Детские

Итак, Кривая Лапа «на смертном одре», но вполне крепким голосом поведал сыну легенду о Большом переселении. Она гласит, что давным-давно, когда климат на Земле был заметно прохладнее, стихийные бедствия не столь часты, а автомобили совсем редки, люди привезли Первых переселенцев с берегов Тихого океана.…

– Зачем домовые? – довольно улыбаясь почти беззубой улыбкой, сказал Кузьмич. Обрадованный тем, что нашел заинтересованных слушателей, он не спеша присел рядом, медленно свернул самокрутку и с наслаждением затянулся. От едкого дыма ребята едва не закашлялись. В другое время они, наверное, отошли бы в…

«Столпом и утверждением истины», удержавшим мальчика Салтыкова на краю этого «омута», явилось Евангелие, животворный луч которого произвел в его душе полный жизненный переворот. «Главное, что я почерпнул из Евангелия, – вспоминал Салтыков-Щедрин в автобиографической книге «Пошехонская старина», – заключалось…

Вижу, — забор длинный. И за ним — высокая-высокая башня. Будто из железных лесенок сделана. Это и есть кран. У него комнатка с окном и перекладина наверху. С неё тонкие канаты свешены. Пока я кран смотрел, дяденька встал. — Ну, — говорит, — мне итти пора. Обеденный перерыв кончился. А ты, Федя, приходи…

Они отвели меня в центр, где лечат от заикания, и спросили: — Вы от цифрового заикания лечите? — Лечим, лечим! — говорят. И отправили меня к доктору. Тот дал мне листочек и сказал: — Так-с… Возьми ручку и напиши… Букву «О». Я написал. — Великолепно! — сказал доктор. — Теперь буковку «Д»……

В то лето объявилась в тех краях разбойничья шайка. Человеки вроде, а на деле – выродки. Ох, и лютовали, всю округу в мандраж ввели, хоть местные и не робкого десятка и всякое повидали. Но эти – ваще ни в какие ворота, чисто псы бешеные! Никаких законов не признавали, ни Божьих, ни людских, ни блатных.…

— Иной раз кажется, что вот-вот вынырнет из озера оборотень в обличье то полоза, то чародея-волшебника и преобразит всю жизнь мою. Свершится чудо, аль причуда, и все изменится: исчезнет зло, и останется добро… А помолчав, Серафима Константиновна начала тихо рассказывать легенду, связанную с Ильмен-озером,…

– Денег ни на что не хватает, Ростику ботинки нужны, так быстро растет… – Мам, у меня деньги на мобильном кончились. – Яна! Ты хоть слышишь, что я тебе говорю? – Слышу, слышу, ну ведь правда кончились! – Опять с Майкой переписывалась, вот и кончились, сколько раз тебе говорить: нет у нас теперь…

Мягко щёлкнул дверной затвор. Баникантха наконец открыл дверь. Новички один за другим вошли внутрь. Неуверенно осмотрелись – наверняка ждали, что Салли им улыбнётся или как-то иначе проявит радушие. Но Салли уже давно не улыбался приезжим. Девять человек с рюкзаками и чемоданами. Негусто. Их перешёптывание…

– Изменится всё. Особенно после того, как ты пройдёшь Лабиринт. – Может быть, я и не попаду туда никогда, как мои отец и мать, и проживу всю жизнь в нашем Замке Тихой воды. Я бы хотела этого. – Твоя мать Миурена не королевских кровей, а отец – мужчина. – Твой отец тоже мужчина. – Я показала Тиму…

Геннадий Иванович Конон – змеелов. Является консультантом в области живой природы и натуралистики. Специалист по рептилиям и прочей фауне. От автора Книга, которую Вы держите в руках, для читателей разного возраста: детей и взрослых. Для детей, чтобы они могли увидеть красоту природы через описание…

— Вон твой идет. Ну и зрение у этого Махина! Действительно, вдалеке, в голубоватом степном мареве, перечеркнутом травинками, сквозь которые глядел Пашка, виднелась фигура Егора Зубкова, Пашкиного тракториста. Егор стоял на месте, о чем-то задумавшись, и все глядел, глядел на дорогу, точно ждал кого-то.…

Как следует поразмыслив, он решил, что должен записать волшебное слово и способ его произношения и спрятать записку в укромном месте, с тем чтобы, когда придет время, с чистой совестью открыть тайник. Мысль была хорошей, но старого чародея тревожило отсутствие надежного тайника. Он исходил гору Жевунью…

– А к этой женщине, что тебе про генеральшу рассказала, ты обратиться не хочешь? Она ведь обшивала генеральшу и ее дочек, наверняка помнит, как их зовут! – подсказала Даша. – Нет, к ней мы обратимся только в крайнем случае. У нее сын – начальник милиции. Незачем ему знать о наших поисках! – возразил…

Стоило Лене подумать о Боре, как ее сердце до краев наполнилось щемящей нежностью. Все же какое оно – наше сердце – необъятное и щедрое в своих чувствах! Только что ему хотелось, чтобы весь мир проникся к ней жалостью, а теперь вот пляшет от радости, что у Лены появился такой сердечный друг. Надежное…

Тут «темные люди» прикусили языки, переглянулись и тоже побрели к машине. – Да ладно тебе, отец, - примирительно сказала мама. - Это уж совсем коротко. – То-то же, - папа опять уселся, теперь уже на чемодан, и продолжил свой рассказ. В общем, эти французы тащили в своих обозах несметные сокровища,…

Я поморщился: долгая у них будет работа. На карте в этом архипелаге три больших острова и штук тридцать маленьких. А некоторые, наверное, и вовсе не обозначены. Хорошо, что под руки мне подвернулся ящик, в который мы складывали губки и морских звезд. Его смыло вместе со мной. Я сразу его заметил, как…

Тут дедушка и подоспевшая бабушка подхватили Арину и утащили завтракать. И только после этого она смогла разузнать, как обстоят дела у остальных ее друзей. Зоя Редькина на все лето была сослана в оздоровительный лагерь «Зорька», в котором Арина вместе с ней, Федей и еще парой друзей так славно провела…

– Не про то я, – отмахнулась хозяйка, словно угадав цыганочкины мысли, – про другое… – и зачастила вдруг: – Как вода огонь вмиг заливает, так слова мои карты эти очищают! – и плюнула, прямёхонько в карты. У Чараны от наглости такой глаза на лоб полезли. На Тайку оглянулась, а та сидит, в дальний…

- Плюну вверх - угожу себе в лицо, - говорил он - плюну вниз - угожу себе в бороду! Но как-никак, а надо было выбрать какую-нибудь дорогу! Они ушли, и мой отец с ними. Немного спустя, мы услышали выстрелы, потом еще и еще; в мазанку к нам явились солдаты и забрали нас всех; и мать, и Анастасию,…