Исторические любовные романы

Последние слова были беспечно брошены через плечо, но пожилая женщина, не обратив на это никакого внимания, пристально рассматривала герцога. – Долг христианина! – повторил герцог, и на его красивом лице отразились сомнение и отвращение. – Почему о долге христианина всегда вспоминают тогда, когда сталкиваются…

– Если он вернется, – заявил Уилл, – я стану солдатом в его армии. – Чушь! – ответила Нелл. – Стать солдатом, чтоб выигрывать чужие драки? Даже мальчишки-факельщики дерутся только за себя. – У меня будет шикарная форма, – ответил Уилл. – Бобровая шапка с большим кудрявым пером до плеча. У меня будет…

Конечно, хотелось бы, чтобы было теплее, но если уж желать, то почему бы не пожелать, чтобы поблизости оказался домик? Надо обходиться тем, что есть под рукой; в течение последних нескольких лет такая жизнь стала для него привычной. Подсунув одну руку ей под плечи, а другую – под колени, Майкл поднял…

– Флэйм, [1] – гордо ответила малышка. Монах кашлянул. Отнюдь не христианское имя. – Тебя отвезут в Аббатство неподалеку отсюда, Флэйм, где добрые сестры помогут тебе получить хорошее воспитание, подобающее настоящей леди. Он уже отошел на некоторое расстояние, когда заметил, что старшего мальчика…

Эдгар качался на стуле, когда услышал, что последнее желание его отца состояло в том, чтобы увидеть его женатым. Возможно, предположил мистер Доунс-старший, он даже проживёт ещё достаточно долго, чтобы увидеть внука в детской? Не то, чтобы у него были какие-либо возражения против внучек, но, как это…

– Как ее зовут? – спросил Кристиан. Хенриетта изумленно захлопала ресницами: ее племянник раньше никогда не интересовался людьми, которые приходят к ней в гости. – Ее зовут мисс Монтгомери, – ответила вместо матери Кэролайн. – Мы с мамой познакомились с ней на вечеринке на прошлой неделе. Ее отец был…

Этим днем Натаниэль прервал свое преследование, чтобы напоить Бланта на постоялом дворе, только для того, чтобы узнать, что человек, похожий по описанию на Фостера проехал здесь несколько часов назад. После этого Натаниэль гнал Бланта с изматывающей скоростью, которую могла выдержать только великолепная…

Нет уж, не желала я поселяться в подвале Робинсон-Холла. Ведь, кроме прочих неудобств, торговый автомат там такой, что выбирать почти не из чего. Увы, оказалось, что материала для диссертации, за которую под конец второго аспирантского года я, наивная, с таким пылом взялась, кот наплакал. Надлежало…

— Не бойся, малышка! Уолли приносит тебе свои извинения: он не сможет прийти. Но я охотно избавлю тебя от разочарования. Однако красотка явно намеревалась хранить верность Уолдрону. Она с силой уперлась ладонями в плечи Делакорта и резко оттолкнула его от себя. — Кто вы такой? — прошипела…

Все эти три года за границей «Березы» снились ей чуть ли не каждую ночь. Даже если плохо спалось и подушка была мокрой от слез, пролитых из-за Питера. «Как смогу я опять жить там, если его не будет рядом?» – спрашивала она себя в те дни. А сны все снились – лебеди, гордо плывущие по серебряной глади…

Оленья голова маячила впереди, дразнила, манила. Чудилось, она плавно перекатывается по волнам. Вот еще совсем немного — и зверь ступит на противоположный берег, стряхнет с крутых боков воду и, бросив на неудачливого преследователя последний безразличный — даже не презрительный, а именно безразличный! —…

Боже ты мой, да ведь она уже семь лет замужем за принцем! И такое ощущение, что все эти семь лет прошли на этих толстых, жарких, колючих простынях. Они совершенно не подходили к той теплой летней ночи, наступившей вслед за днем ее свадьбы. Золушка вся извертелась на этих простынях в ожидании принца,…

— О… о, какие серьги! Двойчатки, да с бубенчиками! — Тетенька подарила, перед тем как к старшему сыну из Москвы отъехала. Сын ее — пронский воевода. — Курбский? — мигом насторожилась Магдалена. — Так он твоя родня?! — Ну да, мы с ним троюродные. И его матушка, и моя — Тучковы урожденные. А ты знаешь,…

Нет, это были не реплики из неизвестного спектакля. С девушкой, притаившейся в кулисах, плохую шутку сыграла ее вжившаяся привычка во всем слышать сценическую речь. А между тем налицо было обыкновенное, прозаическое объяснение в любви… Нет, не обыкновенное, а очень даже поэтическое: пылкое, страстное,…

Уж не случилось ли что-то ужасное? Уж не хватил ли удар батюшку? – Девочки, скорей! Скорей! – замахала руками Генриетта-Каролина, когда дочки одна за другой выскочили из кареты и бросились к крыльцу. – Немедленно умываться, переодеться, причесаться. Даю вам полчаса времени. У нас гость! У нас такой…

Конечно, с супругом ей не повезло жутко. Анне едва исполнилось семнадцать, когда ее обвенчали с таким же юным несмышленышем, герцогом Курляндским Фридрихом-Вильгельмом. Было это в октябре J710 года. Для сего брака весьма постарался дядюшка Анны, государь Петр Алексеевич. Польское владение, Курляндия,…

Во всяком случае, так казалось мужчинам в зале. И они с глубокой тоской смотрели на ее поклоны, на плавные движения ее выразительных, говорящих рук, на улыбку румяного рта, ловили блеск из-под опущенных ресниц, а дамы ревниво пытались проследить за взглядом красавца. Томный это был взгляд, страстный, –…

«Ладно, – угрюмо подумал он, – черт с ней, с ее душой. Но где же сейчас ее тело?! Я убью ее, если узнаю, что она снова солгала мне и уехала не в Берлин, не в Прагу, не в Вену, а в Москву!» И он чуть не зарыдал, потому что был знаменитым фантастом-футурологом, то есть умел проницать настоящее и провидеть…

Словно не видя государя, спрыгнул с седла и припал к обеспамятевшему сокольнику. Подхватил его под тонкий стан, попытался поставить на ноги, суматошно выкрикивая: – Кученей! Кученей! Очнись! «Кученей? Что такое? – изумился царь. – Имя? Но ведь это женское имя! Нет, быть того не может!» Ноги сокольника…

Зал, не заметивший никакой заминки, разразился хохотом. Это вывело из оцепенения и Сосницкого, и прочих, и действие пошло, покатилось, и Варя шаловливо вела роль, не споткнувшись больше ни разу, лишь изредка бросая украдкой взгляд в сторону императорской ложи. Она даже и не видела ничего, но чувствовала,…