Историческая проза

Яркие, живо написанные воспоминания князя Станислава страшно меня увлекли. Именно такой материал я и разыскивал. И просто не мог надивиться, что ими до сих пор не занялся ни один компетентный исследователь. Потом в рукописном фонде библиотеки «Оссолинеума» во Вроцлаве я напал на польский манускрипт…

Затем он встал и продолжал работу. Тело появившегося на пещерной стене человека показалось ему несколько желтоватым. И он наложил на грудь и плечи, на бедра и икры ног немного красной земли, немного зеленой и черной, а местами желтой. Углем Нуннам оттенил ногти на руках и ногах, ибо ногти должны быть…

Апостол воскликнул: – Истинно так, ибо сметены будут с лица земли и будут обращены во прах ваши капища, кои я видел множество. Исполнится сие, ибо господин мой всемогущ и беспощаден к нечестивцам во гневе своем. Сум сказал так: – Незнакомец! Годы твои немалые, и долг наш – отнестись к тебе с должным…

– Что ты хочешь этим сказать, брат? – простодушно спросила Андре. – То, что сказал. – Скажи, пожалуйста, яснее. – Есть одно обстоятельство, – продолжал Филипп, – на которое я сперва не обратил внимания, а теперь оно представляется мне весьма странным. – Что это за обстоятельство? – спросила Андре.…

Из французских городов Анне, по-видимому, больше всего понравился Санлис. Может быть, потому, что он напоминал пейзажи Вышгорода, где прошло ее веселое детство, или потому, что по соседству стояли высокие и мрачные замки Рауля де Валуа и де Крепи, которые она озарила своей женской улыбкой. Когда король…

ОТРОК. Непросто ремесло!.. Иных-то много ль дел? СЫН. Хватат!.. (Вытащил из плахи топор, укладывает осинку, оселком подправляет лезвие.) Непросто, да. Язык, к примеру, урезать – просто? А на дыбу, к примеру, вздымать? Чуть оплошал, а из него дух вон – каково ответ держать? Что просто – врать не стану:…

– Вы готовы, малышки? – заглянула к ним мать. Они сунули в рот остатки сладкого липкого хлеба, наскоро обмакнули пальцы в чашу с водой и, обтерев их, направились за матерью. – Сегодня холодно, – с этими словами Марция взяла у слуг теплые шерстяные плащи и протянула дочерям. Тяжелые, сковывающие движения…

Но теперь о победе стало известно и в самых дальних краях. О короле там до сих пор ничего не слыхали. На большом расстоянии такая молодая слава кажется беспорочной и не от мира сего. И тем больше становится сразу носитель ее. Мир ждал его, миру опротивело терпеть в качестве единственного господина и…

Свидетели по этому «делу» давно мертвы, но при современных методах судопроизводства несложно заставить говорить и мертвых, коль скоро речь идет о деле крупном. Вряд ли они станут противиться, им – что! Они могут ожидать лишь приговора истории. Этот приговор никому не причинит вреда, поскольку выносится…

Ветер смерти пронесся над Лаооном и Компьенем. А канцлер Фульк, объявившись в Бургундии и войдя в связь с тамошним герцогом Рихардом, именующим себя Справедливым, провозгласил Эда узурпатором, законным же королем – слабоумного принца Карла, последнего убогого потомка некогда славной династии, и послал…

Альфредо невозмутимо пожал плечами – он уже давно привык к сарказму Долорес и не реагировал на него. – А как насчет Евы? – снова задала вопрос его собеседница. – По-моему, по ее поводу двух мнений быть не может. Долорес подняла свои тонкие, подведенные черным брови: – Объясни, что ты хочешь этим…

– Бедный ребенок! Посмотрите только, что с ним сделали! Настоящие звери!.. И вслед за моими щипками, пощечинами, пинками и укусами на противника обрушивались кулаки моего отца, человека, обладавшего злым нравом, недюжинной силой, завидной ловкостью, а сверх всего большой властью. Кто посмел бы спорить…

Глаза Марысинки вспыхнули — почти алчно. — Люди не лгут, — сказала она, кокетничая. — Вы совершенны во всем, как совершенна и ваша отчизна, от которой уже нельзя ничего убавить, но вряд ли стоит что-либо добавлять… Библиотека Собеского считалась тогда лучшей в Варшаве, о ней ходила молва во всех…

Втроем они выехали за границу. Берлин, Рим, Лион, Женева… Музеи, библиотеки, беседы с учеными, тихие душистые вечера. Попо и Воронихин вырастали в задумчивых, стройных юношей, которыми любовались на улицах. Рядом с ними шагал их сгорбленный учитель – враг деспотии, пламенный друг народной свободы. …

— Если бы не дороговизна дров и не безумные чаевые лакеям, я желал бы оставаться в России послом короля до последних дней жизни… Мне здесь нравится! — говорил он жене. Бисмарк любил гулять по тихим улочкам Васильевского острова, где селились немецкие мастеровые. Однажды посол видел, как булочник Михель…

Профессор пения Камило Эверарди был доволен голосом Унковского, но его супруга Жоржетта отлучила от консерватории другого мичмана — Николая Николаевича Фигнера. — Да, — подтвердил мнение жены Эверарди, — у вашего приятеля нет вокальных данных, какие я обнаружил у вас… Скажите ему сами, как офицер офицеру,…

А теперь, читатель, окунемся в студенческую жизнь! Илья Мамонтов один раз послушался родителей – поступил в Пажеский корпус; во второй раз послушался самого себя – из пажей вышел. Сонливый и рассеянный увалень, это был отличный товарищ, щедрый и покладистый… Дома сестры его, гимназистки Шура и Маша,…

Утром пурга стихла. Отдохнувшие лошадки сами нашли тракт до Ясс молдаванских. Текутьев, завернувшись в шубу, думал о встрече с калекою сыном, ему грезились памятные строки: Се ты, отважнейший из смертных, Парящий замыслами ум, Не шел ты средь путей известных, Но проложил их сам, – и шум Оставил…

– Не повезло тебе, Ляксандра! – говорили они, дымя трубками. – Вот ране, при генерале Ермолове, ины порядки были. Выйдет он из шатра своего. А в руке у него, быдто связка ключей от погреба, гремит целый пучок «Егориев». Да как гаркнет на весь Кавказ: «Вперед, орлы!» Ну, мы и попрем на штык. А после свары…

И тут у подъезда сенаторского дома зафыркали кони-дьяволы. Явился гоф-фурьер из дворца, доставив шкатулку с рескриптом от императора. Тутолмин обрадовано сказал гостям: — Господа, я заведомо знаю, что здесь указ государев об абшиде, коего я долго у его величества домогался… Увы! Николай I просил…