Фантастика

— Чье оно, это пророчество? — Мое. — Твое? Что же в нем сказано? — Не знаю пока, Вельди, — улыбнулась она. — Как ты можешь не знать того, что сама напророчила? — Так я расплачиваюсь за свою способность видеть отрывочные куски времени. Я знаю только одно: наш друг будет жить снова, и Мечи Дня и Ночи…

Атлет дремал, прикрыв глаза. — Маленький и есть капитан Рудольф, — помолчав, добавил банщик как бы невзначай. — А который побольше, это боевой маг Просперо. Молодой казначей охнул, но не уловки массажиста явились тому причиной. — Ты рехнулся! — Если вам так угодно, мой господин. — Рассказывай!…

Понятия не имею, как психи-спецназовцы умудрились покинуть боксы и почему медперсонал не обездвижил их посредством фриз-комбинезонов. В этот момент я лежу на матраце, пялюсь в потолок и внимаю в полудреме бормотанию Скептика. Нескончаемая болтовня братца давно превратилась для меня из раздражающего фактора…

Молодой послушник следующим утром нашел священника на том же месте. Лицо Первосвященника было исполнено умиротворения, и черты его не исказила смерть. На посеревших губах застыла слабая, счастливая улыбка. Одна рука сжимала кулон в виде солнца, во второй оказалась записка. Молодой человек сквозь слезы…

– Чей будешь? – угрюмым басом спросил, подходя, мужик в полушубке. Ростислав обратил внимание на его правую руку без перчатки: ноготь на большом пальце был черным, а на указательном пальце красовался перстень в форме змеи. Точно такой же перстень имел и молодой спутник бородача. – Ничей я, – улыбнулся…

Скандал замяли, фон Хорста тихо отправили в отставку, слишком уж он много знал, а затем его дальнейший путь затерялся в контролируемой землянами области космоса. По крайней мере — для Артема. Дед на все его вопросы относительно судьбы полковника отмалчивался, лишь сказал однажды, что Селим «работает».…

Сидя в кровати, Настя брезгливо поморщилась и повела плечом в тонкой ночной рубашке, вспоминая сон. И когда только она избавится от этих кошмаров? – Хорошо, что хоть не наяву, – уверила она себя вслух, пытаясь поднять настроение. Каникулы как-никак. – Чего? – повернулся Костик на звук ее голоса.…

Через неделю после того, как Джанис исполнилось восемнадцать лет, она покинула пропахший кошками и заросший грязью деревенский дом матери. Ей пригодилось умение печатать на машинке, приобретенное тайком под видом уроков игры на флейте. Кроме того, она заочно и по вечерам изучила бухгалтерское дело,…

Голубизна атомного огня погасла. Из дюз вырвались наклонные струи бороводорода, и в одно мгновение пустыню, склоны кратеров и тучи над ними залила призрачная зелень. Базальтовый монолит, на который должна была осесть широкая корма «Непобедимого», уже не грозил расплавиться. – Реакторы ноль. Холодной…

Первым поднялся председатель совета старейшин Крамов и молча положил перед Ротановым пачку фотографий. — Что это? — Развалины. — Что, что? — не поверил Ротанов. — Развалины. Остатки кладки. Очень древние, не меньше десяти тысяч лет. Ротанов разложил перед собой пачку…

Примерно через две недели оно начало появляться, возникло вдруг совершенно неожиданно, это странное и бессмысленное чудо; просто встретилось ему — в таком образе он воспринимал это явление, немало все же заинтересовавшее и взволновавшее его, — как могла бы встретиться какая-нибудь странная фигура, неизвестный…

Вся поляна представляла какой-то реликтовый лес. Вот встрепенулась и с протяжным вскриком взлетела крупная, величиной с фазана, птица; мелькнула в кустах косуля с пятнистыми боками… Медленно приходило осознание, что мир, в который он попал, был чужд земному, но здравый смысл, зажатый в тисках фактов,…

Случилось это в миг, когда Даф поняла, что не обнаружила внутри лимузина не только магии, но и вообще НИЧЕГО. Обычное пространство, когда на него смотришь истинным зрением , никогда не бывает незаполненным. Пустоты в мире не может существовать по определению. Даже если в нем отсутствует магия, есть…

– Эй… ты живой? Плечи адского гостя судорожно вздрогнули. Сероволосая голова поднялась, и светлый князь невольно поежился под взглядом черных, страшных, равнодушных, как у гадюки, глаз. – Ich lebe [1] , – скрипучим голосом ответил демон. Что-то было в этих словах, что-то большее, чем просто ответ…

Бэльян, размышлявший, когда они въезжали в город, о том, совершает ли и Вейн паломничество, был так поглощен своими мыслями, что едва заметил у ворот мамлюков, числом не более тридцати, но вооруженных и вымуштрованных лучше, нежели те, коих они видели до той поры. Миновав ворота, они окунулись в мир…

– Асмур, а кто-нибудь в Центральной представляет себе, сколько отравы нужно для того, чтобы вывести подчистую растительность на целой планете? – сдвинув брови, поинтересовался Морин. – Здесь понадобится не один корабль, а целая флотилия. – Для Друмора хватит нескольких десятков литров, – ответил на…

– К концу года я рассчитывал скопить двести пятьдесят тысяч, – с отчаянием в голосе произнес Лим. – Но пятьсот… – Он обреченно покачал головой. – У меня нет таких денег. – Я прекрасно понимаю твою ситуацию, поэтому и не требую денег прямо сейчас. – Вопреки словам, сочувствия в голосе невидимого собеседника…

— А если нет? — Не провоцируй меня. Ставка очень высока. Если бы ты вспомнил причину своего присутствия на этой планете, то не задавал бы таких вопросов. Не принуждай меня к демонстрации силы. Несколько секунд Брон держал голову руками. Потом немного успокоился. — Хорошо. Я хочу вам верить. Пока…

– За кого ты меня считаешь человек? Тебе самому не смешно от своих слов? Что ж если ты сдаешься, опусти руки и не мешай спокойно забрать мне твою душу. Я… Я не дал договорить ей и, собрав силы, припомнив оставшиеся заклинания, сделал соответствующий жест пальцами рук. Раздался грохот и треск ломающихся…

А в промежутке, опять в 1977 году. Роланд проникает в дьявольский мозг Джека Морта, который не единожды — дважды круто повернул жизнь Одетты Детты. «Смерть, — как сказал Роланду че-довек в черном, — но не твоя». Не является Морт был тем третьим, о ком говорил Уолтер. Роланд мешает Морту убить Джейка…