Чтение онлайн

Поэтому пошел к выходу, лишь когда его позвали персонально.

На неприметных парней у раздвижных дверей бизнес-зала внимания не обратил – разглядывал симпатичную сотрудницу, кто бегом бежала ему навстречу от гейта:

– Быстрее, пожалуйста! Ваш самолет улетает!

Успел оценить ее ладную фигурку и стройные ножки.

А когда – на ее глазах – ему заломили руки, взревел от гнева. Вот это невезение! Десяти минут буквально не хватило. И разве может российская Фемида достать – уже после паспортного контроля?!

Четыре месяца спустя

Итальянский язык Денис и раньше неплохо знал, а за три месяца жизни в Милане достиг в певучем наречии почти совершенства. Фабрицио, правда, уверял: его акцент для любого местного очевиден. «Но на русского не тянешь. Ганс или америкашка».

С Фабрицио Денис был знаком много лет – с прежних лихих времен. Помимо парочки чисто криминальных историй, объединял их относительно честный бизнес. Из Италии в Россию гоняли виртуозные подделки под «Гуччи», от нас к ним – бриллианты (по документам оценочная стоимость занижалась многократно).

Обманывая других, меж собой вели исключительно честную игру. И когда спустя годы снова встретились, Денис сразу выложил карты на стол:

– Заработать не откажусь. Но деньги для меня в этом деле не главное.

– Vendetta? – хитро улыбнулся Фабрицио.

– В точку!

– А я-то думал, русские благородные. Красивым девушкам не мстят, – подколол итальянский коллега.

– Я разве собираюсь ее убивать? – простодушно улыбнулся Денис.

Хотя очень сильное искушение имелось.

Денис считал: за смерть отца – и страдания остальных пенсионеров – надо мстить жестко.

Кое-что удалось.

Убийца батиной подруги Натальи Рита мертва.

Милорда успели задержать в Шереметьево буквально за минуты до вылета его самолета в Мале.

Елена изо всех сил пыталась скостить себе срок, так что идейного вдохновителя охотно опознала и сдала с потрохами.

Кто сделал то самое видео, что вбило еще один гвоздь в крышку гроба Милорда, выяснить так и не смогли. Но Денис со Славиком предполагали: один из руководителей «Твоей крепости». Ничего не скажешь, хитрец. И с Милорда получал гонорар за информацию о продавцах квартиры, и его самого заснял на всякий случай. А когда поступил запрос – еще и на этом заработал.

Да, мошенников стало чуть меньше. Но милашка, что очаровала и погубила его отца, по-прежнему оставалась на свободе. И Денис дал себе зарок: ее тоже обязательно найти и покарать.

Валерий Петрович держался с ним крайне холодно. Однако на след Людмилы Кармышиной выйти помог. Полковник сразу предположил: из России та попытается скрыться при первой возможности.

– Рассекретили их в Ессентуках. Ближайший международный аэропорт – Минеральные Воды. Самый простой путь: отсчитать один день от выхода стрима Фреда и проверить всех пассажиров, вылетавших за границу.

Официальное расследование в данном направлении вести не торопились. Но приятель Ходасевича из Ессентуков проявил личную инициативу. Так Денис узнал: женщина, до чрезвычайности похожая на Милу, но с документами на имя Инессы Крюковой, седьмого октября вылетела из Минеральных Вод в Ереван.

В Армении у Валерия Петровича тоже оказались друзья – они помогли отследить мошенницу до Парижа.

Экстрадиция между недружественными теперь странами, конечно, существовала, но шансы, что Милу действительно арестуют и вернут, Ходасевич считал минимальными.

Денис вылетел в Париж сам. Здесь тоже имелись приятели – и бывшие наши, и французы.

Богатов предположил, что Франция – для Милы не конечная точка. Поэтому в первую очередь искал возможность отследить дальнейший маршрут мошенницы.

И оказался прав. Через неделю «Инесса Крюкова» перебралась в Милан. Он последовал за ней. Уже знал: шенгенская виза в ее паспорте краткосрочная, поэтому первым делом девушка должна задуматься о легализации. Вряд ли будет фиктивный брак – скорее, попробует действовать через университеты.

Предполагал, что Мила своим интересам не изменит – продолжит изучение психологии. Но вычислил ее в итоге через курсы итальянского языка – записалась на стартовый уровень.

Оплатила год обучения (декларация о законности доходов в этом случае не требовалась) и подала документы на студенческую долгосрочную визу.

Денис подумал: Людмиле, с ее нулевым практически итальянским, – наверняка одиноко в Милане.

И однажды, когда Inessa вкушала gelato в кафешке неподалеку от своих курсов итальянского, Денис к ней подошел. Вниманию симпатичного «американца» («Русскому языку меня мама научила») девушка явно обрадовалась.

– Мне тоже в Италии не слишком комфортно, – признался Денис. И предложил: – Мы могли бы стать друзьями. Чужакам вместе веселее.

– А вы итальянский знаете?

– Конечно.

– Ну тогда закажите мне что-нибудь, только не пиццу. Ее я могу и сама, – беззащитно улыбнулась Мила.

Подозрения на ушиб мозга и разрыв селезенки не подтвердились, так что долго разлеживаться Таня не стала. Отмахнулась от врачей, настоятельно рекомендовавших санаторий, и вышла на работу. Времена сейчас сложные, серьезные заказчики на вес золота, так что место под солнцем упускать нельзя.

Погрузилась в работу с головой. Редкое свободное время проводила в фитнес-клубе (серьезные нагрузки врачи пока запретили, приходилось скучать на йоге) и с Митей.

Мальчик донимал ее вопросами: где Денис?

Таня отвечала:

– В Европе.

Чем там занимается – не рассказывала.

Митя упорствовал:

– Но он вернется? Вы помиритесь?

Таня не хотела его обнадеживать. Хотя по Денису – сейчас понимала сама – скучала.

Сволочь, конечно. И кобель. Зато с ним всегда непредсказуемо и ярко.

Мама, конечно, на Богатова зла отчаянно. И Валерочка так и не простил, что по его вине Таня едва не погибла. Но сама она настаивала: решение о ловле на живца принимали вместе. И чтобы Диня поехал на Пушкинскую за флешкой – тоже она настояла.

– Денис, конечно, неплохой парень, – соглашался отчим. – Но когда вместе два авантюриста – это совсем гремучая смесь.

– Не волнуйся. Не будем мы вместе, – отвечала Татьяна.

Но без прежней уверенности.

Пусть сволочь. Но благородная. Пожилым – реально помог. Безо всякой выгоды для себя. Потратил на расследование кучу сил, времени, денег. Даже его личная квартира до сих пор в собственности Алены Андреевны.