ЖАНРЫ

Звучащий, как неизбежность, Его голос
Шрифт:

– Ну, опять ты за свое. Впрочем… что это мы опять все обо мне да обо мне. Это нескромно. А я желаю видеть себя скромным. Вернемся к парнишке. Знаешь, почему еще он не уходит? Он влюблен в Артема! В этого смуглого брутала с огромными ручищами!

– А ты прямо наслаждаешься, да? Не трудись. Я знаю, что ему Артем нравится.

– Вот так сюрпризики! Это откуда же? Ты здесь всего ничего!

– За столом Антон пошутил, все рассмеялись, смотрели на шутника или в тарелки. А Денис посмотрел на Артема.

– И это – все? Ты на этом построила теорию?

Инстинкты так работают. Когда мы смеемся, мы неконтролируемо смотрим, как реагирует тот, кто нам нравится.

– Любопытно…

– Халивак, у тебя дел других нет?

– Ох, дел много! Как у вас говорят: не знаю, за что и хвататься. Но оцени мою заботливость: отвлекся от всех этих дел, заглянул тебя проведать. Как обживаешься?

– Прекрасно.

– Не искренне сейчас было, слышу иронию в голосе. А между тем, я великолепен в своей затее, ты не можешь этого не признать!

– Я признаю великолепие твоей затеи.

Он откинулся в кресле, вальяжно закинув ногу на ногу. Красивое лицо начало терять темные контуры вокруг глаз, демонический образ бледнел: тхент уставал контролировать тело.

– Они думают, что я здесь, чтобы найти жениха, – сказала я.

– Мы же не будем их разочаровывать, правда? – ответил Халивак Тарнай.

Денис пришел в себя, задумчиво потрогал лицо.

– Ты меня била, что ли?

– Нет, что ты.

– Да я так-то и не против, если по обоюдному согласию. Ты, главное, обрисуй пожелания поподробнее. Может, надо каких игрушек особых заранее прикупить, нормально, взрослые люди…

– Денис, я знаю, – сказала я негромко.

Он замер. Попытался неуверенно улыбнуться.

– Ты о чем?

– Ничего, – сказала я. – Бывает.

Он изменился в лице. Некоторое время смотрел на меня безотрывно, потом закрыл глаза и откинулся на кресле.

– Откуда поняла?

– Женская интуиция.

– Парням не говори, – попросил он, открыв глаза, но все еще не глядя на меня.

– Само собой. Чем Халивак Тарнай тебя зацепил на самом деле?

Денис оторвал взгляд от пола, посмотрел на меня с задумчивым отчаяньем.

– Я ни в чем тебе не соврал. У меня нет шансов быть с тем, кого я люблю. А Господин… Он дал мне такую возможность. У меня нет иллюзий, никогда ничего не будет, но я согласен просто… просто быть рядом. Слышать его голос. Запах иногда чувствовать. Знать, что вот он, здесь.

– Не проще ли попытаться забыть…

– Я слаб, Анюта. Я выгляжу сильным и уверенным, но я совсем не такой. По крайней мере, в том, что касается этого. Даже безответное чувство для меня так сладостно, что я не могу от него отказаться.

– Наверное, теперь нет смысла говорить об ухаживаниях за мной.

– Напрасно ты так думаешь, ничего не изменилось. Я буду верен тебе, буду нежен с тобой, заботлив. Я буду любить наших детей, если они появятся. Никогда не обижу тебя…

– Но влюбиться в меня не сможешь.

– Я… наверное, нет. Но я смогу привыкнуть. Не стану обманывать тебя и прощу, если ты захочешь завести себе любовника. Мне это будет неприятно, но я пойму.

– Ты бы сказал мне все это, если бы я сама не догадалась?

Денис задумался.

– Не знаю, – наконец ответил он. – Возможно, я сказал бы часть правды. Но это была бы правильная ее часть.

Правильная часть правды – совсем неплохо для семейных отношений.

Он встал, подошел к двери, обернулся.

– Не говори парням, – повторил он.

– Само собой, – повторила я.

Глава 5. Глеб

Утром около десяти в мою дверь постучали. Осторожно, словно боясь потревожить, хотя стук сам по себе является объявлением о намерениях потревожить, ведь так?

Это был не Иван – я уже выучила его манеру. Он стучал вежливо, и при этом уверенно. Каждый вечер он разносил по комнатам кефир, ацидофильное молоко или домашний йогурт, и никакие доводы взрослых людей не убеждали его отказаться от этого мероприятия.

Максим стучал деловито и чуть раздраженно, словно совершал неизбежный глуповатый ритуал, в котором не было особого смысла, только напрасная трата времени. Он приходил, чтобы узнать у меня данные по страховке.

Не Антон. Тот пока не стучал ко мне, но деликатность – не его конек.

Осторожный стук повторился. Я подошла, открыла дверь.

– Привет, – расплываясь в застенчивой улыбке, поздоровался Глеб. – Денис тебя на тренировку зовет.

– Мог бы просто написать. К чему посредники?

Глеб снова улыбнулся, на этот раз добавив к смущению задоринку.

– У нас с тобой как бы свидание.

– Э-э… В тренажерном зале? И с Денисом? У вас тут настолько все неформально?

– Нет-нет, что ты! Он просто покажет, какие тебе упражнения надо делать, и уйдет. А я буду тебя курировать.

Курировать он меня будет. Милота-то какая.

– Ладно. Я переоденусь, спущусь через десять минут.

– Я подожду за дверью, не торопись, – сказало это сокровище.

Глеб был чуть выше меня ростом, но казался мальчишкой из-за своей слегка смущенной улыбки. Он был милым. Очень милым парнишкой.

Я переоделась в спортивный костюм, любезно предоставленный мне недрами комода, и вышла из комнаты.

– Я отгул сегодня взял, – сообщил Глеб, убирая телефон в карман. – Подумал, вдруг ты напугана, и лучше, чтобы я с тобой первым встретился, ты поймешь, что мы хорошие, и все в порядке.

– Спасибо за заботу.

Мы спускались в тренажерный зал.

– Вообще, я игры очень люблю. Это, конечно, не по-взрослому, я понимаю, но если ты меня выберешь, я просто хотел, чтобы ты знала. Ты не думай, я не постоянно прям уж в компе сижу! Мне Иван с Денисом не разрешают. Да и Антон ворчит… Но мы иногда с Илюхой режемся в одну… я тебе покажу потом. Если интересно будет.

– Глеб, сколько тебе лет?

– Двадцать шесть.

– Я старше тебя на шесть лет, тебя это не смущает?

Поделиться с друзьями: