, спрятавшись от дождя под козырек крыши возился с замком, Тиран возбужденно носился вокруг. Надеялся, наверное, что я возьму его с собой. Нет уж. Во-первых сиденье потом оттирать придется, такую грязь развезло. А во-вторых, раз уж ворье в Москве распоясалось, пусть в доме будет надежный охранник.

— Дядя Петя!

Тиран, решивший, что прозевал возможную опасность, зарычал. Я дернул его за ошейник и помахал рукой мальчишке, просунувшемуся через ограду.

— А про вас по телику передавали!

— Ну и как?

— Круто!

Алешка был сыном бизнесмена, не то снимавшего, не то купившего одну из соседних дач. Славный мальчишка.

— А где вы были, дядя Петя?

Словно не знает, хитрец. Уже месяц при встречах интересовался, когда я полечу на Сириус.

— На Хикси-43.

— Сириус?

— Ага, — я наконец-то справился с замком.

— Там камни красивые? — задумчиво поинтересовался Алешка. Я усмехнулся.

— Красивые. Я тебе привез несколько.

— О! — завопил Алешка, подпрыгивая. — Спасибо, дядя Петя! Ни у кого из ребят еще сириусянских камней нет!

Здорово, наверное, собирать в детстве такую коллекцию — маленькие кусочки чужих планет. Брать их на ладонь — и представлять себя отважным первооткрывателем далеких миров. Я вздохнул. Да уж… первооткрывателем… настанет ли день, когда Земля сможет назвать какую-нибудь планету Земля-2?

— Ты забеги попозже, — попросил я. — Мне сейчас в город надо съездить.

Алешка явно огорчился, но постарался виду не показывать.

— Ладно.

— А то садись, прокатишься, — предложил я.

— Не, дела, — мальчишка поднял над оградой руку с огромным сачком. — Охота!

— И много воробьев наловил?

— Ни одного. Пуганные, — Алешка вздохнул. Вряд ли он испытывал недостаток в карманных деньгах, скорее — азарт. — Дядя Петя, а чужие их точно не едят?

— Нет. Инопланетная органика ядовита.

— Какая же она инопланетная?

— Для чужих, балбес!

Алешка хлопнул себя по лбу.

— Летающие животные — огромная редкость в Галактике, как ни странно, — объяснил я. — Их содержат для красоты. В больших вольерах, чтобы могли летать. На самом деле, птицам у чужих получше чем на Земле живется.

— Это здорово, — серьезно сказал мальчишка. — Я не стал бы их ловить на еду. А вы вечером со мной не сыграете? Мне такую игру притащили, там эта… фрукт… фруктальная…

— Фрактальная.

— Да! Плавающая фрактальная графика сверхвысокого разрешения. Во!

— Посмотрим. Если мне дед разрешит телефон занять — сразимся.

Алешка понимающе кивнул — мол, знакомые проблемы… Я махнул ему рукой и пошел заводить машину.

Про бензин дед был прав. Во всяком случае, я заметил, что на московских улицах маловато машин. Вначале я направился прямо к «Елисеевскому», потом вспомнил просьбу Эльзы Шредер. Слава Богу, я по-прежнему был в «трансаэровской» куртке, и письмо терпеливо ждало во внутреннем кармане. Вздохнув, я развернулся, двинулся назад по Огарева и припарковал старенькую «дюжину», которую дед не менял из патриотических соображений, напротив Главпочтамта.

Не верю я в скорость нашей почты. Лучше тут письмо брошу, быстрее дойдет до Франкфурта.

Кинув жетон в счетчик на тротуаре я оплатил стоянку, и побежал к почтамту. Несколько прохожих глянули на меня с легкой заинтересованностью, но, кажется, никто так и не узнал.

Слава — вещь недолгая. Вот если бы я отвел «Спираль» от падения на Москву, то жители бывшей столицы меня бы узнавали долго. А так…

За письмо пришлось еще и доплачивать. Я разменял «спейсбаксы» на рубли, наклеил на конверт две марки по тридцать копеек и бросил письмо в ящик. Привет, господин Шредер, добропорядочный немецкий буржуа. Твоя красавица-жена скучает и шлет приветы.

Брать машину с парковки было глупо. Я прошел через переход и окунулся в пахучее нутро «Елисеевского».

Приятное зрелище — изобилие вкусной еды. Уж на что я равнодушен к гастрономическим изыскам, а какие-то древние инстинкты выплеснули в кровь адреналина и начали нашептывать: «Все! Все — и побольше!»

Борясь с инстинктами я начал обход прилавков. Первым делом на глаза попалась ветчина — нежирная, как просил дед. Я кивнул улыбчивой продавщице, и проделав в уме несложный расчет выпалил:

— Семьсот тридцать два грамма «Деликатесной» ветчины, пожалуйста…

Наверное, не стоило так буквально исполнять просьбу деда о «трех зухрах»…

Улыбка девушки стала напряженной, но она все-таки попыталась выполнить просьбу. Виртуозности ее можно было позавидовать — розовый пласт лег на весы, и она поинтересовалась:

— Семьсот тридцать. Добавить?

Чувствуя себя негодяем я замотал головой.

— Нет, спасибо. Я… пошутил.

Вымученно улыбаясь девушка завернула ветчину в пленку, я расплатился и двинулся дальше, зарекшись на будущее приводить точные числа. Это не переговоры по межзвездной торговле, и не расчет джампа… это просто хороший продуктовый магазин.

…Через четверть часа я все закупил. И ликеры, и беттен хорошей телятины. С двумя пакетами в руках выскочил из гастронома, двинулся по тротуару, и был остановлен негромким голосом:

— Внучек…

Бабулька стояла метрах в пяти от входа. Явно специально, чтобы охрана магазина не сразу заметила попрошайку. Классическая нищая — в чистой, но ветхой одежде, древняя-предревняя… Дед всегда говорил, что нищенствующие у роскошных магазинов не беднее школьного учителя или участкового врача… но при этом продолжал им подавать.

Остановился и я. Порылся в кармане.

Бабка смотрела то на меня, то на вход в магазин. Зрение у нее явно было «еще то», несмотря на возраст.

Я протянул ей рублевую бумажку. Вылавливать в карманах медь, когда я только что накупил продуктов на сотню, было бы гнусно.

— Ты космонавт, внучек? — спросила бабка. Скорее утверждающе, чем вопросительно. Куртка моя была слишком уж характерная.

— Да.

— Скажи… — бабулька снова оглянулась, и успокоенная отсутствием милиции продолжила: — Ты был там…