Чтение онлайн

– А еще там у соседа ульи! – порадовал Богатов. – Сейчас пчел разбудите, загрызут!

– Ой! – вдруг раздался Митин вскрик.

– Что? – перепугалась Таня.

– Я упал! Арчи, стой!

– Пойдем посмотрим, – предложила Садовникова.

– Теть-Тань! – завопил вдруг. – Тут что-то дохлое!!!

Она оттолкнула Дениса, первой бросилась вверх по лестнице. А пес надсадно и тоненько завыл.

У Садовниковой в жизни случалось немало опасных ситуаций. Но сейчас – успела отметить, пока бежала, – сердце забилось сильнее, чем когда на саму пистолет направляли. До чего уязвим становится человек, если за кого-то в ответе!

Но с Митей ничего страшного не случилось. Поднялся с земли, отряхивал землю с коленок. Арчи сидел рядом, продолжал надсадно подвывать. Свет фонаря с телефона Дениса высветил оскаленную морду дохлой кошки.

– Фу, гадость какая, – не удержалась Татьяна. И прикрикнула на Арчи: – Тихо!

Пес послушно умолк.

На вершине горы – заросли колючих кустов, ветки, доски, горы гниющих листьев.

– Отец сюда мусор стаскивал, – объяснил Денис.

– А что с кошкой случилось? – Митя боязливо покосился на мертвое животное.

Богатов присмотрелся:

– Она много лет тут бегала, я ее помню. От старости, видно, сдохла. Коты всегда выбирают укромное местечко, чтоб умереть.

Протянул Мите телефон с включенным фонариком, велел:

– Принеси снизу лопату. Похороним ее.

– Прямо здесь?

– Ну или пакет найди какой-нибудь. Оттащим на помойку.

– Давай лучше в земле. Как положено, – серьезно ответил мальчик.

Таня его одного не отпустила. Вместе сходили за лопатой, Денис быстро выкопал могилу, Митя отыскал в свалке мусора на горе пару булыжников, соорудил надгробие. У Садовниковой настроение испортилось окончательно. Осознала, что ночевать предстоит в доме, где совсем недавно умер человек, а тут еще кошка эта! Поневоле вспомнились свободные отпуска в приятных местах – Париж, Венеция, Карибы…

«Ладно, – утешила себя. – Море здесь тоже есть. А от грустного я максимально дистанцируюсь».

Танина мама категорически не одобряла, как дочка выстроила свою жизнь. Чужой ребенок на попечении. Непонятный мужчина Денис – авантюрист, человек без профессии и определенных занятий. Да еще посмел загулять с профурсеткой, Танюшка переживала. А как понадобилась ему – приполз, уболтал, утащил ее девочку непонятно куда.

Валерий Петрович успокаивал бывшую супругу:

– Тане давно было пора взять ответственность за кого-то, кроме себя. И научиться прощать – тоже.

К Денису Валерий Петрович питал непонятную для себя слабость. Юля права, неподходящая он партия для Танюшки. Но Ходасевич считал: многое можно простить человеку, который бросил все силы (и огромные деньги), чтоб попытаться спасти когда-то любимую женщину и бывшую «боевую подругу» [3] . Да и нынешний его порыв – купить отцу дом, о котором тот мечтал всю жизнь, – вызывал глубокое уважение. Падчерица тоже зарабатывает неплохо, но в голову не приходило хотя бы спросить: хорошо ли ему живется в однокомнатной квартирке на первом этаже?

Никогда бы, конечно, не позволил себе взять у девушки материальную помощь. Но Богатову – благородному и щедрому – благоволил.

Когда Таня с ним советовалась, прощать ли Дениса, Ходасевич сказал твердо:

– Прощать необязательно. Но поддержать в сложной жизненной ситуации надо.

Тем более самому казалось: не зря Богатов беспокоится. Отец-пенсионер вдруг умирает на фоне относительного здоровья. И на счету у него – тридцать восемь миллионов рублей. А местные полицейские даже на труп выехать не удосужились.

Денис перед вторым визитом в Абрикосовку снова ему звонил, советовался. И Валерий Петрович сказал:

– Обязательно надо выяснить, сохранились ли деньги. В полиции тебя, вероятно, пошлют и делать запрос не станут. Но нотариуса потряси. У него возможности есть. Будет упираться – подмажь.

Но пока что Денис не выяснил, целы ли отцовские деньги. Озадачил другим: подруга отца, некая Наталья, оказалась женщиной с двойным дном.

В поликлинике местной – медицинская карта на фамилию Летунова. Полиса нет. Номер паспорта некорректный.

– Откуда знаешь?

– Бота в «Телеграме» спросил. Дом тоже ей не принадлежит. Вроде бы оформлен на мать. Но продавец покупательницу в глаза не видел. Есть подозрение, что и ее паспорт – тоже. По ксерокопии договор составили, и Наталья сама расписалась.

– А телефон мобильный у Натальи имеется? – спросил Ходасевич.

– Есть. Вне зоны действия глухо. Я номер пробил – тоже через бота. Зарегистрирован на некую Ферузу Фархатову. Похоже, от кого-то скрывалась дамочка. Или что-то замышляла.

– Сколько лет она в Абрикосовке живет?

– Больше десяти.

– Работала где-то?

– Нет.

– Друзья, круг знакомых?

– Друзей точно не было, жила очень замкнуто. Круг знакомых пытаюсь установить. Хочу выяснить, когда точно она исчезла. Но даже если узнаю – что дальше? Как искать, куда отправилась? Уехать можно из многих мест – Новороссийск, Туапсе, Горячий Ключ, Сочи. Тем более, неизвестно, на какую фамилию она билет покупала.

– А скинь-ка мне данные на ее родительницу.

– Как раз хотел попросить, – благодарно отозвался Денис. – Раз она собственность на нее оформляла, вряд ли паспорт фальшивый.

Обычно Таня ходила на море ближе к закату, но на российском юге в конце сентября отчетливо пахнет осенью. Денис сказал:

– К пяти совсем холодно станет. Так что купаться надо – как НЕ рекомендуют на солнцезащитных кремах – в самые жаркие часы дня. С двенадцати до четырех.

– А ты с нами пойдешь? – с надеждой спросил Митя.

– Не собирался, – взглянул на сразу погрустневшего мальчика, добавил: – Но постараюсь.

Два километра до пляжа Таня запланировала отшагать пешком. Но едва вышли за калитку и взяли бодрый темп, мимо с ревом промчался квадроцикл.

– Вот это вещь! – Митя остановился, в восхищении уставился на технику.

А квадрик лихо развернулся, притормозил рядом. За рулем – загорелый синеглазый парень. Заглушил мотор, с любопытством спросил:

– Вы, что ли, дом дядь-Юры купили?

– Нет, мы в гостях. Вместе с его сыном.