Чтение онлайн

Митя и Денис погрустнели. Но она твердо сказала:

– Манипуляциям не поддаюсь.

– Тогда капитан уходит в отставку, – вздохнул Богатов. – Иди, Митяй, за штурвал.

Мальчик сразу повеселел, пересел, крикнул:

– Куда держим курс?

– Вон за тот мыс! Там по графику у нас пикник. Рядом с крабовой пещерой.

– Ну нифига себе, как его там – опять Фоксман?

– Фолкленд, – поправила Таня.

Швартоваться Денис Мите не дал – из воды снова отчетливо проступали острые скалы, – но сам лихо прошел опасный фарватер. Выгрузились.

– А где крабовая пещера? – подпрыгивал от нетерпения Митя.

– Пойдемте покажу.

Прошли по берегу, остановились у скалы, наполовину уходившей под воду.

– Надо разуться и подойти со стороны моря.

Обошли огромный камень.

– Вот. – Богатов показал на небольшую полость чуть выше кромки воды.

– Ничего себе! – завизжал Митя.

Все пространство кишело крабами. Большими и маленькими. С почти прозрачными панцирями и угольно-черными. Шустрыми и медлительными.

– А вот предводитель. – Денис показал на самого огромного, с злыми глазами, брызжущего капельками слюны. – По-моему, тот самый, что и в моем детстве. Ну или достойный его наследник.

Митя с восхищением посмотрел на монстра. С уважением сказал:

– Палец точно оттяпает.

– Такой и руку откусит, – заверил Богатов.

– А что, теть-Тань, очень похоже, – серьезно сказал мальчик.

– На что?

– Ну вы в лодке говорили. Про злодея-профессора.

– Согласен, – кивнул Денис. – Соратники – на виду, впереди. Он – в самой глубине. Скрыт за толпой, но наблюдает и все планирует.

Таня вгляделась в темноту, и показалось ей: если глаза рати и малышей ничего не выражали, то суровый патриарх смотрел осмысленно и сурово.

– Зажарить бы тебя, чтоб не пялился, – пробормотала.

– Такого не выковыряешь, – отозвался Денис. – Сначала надо всех, кто вблизи, положить. И рядом с ним наверняка есть запасной выход. Так что все равно смотается.

Таня отвернулась от гипнотического крабьего взгляда. А Митя никак не мог наглядеться, пусть и жаловался:

– Он мне теперь сниться будет.

– Ничего. Мы тебя защитим, – заверил Денис. – Все, юнга, бегом собирать ветки, на берегу их полно. А мы с мамой очаг будем строить.

Таня хотела поправить, что не мама она и совместный с Богатовым очаг ей не нужен. Но в глазах Мити светилось столько надежды, что пришлось промолчать.

17 сентября

Всегда сложно с людьми, у кого полторы извилины. Но хотя ай-кью у соратницы на уровне, близком к олигофрении, обойтись без нее – никак. Да и надо отдать должное: умела Ритка своим крошечным мозгом и глазками-пуговицами ухватить детали, недоступные развитому интеллекту Милы.

Тайный путь к дому Юрия Михайловича нашла именно она. Пришлось согласиться: идея хороша. Пусть номера на машине левые, лишний раз светиться, да еще в деревне, им не с руки.

Установку первого контакта Мила провела без сучка без задоринки. Стариков нынче пытаются просвещать, первый пункт в полицейских памятках: никогда не вступать в общение с незнакомыми. Коллеги, кто работает на телефоне, на этой стадии теряют до девяноста пяти процентов потенциальных жертв – запуганные пенсионеры просто бросают трубки. Поэтому шеф и придумал ноу-хау: обязательное предварительное знакомство. В роли «вашего нового участкового» у Милы не всегда получалось выступить убедительно, но сыграть сотрудника госбанка ей удавалась блестяще. В больших городах приходилось понервничать – слишком много камер и настоящих консультантов. А в Абрикосовке все будто специально для нее. Банкоматы – в тридцати метрах от офиса, на улице. В отделении – единственная сотрудница, и той совсем не до того, чтобы проверять: какие такие девушки дают клиентам советы по поводу использования приложения и быстрой оплаты ЖКХ.

«Понравиться. Вызвать доверие. Помочь» – обязательная триада для первого контакта. Юрий Михайлович ни на секунду не усомнился: он общается с настоящей сотрудницей банка. Компетентной. Дружелюбной. И просто очень милой. Так что, когда на следующий день они с Ритой явились к нему домой, принял, словно добрых знакомых.

Традиционный зачин («С вашего счета производится попытка мошеннического снятия средств») прошел без сучка без задоринки. Пенсионер быстро продемонстрировал все обязательные реакции (растерянность, страх, гнев). И сам (что тоже вдохновляло) спросил:

– А что теперь делать?

Но дальше ситуация стала развиваться не по плану.

В установочных данных значилось: старик живет один, сын – за полторы тысячи километров, в Москве. Иных родственников или близких друзей не имеется, образ жизни – уединенный, замкнутый. Однако только Мила приступила к самому важному – описанию алгоритма действий, – раздался звонок.

Рита (в их паре она традиционно играла роль сотрудницы службы безопасности банка) точно по инструкции рявкнула:

– Не открывайте! Это представитель мошенников!

Но Юрий Михайлович подскочил, выглянул в окно, просиял:

– Наташенька!

И, хотя Рита пыталась его удержать, бросился во двор.

– Кто это? – растерялась Мила.

Рита, нахмурившись, наблюдала через окно. Процедила:

– Баба его, видать.

Внезапное явление постороннего на данном этапе дела – почти всегда провал. Мила вскочила:

– Уходим!

– Погодь, – усмехнулась подельница. – Ты свое балаболь. А я эту попробую уболтать.

И едва пенсионер в сопровождении своей дамы вошел в дом, подхватила гостью за локоток:

– Пройдемте.

Та растерялась:

– Вы кто?

– Наташа, я сейчас все тебе объясню…

– Не разглашать конфиденциальную информацию! – рявкнула Рита.

И почти волоком утащила Наталью в соседнюю комнату. Подельнице успела сделать знак: продолжай.

Мила справилась с дрожью в голосе, перешла к следующему этапу («В мошенническую схему втянуты многие сотрудники банка, в том числе те, кто работают в вашем офисе»).

Старик вновь подпал под ее убедительное обаяние, слушал вовлеченно, кивал. Мила работала на максимум – сочетать психологический прессинг с техниками гипноза, да когда посторонний в доме, крайне сложно.

Про Наталью ее стараниями Юрий Михайлович не вспоминал, но сама она очень нервничала. Все ждала: сейчас раздастся гневный вопль, гостья попробует ворваться в комнату, вмешаться в разговор. Но все было тихо. Только показалось – что-то тяжелое вроде стукнуло. И потом сразу тишина.

Старикашка, по счастью, ничего не услышал.

Он – чего и добивалась – проникся к ней теперь абсолютным доверием. Финальная часть прошла феерично: сам выразил готовность немедленно перевести все свои средства на безопасные счета.