Афоризмы

— Неужели не были? Удивительно! Один из самых сенсационных процессов. Интереснейшее дело! Господа, кто из вас был на суде? — Я… — несмело отозвался Капитанаки. — Вы меня там видели? — Да… видел. Вы давали показание по поводу… друга… вашей жены. Молодой Дыбович сделал рукой торжествующий жесть.…

— Ты. — Ну ладно, ну я… Пойдем, милая. — Как пойдем?! Кольцо необходимо найти. — Я куплю другое. Пойдем, милая. — Он купит другое! Да неужели ты не знаешь, что потерять обручальное кольцо значит — большое несчастье. — Первый раз слышу! — Он первый раз слышит!.. Это известно всякому младенцу.…

Благополучие С человеком всё в порядке до тех пор, пока он так себя чувствует. Именно внутренние ощущения являются индикатором благополучия человека, а не чьи-то слова и мнения. Чистый свет Человек, подобно свече в расписной лампе, пропускает внутрь и наружу только то, что проходит через…

Мольер * * * Глубина любви познается лишь в час разлуки. Джубран X. * * * Гнев любящего недолог. Менандр * * * Доброта должна быть не лишена известной твердости, иначе это не доброта. Когда проповедуют любовь, в которой излишне много хныканья и слезливости, в противодействие надо учить…

Эта умилостивительная жертва смягчает Володино сердце. Он отрывается от книги: — Ты что, красавица? Весело тебе? — Весело. — То-то. А ты вот такие пояса видала? Сестра равнодушна к эффектному виду брата, но что бы подмазаться к нему, хвалит: — Ах, какой пояс! Прямо прелесть!.. — То-то и…

Спор Ехал я как-то по дороге и вспомнил, как на днях заспорили мы о чем-то с женой. А наш младший, проходя мимо, как бы между прочим и говорит: «Что мы все спорим да спорим, будто в спорах и есть смысл нашей жизни?» А я тут же спрашиваю его: «Ну а в чем же этот смысл?» А он спокойно и отвечает: «Добраться…

I. Вариант первый: Попадья каштан губой — ковбой! II. Вариант второй: Попа дьяка штангу бойко — в бой!

Земля – казарма, рождение – призыв на службу в спецподразделение под названием «Жизнь». *** Не унывайте: смерть улыбнется всем без исключения!

— Да постой… Значить, я с ним должен и поздороваться за руку? — Почему же? Просто, поцелуйся. — Постой… присядем тут, на диванчик… Но ведь это абсурд — целоваться можно, а руки пожать нельзя! — Кто ж швейцарам руку подает? — возразила рассудительная жена. — А поцеловаться можно — это обычай. Древние…

Вот теперь после этого и должно быть: новое вино, новая картина!.. Что-о? Саня, Саня! Не допускай! Не допускай, Саня! Я еще про пуделя хочу. У одного англича… Эх! Вывели… Вывели, как какое-нибудь ничтожное пятно на скатерти! Грустно… чрезвычайно грустно! Ну, что ж… Пророков всегда гнали…

— Вышутят. — Замахают на нас руками! — Пожмут плечами!! — Назовут пошляками. — А, действительно, какой ужас — банальщина! Ведь вот перед нами настоящий живой… — Вернее, полуживой! — Полуживой рождественский мальчик. « Замерзающий мальчик! » Какая в этом образе для литературно изысканного…

Интеллигентный дворник способен вывести из себя жильцов любого дома. Не ошибается лишь тот, кто изначально делает неправильно. Назначенный виноватым может расти лишь в заданном направлении. Услышав голос совести, подумай, прежде чем аукаться. Мужчина в «костюме Евы» смотрится как мужик…

— Верно. Он у меня кучеренок. Да ведь рубашка то эта от меня ему дадена, или как? Да если бы он, паршивец, в розовой или оранжевой рубашке рыбу удил — ведь он бы вам весь пейзаж испортить. Было бы разве такое пятно? — Послушайте, вы, — сказал я, выйдя из себя. — Что вам надо? Чего вы хотите? Я стою…

* * * И сразу оба голоса замолчали: и контральто, и тот, что повыше. Как будто кто ножницами нитку обрезал. И молчали оба голоса так минут шесть-семь, до самой станции, когда поезд остановился. И вышли контральто и сопрано молча, не глядя друг на друга и не заметив меня, прижавшегося к углу дива…

В тюрьме, лагерях, ссылке он написал множество произведений – стихов, лагерную трагикомедию «Аська», немало поэм. Не всё из этого наследия сохранилось. Но то, что сохранилось, просто взывает к цитированию. И я не могу устоять. Вот стихотворение «Ночная баня»: Тюремный страж, суров и озабочен,…

— Как же его обокрадут, татарский ты чудак, ежели, когда он сваливается — так уже, значить, всё пропито. — Се равно. Вазмет, сапоги снимет, да? — Пажалста, пажалста! В такую-то жару? Еще прохладнее будет! Татарин поднимает голову и бродить ищущим взором по глубокому пышному синему небу, будто отыскивая…

— А кто меня должен поцеловать? Жена Липочка догадывается, что этот долг всецело лежит на ней. — А чьи это губки? Из угла я говорю могильным голосом: — Могу заверить тебя честным словом, что губы, как и все другое на лице твоей жены, принадлежат именно ей! — Что? — Ничего. Советую тебе сделать…

Нельзя сказать, чтобы у амфитриона был вид беззаботного пьяного кутилы, безрассудно крушащего всё на своем пути. Было заметно, что он не выходил из бюджета, доставляя себе и своему другу только ту порцию удовольствия, которую позволяли средства. — Человек! сколько за посуду? — Девяносто копеек. …

Тут растаман с герлой выносят весь пакаван на тусовку, удалбуются сами, удалбуют весь местный народ, каких–то мимо проходящих гопников, школьниц любопытных, пенсионеров — короче, всех. Дальше начинается тихий джаз, типа как в Амстердаме. Местные музыканты вынесли на проспект две комбы и фигачат что–то…

Александр Сергеевич любил рассказывать историю своей первой встречи с царем. Няня гуляла с маленьким Пушкиным в Юсуповом саду, и они случайно встретили государя Павла Петровича. От неожиданной встречи женщина растерялась и не успела в почтительном приветствии снять с маленького Александра картуз. Павел…