Мистика

– Участникам с порядковыми номерами семь, восемь, девять – приготовиться к выходу на сцену. Гримеры, займитесь номерами семь, восемь, девять. Ко мне подлетает персонал. Среди них есть женщина, которая усердно машет кисточкой по моему лицу, парень цепляет микрофон, а женоподобный мужчина пытается мне…

Картина прошлого треснула как брошенная в костёр фотография в рамке, он замотал головой избавляясь от неё, сейчас она мешала ему эти воспоминания такие болезненные, колючие жгли ему глаза. Рядом поскуливая, сидел Мик, он уже сделал свои собачьи дела и теперь ждал вечерней порции корма. – Вот она! –…

– Ouch! – what mean "OUCH!". It wa intolerably painfully the pring from a eat pierced it in a backbone. And the moment the car got to thi on a hummock, and having jumped up o that at Emmanuel intercepted pirit, and it having creamed again. – Ouch! Hell i a taxi. I cam to thi … it in thi car?…

Я закрыла глаза, отдышалась и поймала себя на том, что делаю шаги вперед. Зачем? Чем мне так не угодил этот подросток? Почему я не могу всего-навсего оставить его в покое и вернуться домой? И тут же напомнила себе: «У меня нет дома». Туман приближался. Я видела движения воздуха внутри него, словно…

– У тебя же полно всего, – пожимала плечами мама, не видевшая разницы между жалкими пупсами, мягкими игрушками – и настоящей куклой. – И ты уже большая. Хочешь, возьмем тебе краски? Краски Зине были совершенно не нужны, но она послушно кивала. В общем, хорошо жила семья, на широкую ногу, не стесняясь…

   В итоге мы имеем все-таки Гагтунгра как игрока-неудачника с одной стороны, с огромными амбициями, но игрока сильного – игрока второй сборной, которому прочили будущее, игрока, который предпочитает "игры в реальность" и которому за эти игры платят гонорары в сотни раз превышающие спортивные шахматные.…

Дар вернулся вместе с болью. Болеть начинала душа и болела так упорно, что все краски жизни тускнели. Справиться с ней можно было, только объединив прошлое с настоящим или настоящее и будущее. И хорошо, если бы это все касалась только ее личной жизни, но обычно это касалось чужих людей и чужих судеб.…

– Боже мой, это Регина? – к Элине на кровать подсаживается Маргарита. Ее стрижка сейчас напоминает растрепанного птенца. Завитушки волос шоколадного цвета капризно торчат в разные стороны. – Марго? – взгляд Регины затуманен и бесцельно блуждает по их лицам. – Регина, что случилось? – требовательно…

Мне нравится дразнить брата и напоминать ему о том, что он левша. Его это по-настоящему бесит. К самому прозвищу он привык и не воспринимает его как насмешку. Но если упомянуть нечто такое просто в разговоре, сразу же обижается. – Вонючка ты, вот ты кто, – пробурчал он, поднимая мяч с пола. Я уже…

– Крошечный, трусливый зверек. Боишься, но идешь. Смех напоминал карканье мертвых воронов. Таким же дребезжанием отзывался в груди. Коридор оборвался, и Лили очутилась в комнате, которая утопала в кровавом бархате. Бархатные подушки на диване, бархатные шторы на заколоченном окне. На стенах висели…

Уезжать не спешили, подождали, пока прогорит дотла и исчезнут последние красные угольки. Ну вот и все… Смоют дожди пепел, прорастет трава на пожарище, – и останется Еловый бог лишь в старушечьих сказках, каким никто, кроме самых малых ребятишек, не верит. Внимательные взгляды наблюдали из чащи за…

Домой 23 мая вернулась в 23.30, осадок после ворожбы был кошмарный. Поработала с маятником – он над фотографией кружил против часовой стрелки, значит, нет его уже в этом мире. Решила погадать по книге мудрости, и вот такая цитата открылась: " Человек  умирает, его душа, не подвластная разрушению, ускользает…

Вообще, любопытно, что мы говорим о погоде. Никто, по-моему, так обстоятельно не обсуждает ее, как мы в наших письмах. А мне это нравится! Ни с кем так не хотелось обсуждать погоду, как с тобой, хрустальная моя. Сколько живого интереса к этой, казалось бы, безвыигрышной теме. И вправду, какое влияние…

– О, благодарю вас, молодой человек. Не знаю, что бы я без вас делала. Этот монстр весит, кажется, целую тонну! – Миледи, нужно было взять носильщика у касс, – учтиво произнес Адам, стараясь не показывать, насколько ему приятна её похвала. Тем временем пассажирка из рукава достала изрядно помятый билет:…

- Вот, так удача, - обрадованно засмеялся Бульбаш, - будет теперь чем революцию поднимать. А думали не найдем ничего. И вот тут старец заговорил: - Я являюсь хранителем этого сокровища уже много лет, и я бы не советовал вам трогать его. - Почему? – удивился Нестор Петрович. - Потому что оно находится…

– Он знает? – неожиданно спрашиваю я. – Что? – Он знает, что ты беременна? – Нет. – А ты ему скажешь? – Не знаю. Может быть. Не сейчас. – Я бы сказал. – Да ты-то тут при чём? Это правда. Я тут совсем ни при чём. У нас даже секса не было уже два месяца или около того. И, наверное, никогда…

Когда ее глаза немного привыкли к полумраку, она смогла разглядеть широкий коридор, в котором не осталось ничего, кроме нескольких распахнутых штор, которые без всякой видимой причины были оставлены на окнах. Подойдя ближе, она некоторое время рассматривала ткань и размышляла о людях, которые когда-то…

– Ну что еще? – мрачно спросила Надя, подходя к подруге. – Очередные шарлатаны, что тут необычного? Этих вывесок уже знаешь сколько было? Алиса упрямо помотала головой, не сводя глаз с вывески. – Давай зайдем, – предложила она. – С ума сошла? Мы же вместе ту передачу смотрели. Обман это все! Сейчас…

Без сомнения, подозрение такое иллюзорно. И иллюзию эту создает тот же самый материал, что облекает плотью скелет всех странностей. Я называю ее материей снов, видений и неслыханных встреч. Именно она, цепляясь за кости странного, принимает разнообразные формы и прикрывается многочисленными личинами.…

Во многом это противоречит здравому смыслу, и суть приоткрывается уже только тогда, когда, как говорят, смерть застилает нам глаза. Не доходя до этого всеприродного греха, все же можно вычислить и для себя долю возможного земного счастья и употребить его по равенству всех отношений, что и присущи на…