Классическая проза

Молодой человек, похожий на хорька, слез со стола, подошел к железной печке и прикурил. Потом принялся расхаживать по комнате и рассказывать о своей конторе и таможне, о торговых махинациях и деньгах, которые сами просятся в карман. В этих рассказах, наверное, не было и сотой доли правды. Но слушатели,…

— Откуда вы знаете? — У меньшего глаза налились кровью. — Я не требую больше твердой цены. Лицо высокого по-прежнему было постным и суровым, но голос стал хриплым. — Этого только не хватало! — прошипел он в сторону меньшего. Генерал торжествующе огляделся. Между тем и войска его добились успеха.…

Через час, наверное, – солнце быстро скатывалось к горизонту, белые облака тронуло багрецом, холмы лиловостью, синевою лес, и долины почернели – протрубил рог. Орландо вскочил. Пронзительный зов шел из глубины долины; откуда-то из темноты; из тесноты; из лабиринта; из города, препоясанного стенами; он…

– А ведь это, батюшка, никому не запрещено, верить-то; верь, сделай одолжение, если тебя охота берет. Я вон генеральше Шемельфеник верила; двадцать семь аршин кружевов ей поверила, да пришла анамедни, говорю: «Старый должок, ваше превосходительство, позвольте получить», а она говорит: «Я тебе отдала». –…

Они идут все быстрее рядом с вагоном, Сашино лицо перекошено страданием, но сам он молчит, и Ирина наконец-то сбросила все свои маски, лицо ее беззащитно, мне впору ее пожалеть, но мы в равном положении — и вначале надо справиться с собой. Справиться? Если это возможно… — Мама! — хрипло говорит…

Я рисовал, а Хартвигсен не мог нарадоваться на мою работу, всё восхищался, что дома у меня выходят похоже. Я послал моему другу Мункену Вендту письмо, извещая его, что к нему направляюсь, но задержусь у добрых людей. — Напишите, что раньше как осенью до него не доберётесь, — сказал мне Хартвигсен. —…

Время от времени в салоне г-жи де Миоссан появлялся весьма занятный горбун — этот человек забавлял меня уже несравненно больше. Он хотел пользоваться успехом у женщин, и, как уверяют, это ему иной раз удавалось. Имя этого чудака было доктор Санфен, и в 1830 году ему могло быть лет двадцать пять — двадцать…

Балкон весь съежился. И всё меньше стало. — Мамочка, а ты все та же, а Волик, где он, мой любимчик маленький? — Верочка, скажите, вот тот уж маленький, несомненно, а я большой. — Сколько вам лет? — Мне девятнадцать, т. е. собственно двадцать, или двадцатый, как говорят. — Но это не все равно.…

Даже в самой форме своего повествования Амаду приближается к народному сказовому стилю. Баийские романы написаны в символико-романтической манере, принимая порою форму стихотворений в прозе. В них Амаду выступает как поэт своего народа. В прологе к «Капитанам песка» Амаду говорит, что этой книгой заканчивается…

— Аман жив-здоров? — спросил уже более спокойно Ратх. — Я слышал вчера от одного командира, будто Аман служит старшим конюхом на ипподроме. — Да, сынок. Именно так, — подтвердил Каюм-сердар. — Аман — конюх, сын его, Акмурад, тоже при нем, на конюшне. Вся семья его живет…

Он быстрым шагом пошел по улице к берегу реки Кларэльв. Душу его наполняло столь же тревожное и радостное ожидание, какое он испытывал в ту пору, когда был студентом и приезжал домой из Упсалы на вакации. Вдруг он резко остановился, пораженный, будто кто-то ударил его прямо в лицо. Он уже подошел довольно…

Вдоль тихой узкой улицы, где стоит прохладная и сырая тень, идут старинные дома с высокими островерхими крышами, и заканчивается она аркой, в глубине которой виднеются ворота, достаточно широкие и высокие, чтобы пропустить всадника, из чего явствует, что в те времена, когда строился дом, карет еще не…

— Нэнси, целую неделю я думала на работе, как тебе сказать, но ничего не придумала, поэтому просто скажу все, как есть. Я хочу, чтобы здесь жил кто-то другой, и мне придется попросить тебя съехать. Разумеется, когда найдешь квартиру — на улицу я тебя не выставляю… — Она нервно усмехнулась.…

— А почему же, если она так хороша и всему этому сопротивляется, — сердито возразил старик Дзуккато, — Сеньория [5] повелела восстановить своды святого Марка — ведь они голы ныне, как мой череп? — А потому, что в эпоху, когда их украшали мозаикой, греческие художники в Венеции…

Та ось одна з молодих жінок почала приставати. Разом з нею відстала й стара. Вона відокремилася від гурту й пішла понад звивистим яром, промитим зливами в твердій рудуватій землі. Молода жінка попленталась за нею. Вона була вагітна, і їй дедалі важче ставало йти, вона задихалась. Зрештою вона прихилилась…

Дальше пошло хуже. По смерти Власа окна в институте промерзли насквозь, так что цветистый лед сидел на внутренней поверхности стекол. Издохли кролики, лисицы, волки, рыбы – и все до единого ужи. Персиков стал молчать целыми днями, потом заболел воспалением легких, но не умер. Когда оправился, приходил…

По той стороне тротуара, недалеко от моей незнакомки, вдруг появился господин во фраке, солидных лет, но нельзя сказать, чтоб солидной походки. Он шел, пошатываясь и осторожно опираясь об стенку. Девушка же шла, словно стрелка, торопливо и робко, как вообще ходят все девушки, которые не хотят, чтоб кто-нибудь…

Весть о поражении привез некий пан Михал Володыёвский, молодой, но прославленный воитель, который по приказу Радзивилла командовал вместо пана Гераклиуша лауданской хоругвью. Уцелевшие лауданцы тоже возвратились в родные дома; измученные, подавленные, изголодавшиеся, они, как и все войско, роптали на…

Не берусь предсказывать, как встретят этот руман дона Мигеля читатели и каково будет их отношение к автору. Уже довольно давно я слежу за войной, которую ведет дон Мигель с наивностью нашего общества, и, признаюсь, меня поражает, сколь она глубока и чистосердечна. В связи со статьями дона Мигеля в «Мундо…

Живой интерес к его творчеству в широких читательских кругах вновь проявился в последние годы Веймарской республики, когда Гауптман выступил со своей драмой «Перед заходом солнца» (1931). Старый писатель наполнил свою закатную драму горькими размышлениями о судьбе Германии, о трагическом пути гуманиста…