Чтение онлайн

Метнулась обратно. Лифт, по счастливому совпадению, ее будто ждал. Влетела внутрь, нажала девятый – последний. В любом другом городе – все шансы уйти через чердак, по крыше. Но в проклятой Москве, конечно, заперто.

Миниатюрная фомка всегда при ней. На бегу вытащила из кармана. Ударила. Сбила замок. Но минуту, пока возилась, потеряла. Едва ввалилась на чердак – за спиной шаги, мужские крики. Не уйти ей. Все равно возьмут.

Выбралась через маленькую дверцу на крышу. Вокруг дома черно – спецназ. А еще трое – уже здесь, совсем рядом, держат на прицеле.

Что лучше: опять долгие годы за решеткой? Теперь, раз рецидив, – на строгом режиме? Или разом со всем покончить?

Не сомневалась ни секунды – подскочила к краю. Последние мысли смешные: «Милка как-то сказала: даже в гробу надо хорошо выглядеть. А у меня не вышло. Жаль. И котят селкирк-рексов я никогда разводить не буду…»

Страшно прыгать. Но другого выхода нет.

И шагнула в бездну.

Девочек своих Милорд всегда держал на расстоянии. Да, в лицо знали, но и только. Никакой о себе информации. Все телефоны, с которых общался, – исключительно левые. Номера на машинах – тоже.

С четырнадцати ноль-ноль он ждал отчета от Риты с Еленой. Но ни в два пополудни, ни в три на связь они не вышли. В пятнадцать десять набрал сам – один телефон вне зоны доступа, второй отозвался бесконечно длинными гудками.

В процессе работы бывают, конечно, непредвиденные задержки, и ответить на звонок возможность не всегда есть. Но сейчас отчетливо понял: девки прокололись. Зря он, конечно, выпустил на сложное дело неопробованный тандем, да еще в Москве.

Жаль, но что поделать. Не всегда финал карьеры – как мечтается – бывает фееричным. Ладно. Закончим на прошлых – весьма неплохих – достижениях.

И Милорд немедленно рванул в аэропорт. Билет приобрел по пути. Благополучно добрался до Шереметьево. Зарегистрировался на рейс до Мале. Без проблем прошел паспортный контроль. В чистой зоне в очередной раз открыл «Телеграм».

Да, решение немедленно покинуть страну оказалось абсолютно верным.

Пока сообщали только о самоубийстве «одной из мошенниц» – ранее судимой Маргариты М. Но в скудных кадрах новостного канала Милорд углядел – вокруг убогой девятиэтажки развернут спецназ. Сразу резануло: почему подобная честь? Как могли успеть подогнать?

И где Елена?

Подумал досадливо: лучше б она с крыши прыгнула, ей-богу! Ритка – та жизнью тертая, болтать бы не стала. А Елену не зря столько лет в резерве держал – ненадежный кадр. Если ее возьмут, – а теперь наверняка не улизнет, – начнет соловьем разливаться.

Но что она сможет рассказать? Да, назовет красивое слово «Милорд». Сольет его левый телефон. Опишет внешность – очень типичную и без особых примет. Но как это поможет его найти? В регистрационной палате все переговоры и расчеты вел дистанционно – разумеется, тоже с защищенных номеров.

Однако решение уехать – безусловно, правильное.

Печально, конечно, что бизнес рухнул – скорее всего, безвозвратно. Но заработать получилось неплохо. И все деньги ждут его за границей – на тех самых «безопасных счетах», про которые его подопечные столь лихо заливали пенсионеркам.

Богатов смог отследить Елену до регистрационной палаты. Но самолично задерживать не пришлось. У Валерия Петровича действительно оказались обширные связи – полиция приехала стремительно и сама приняла мошенницу, когда та предъявляла покупателям его квартиры подписанную Аленой Андреевной доверенность.

Наблюдать или тем более вмешиваться не стал – погнал к дому пенсионерки. Мельком увидел – полно полицейских, несколько скорых. Но его никто не останавил. Зашел спокойно в подъезд – и на площадке первого этажа застал ужасную картину: Татьяну, мертвенно бледную, выносили на носилках.

Сердце упало. Он кинулся к боевой подруге:

– Танюшка!

Она не пошевелилась, глаз не открыла.

Врач обозлился:

– Отойдите, мужчина!

– Что с ней?!! Она жива?!

– Не видишь, что ли: головой вперед несем, – буркнул санитар.

Доктор смилостивился, на бегу сказал: подозрение на ушиб мозга. Не исключен разрыв селезенки. Везут в Склиф.

Умолял пустить в скорую – разумеется, отказали.

– Но это моя любимая женщина! – выкрикнул в отчаянии.

Таня, ему показалось, еле заметно улыбнулась.

– Тогда лучше в церковь сходи. Помолись о здравии, – посоветовал санитар.

Чуть вправду не отправился немедленно в храм. Но лишь сейчас, в безумной мозаике последнего часа всплыло: флешка! Он ведь так ее и не досмотрел.

Ни малейшего желания продолжать следствие не было.

Самодеятельности на сегодня достаточно.

Электронный адрес Ходасевича он знал. Сначала – отправил файл. Потом – набрал номер. Что ему сказать? «Извините»? «Таня в порядке?»

Все равно никогда не простит.

Поэтому просто кратко объяснил, как к нему попала запись.

Полковник буркнул:

– Что Таня?

– Везут в Склиф. Я все сделаю для нее.

– Как ты мог? Ладно, она. Так и не выросла. Но ты-то! Взрослый, разумный человек, – отозвался полковник. – Сам рискуй, коль дурак. Но девушку зачем подставлять?

Ответить Денису было нечего.

– Ладно. Файл сейчас посмотрю, – сухо сказал Ходасевич.

И положил трубку.

Просто изображение. Ни фамилии, ни других указаний.

Снимают снизу – похоже, из кармана.

Ролик очень короткий. Поздоровались. Тот, чьего лица не видно, протянул папочку. Его собеседник – конверт. Выпивать или беседовать не стали – сразу разошлись.

Ходасевич внимательно вглядывался в лицо того, кого назвали Милордом. Молодой. Смазливый. Глаза смышленые. Смотрится очень в себе уверенным.

На курьера не похож.

Очень вероятно: он самый и есть – неуловимый и расчетливый Краб.

Ходасевич взглянул на часы. Пятнадцать двадцать восемь.

Милорд наверняка знает, что его операция провалилась.

Что сделает в подобной ситуации разумный и осторожный человек?

Конечно, попробует бежать.

Ходасевич открыл свою старомодную телефонную книжку. Нетерпеливо пролистал и набрал нужный номер.

Бизнес-класс пригласили на посадку минут десять назад, но Милорд не спешил. Знал: если придешь по первому свистку, все равно застанешь у стойки очереденку. Да, пройдешь через отдельный гейт и на борту немедленно предложат шампанское, но взлета приятней ждать за стойкой бара, а не в самолете.