Классическая проза

З Б'юїком на колінах я була — принаймні по-своєму — щаслива і боялась тільки одного: що моє щастя урветься. Так воно незабаром і сталося. Двері до їдаленьки рипнули. — Гей, рюмсо! — почувся голос Джона Ріда; він замовк: йому, мабуть, здалося, що в кімнаті нікого немає. — Де в біса вона поділася?…

И самое странное – как оба эти мира друг с другом соприкасались, как близки они были друг к другу! Например, наша служанка Лина, когда она вечером, за молитвой, сидела в гостиной у двери и своим звонким голосом пела вместе с другими, положив вымытые руки на выглаженный передник, тогда она была целиком…

Теперь, после этого краткого вступления, можно определить место Сянцзы среди рикш, пожалуй, так же точно, как место винтика в сложном механизме. До того, как Сянцзы получил прозвище Лото, он ни от кого не зависел. Иными словами, был молод, силен и имел собственную коляску. А собственная коляска – это…

На бульваре показался велосипедист; он весело катил по направлению к центру города. Путь этот был ему знаком: он неизменно проделывал его каждое воскресное утро. Пожалуй, сегодня он выехал позже обычного — он дольше спал, так приятно было понежиться в постели и побыть с женой, как и полагается по воскресеньям,…

– А у тебя разве никогда не возникало желания полететь? – Что-то не припомню. – Люди мечтали об этом с древности, – сказал он. – Вспомни Икара. – Твой пример не слишком удачен, – улыбнулась Трейси. – Ты тоже можешь попробовать. Не обязательно сразу затяжной. Привяжешь специальный шнур, и парашют…

— Сейчас налью тебе шнапса. Знаю, что ты еще слишком молод, но, думаю, он тебе не повредит. Я уже собрался показать ему, где стоит бутылка. Похоже, это дядя Гарри не мог обойтись без выпивки. — Не вставай, Джерри. Я знаю, где твой отец держит шнапс. Дядя вернулся с двумя стаканами и бутылкой. Один…

Кофиналь , врач, командир канониров Коммуны, 50 лет Морис Дюпле , старик столяр, присяжный Революционного трибунала, 56 лет Молодой Дюпле , сын его, 16 лет Симон Дюпле , по прозванию «Деревянная нога», племянник его, секретарь Робеспьера, 25 лет Элеонора Дюпле , 26 лет Элизабета…

Симона де Бовуар. Мандарины Симона де Бовуар. Мандарины ГЛАВА ПЕРВАЯ I Анри в последний раз взглянул на небо: черный хрусталь. Тысяча самолетов, взрывающих тишину, — такое даже трудно вообразить; между тем в голове с каким-то…

— Дорогой, ну, пожалуйста, попробуй. Прошу тебя! Ну ради меня? — Она ждет секунду-другую, потом поднимает взгляд на врача. — Боюсь, это бесполезно. Теперь над ним склоняется врач. Он чувствует, как ее пальцы осторожно раздвигают ему веки — она разглядывает что-то в его зрачках. Улыбается ему, будто…

— Была, миссис Ститч. — Значит, еще две гинеи. «Потерянное время» — прелесть! Мы читали его вслух в Блэквелле. Безголовый аббат неподражаем. — Безголовый аббат?! — На потолке у Артура. Я отнесла «Время» в комнату премьер-министра. — И он его прочитал? — По правде…

Капитанът спокойно измери бързо приближаващите кораби от носа до кърмата, преценяваше изчистените им функционални очертания с окото на опитен корабостроител. Същински морски хрътки, способни бързо да развиват огромна скорост, бойните галери на венецианците намираха топъл прием в доста европейски страни.…

А вот и трамвай, семерка. Маршрут: Бойня – Большие доки. Он возвещает о своем прибытии громким лязгом железа. Потом отходит. До отказа набитый чемоданами и спящими детьми, он удаляется в сторону доков, к заводам, во мрак восточной части города. Это предпоследний трамвай, последний пройдет через час.…

В этой первой комнате стоит особый запах; он не имеет соответствующего наименования в нашем языке, но его следовало бы назвать трактирным запахом . В нем чувствуется затхлость, плесень, гниль; он вызывает содрогание, бьет чем-то мозглым в нос, пропитывает собой одежду, отдает столовой, где кончили обедать,…

— Вы правы, сестра, нам надо устроиться поудобней. Не знаю, зачем я держу этот мешок. Она положила его возле себя под лавку. — Погодите, — сказала сестра Гиацинта, — у вас в ногах кувшин с водой. Он вам мешает. — Да нет, уверяю вас. Оставьте, надо же ему где-нибудь стоять И обе принялись, как…

— А почему нет? — отвечает мой брат Эля. — Разбойник! — шепчет мать, глядя на него покрасневшими глазами. — Откуда только у меня дети такие разбойники?! Мама возмущается, кипятится, но, выплакавшись, вытирает глаза и идет на уступки. Так же было и с книгами, и с серебряной каймой от отцовского талеса,…

Железнодорожные колеи разветвлялись все шире. На путях стояли тысячи товарных вагонов, желтых, красных, синих, зеленых, белых, пригнанных сюда со всех концов страны. В Чикаго, вспомнилось Каупервуду, словно меридианы к полюсу, сходятся тридцать железнодорожных линий. Низенькие деревянные одноэтажные…

Так что число новообращенных сократилось, а без­бородых, которые бесконечно призывали к миру, но чрезвычайно гневно обличали богов, одного за другим похватали набожные люди, перевешали на священных деревьях, постреляли стрелами и отдали в качестве пищи птицам Одина. Оставшиеся в живых двинулись на Север,…

И вслед за тем на крыльцо торопливо вошла пожилая, среднего роста женщина, загорелая блондинка, крепкого, здорового сложения, с приятными и мягкими чертами лица, сохранившего еще следы прежней красоты. Но главным украшением этого лица были глаза — большие, светлые, серые глаза, светившиеся кротким выражением.…

Бульба повел сыновей своих в светлицу, откуда проворно выбежали две красивые девки-прислужницы в червонных монистах, прибиравшие комнаты. Они, как видно, испугались приезда паничей, не любивших спускать никому, или же просто хотели соблюсти свой женский обычай: вскрикнуть и броситься опрометью, увидевши…

Когда четверть часа спустя Стрезер сошел вниз, взгляду его «хозяйки» — надо думать, благожелательному — представилась сухощавая, несколько нескладная фигура мужчины среднего роста, скажем прямо, более чем средних лет — лет пятидесяти пяти, — отличительными чертами которого на первый взгляд были…