Исторические детективы

Когда-то, помнится, несколько лет назад, в беседе за графином русской водки, старик Менелас говорил Шарлеманю: – Люблю ли я императрицу? Да разве можно её не любить? Ведь она, видит Бог, настрадалась… Старик опустошил очередную стопку и помотал плешивой головой: – Лоттхен никогда не прочила себя…

После этого сторонники Власова в Германии притихли. Его армия существовала на бумаге и в её ряды вербовали добровольцев, но о серьезном использовании власовцев никто не думал. Только вспомогательные цели. Гиммлеру много докладывали и деятельности Мелиты Видерман, которая несмотря ни на что оставалась…

– Тебе нужно срочно вернуться в СССР, Иван, – сказал он Нольману. – Мне? – Именно тебе. У меня приказ – отправить в Москву лучшего. – Но у меня здесь дело, Сергей Михайлович. И дело настоящее. А чем я стану заниматься в Москве? – Тем же что и здесь, – ответил Шпигельгласс. Нольман не понял.…

«Уж если я не пошел в революцию, то на войну и подавно идти не стоит», – посмеивался, однако, Блок. В поэтической среде тогда считаться патриотом было неприлично. Исключения лишь подтверждали правило. Добровольцем уходит под пули Николай Гумилев, награжденный двумя Георгиями и получивший офицерский…

– А вы, Женя, чем занимаетесь? – спросила девушка. – Я уже год как работаю в МУРе, – не без гордости ответил Кудрин. – А что такое МУР, что за контора? – заинтересовалась Нина. – Как говорят в народе – «контора Никанора», – ответил он, – а если серьезно – Московский уголовный розыск. – Ой, как…

И все-таки среди хаоса битых стекол и кирпича, запаха пороха, и искореженных трупов фотография уцелеет. На следующее утро, когда влажными пятнами на тлеющую землю выпадет первый снег, солдата найдут и отнесут в полевой гошпиталь. Так фотокарточка вместе с ее хозяином вернется на родину. А через месяц,…

– Ну ладно. – Сынок, неужели тебе не всё равно? – сказала мать и тут же махнула рукой. – Ай, ладно! Я тебя предупредила; поступай, как знаешь. Потом они ели в полном молчании и слушали радио. Стефан чмокнул родителей и отправился на улицу. Весь разговор тут же выветрился из его головы: он думал только…

– Циолковского содержат в следственном изоляторе Лубянки? – Именно так. – Тогда почему вы обращаетесь ко мне? Я к Лубянке отношения не имею. – Разве? Но вы ведь знакомы с Дзержинским? – Не близко. – Знающие люди посоветовали обратиться именно к вам. – Кто эти знающие люди? – Я не могу назвать…

Виктор закурил, посмотрел на административный корпус, на гирлянду сосулек, нарастающих вдоль крыши, на пошатывающуюся на ветру антенну радиосвязи. «Она определенно что-то знает про Дело, – уже в который раз подумал он. – Все началось месяц назад, когда англичанка стала свидетелем нашего спора о мотивах…

Снова прогрохотал автомат, потом еще и еще, и Волощук, натягивая брюки и ища костыли, насчитал пять длинных очередей. Неумело прыгая на костылях в темной хате, он добрался до сеней и откинул тяжелую щеколду. Над деревней висела луна, в мертвенно-желтом свете дома и лес за ними казались расплывчато-зыбкими,…

Надо сказать, что Александр Ульянов, ставший студентом этого университета ещё в 1883 году, сам подошёл к Ардашеву и представился. Оказалось, что его двоюродные братья и сестра из Казани по линии матери были однофамильцами Клима. [10] Разве мог недавний выпускник мужской гимназии провинциального городка…

Он бросился к зеркалу и зло ударил в него кулаком. Его двойник в окружении любимых людей только рассмеялся. Его хохот подхватил Петр. Затем мать. Затем отец. Они заливисто смеялись, указывая на Корсакова пальцем. А Владимир все стучал и стучал в стекло, с каждым ударом понимая, что все его усилия тщетны.…

– Так вечером убирайтесь, вечером! – А много ли унесли? – прервал дискуссию надворный советник. – Мы еще не считали, но тысяч на двадцать, не меньше, – ответил Обюссон. – Неужели так много? – Так товар у нас дорогой, ваше высокоблагородие, – сказал Смуров. – Да и наличность в магазинах была.…

Любой рядовой обыватель в таких обстоятельствах, скорее всего, вызвал бы полицию. Но он, Волин, сам в каком-то смысле был полицией – во всяком случае, квалификация его и профессиональный статус позволяли без труда справиться с любым квартирным вором. Поэтому он не стал никуда звонить, но лишь вытащил…

– Ясно… Вы сказали, что проказа – инфекционное заболевание. Выходит, меня заразили? – Да, по всем вероятиям. – Но кто и когда? – Трудно сказать, – врач пожал плечами. – Период инкубационного периода до конца не определён. Многое зависит от человека, его способности сопротивляться «чёрной смерти».…

Скажем честно, Михаил Иванович Голочуев к своим тридцати восьми годам уже имел некоторое прошлое. До 2022 года он работал в департаменте здравоохранения Смоленской области, в отделе… впрочем, неважно, в каком именно отделе он работал, достаточно сказать, что работал он с госзаказами и материальным обеспечением…

Сволочи! Только что осталось вспоминать, что при его участии прошли такие звонкие дела, которые в свое время освещались даже общероссийскими СМИ: — дело о светлом клирике (о краже икон в Подмосковье); — «милые мамочки» (о продаже детей на органы за границу); — «голубой крокодил» (контрабанда…

– Я боюсь, – честно призналась девушка. – Вдруг мои работы покажутся мистеру Саттерфилду детскими каракулями? – Побольше уверенности, дорогая, – подбодрил ее дядя. – Во-первых, не покажутся, в этом я уверен. А во-вторых, у мистера Саттерфилда большие связи в мире искусства. Кто знает, чем может для…

Дмитрий выскочил из квартиры, а Иван оттащил тело Стрельцова к стене и принялся тушить исписанные мелким почерком листы бумаги, которые кто-то вывалил на середину комнаты и поджёг. Потушив огонь и открыв окно, Трегубов склонился над другом. Затем он стянул с него костюм. На рубашке с левого бока было…

– Что за забег? – спросила Милада, не отрываясь от слежки. – Это жеребьевка такая. Мы в первой двойке будем. – Отлично. Как я и хотела. – Да, я тоже рада. Милада заметила, как тренер направился в сторону двери. Она напряглась и приготовилась сорваться с места. Тренер прошел мимо. Он взял мяч…