Былою осенью – наследством хризантем —Сей дом наполнен в памяти послушной,И сад живёт устойчивей затем,Что вид утерян благодушный, —И, взглядом следуя от веток-растерях,В подолах листья пламени даривших,До льдов, – двойной испытываешь страхЗа вовремя отговоривших,В тумане канувших на лодке, где весло —Волшебный жезл участия в движенье, —И если бы случайно повезло,Каким бы стало постиженье?Цветы не надобны сегодня февралю —Капель вызванивает жалобно и хрупко,И если я богов не прогневлю,Какой окажешься, голубка?Не той ли горлицей, что нынче в деревахСтонала, горло надрывая,Чтоб сердце вздрогнуло в разрозненных снегах,Забилось, горе прозревая?Иль той, летающей над пропастями дней,Питомицею стаиЕдва покажешься, что виделась яснейПора святая?Не знаю, милая, мне некого спросить —Ночные сетованья кротки —От счастия, пожалуй, не вкусить —И нет ни лодки,Ни льющейся по-прежнему воды,Текучей, изначальной, —И где оно, присутствие беды,В игре печальной?Там осень без участья в ворожбеУшла невольно —И некому напомнить о себе,И слишком больно.14 февраля 1978
Февраля прощальная песнь
Хрусталя фасеточный глаз,Февраля прощальная песнь, —Извели бы горем не раз,Но живу и радуюсь: есмь!Измельчи ветвей филигрань,Неуёмный ливневый гул,Не затронь запретную грань —От неё не первый уснул.Ничего не видно вдали,Где в песках оставил следы, —И, согласно праву, внемлиПелене кромешной воды.А бывало, тоже знавал,Толкователь капель ночных,Где звериный зрят карнавалИ находят чаек степных.Этот хмель, вестимо, прошёл,Истомил, как вишенный цвет, —И от всех положенных золИсцеленья, видимо, нет.Что же обруч тесен причинИ широк не чаемый круг? —Без известных, значит, кручинТы и впрямь воспрянешь ли, друг.До чего ж текстологам жальРазбираться в дивном бреду,Где дружна с юдолью печаль,А начало – где-то в саду!Размышленья помни урок,Расставанья слушай укор —И забьётся в горле комок,И постигнешь Ангельский хор.1 марта 1978
Ночные цветы
I
Из темноты, увенчанной цветами,Явилось мне смирение – но в нёмИ таинство, и шествие с дарамиСопутствуют общению с огнём, —Измучен глаз – и век жестококрылыйСостариться успел и не в чести —Но обретать насущное в путиМы начинаем с новой силой.
II
Дворы пусты, как выходки вельмож,Закат автомобильный страшен, —Стигийских стражей и кремлёвских башенСодружество томит, – и ты не вхожНи в шелест, возвышающий листы,Ни в двери, —И вещи до наивности простыВ предвестии потери.
III
Вино бездомицы в стакане ледяномХрустальным плеском сковывает веки,С ночлегами в безумной картотекеТоржественно знакомясь за окном,Где голуби над храмом пролетят —И вместе с колоколом гулкимИз райских новостей, из Царских вратПрольётся свет по переулкам.
IV
Не жертвуйте им нежности язык,Доступности и лести – двум сестрицам, —Никто ещё в коварстве не привыкЛадони прижимать к ресницам,Зрачки терзая пыткой пустотыС поклоном и полунамёком, —И только незабвенные черты