Прочие Детективы

Анжелика поежилась и снова залезла под одеяло. Ей было страшно. Впрочем, как и всегда по ночам. Ей почему-то казалось, что ночью все в доме оживало. И хотя она прекрасно понимала, что это всего лишь ее воспаленное воображение, страх не отпускал. Она всегда была девушкой впечатлительной, а старые дома…

Соне понравился голос Эдуарда Семеновича — мягкий, вкрадчиво-бархатистый. Она мило улыбнулась собеседнику и проговорила: — Поиски займут какое-то время, приходите через недельку. — О нет, что вы, через недельку мне надо быть уже в Стокгольме, на симпозиуме… — Соня, Эдуард Семенович…

— А кто — дядька? — с прищуром посмотрел на него Иван Федорович. — Второй раз судебный следователь Широбоков был в отпуске ровно по истечении года службы, — произнес Геннадий Никифорович и тотчас пожалел о своих словах, поскольку реакция Воловцова была вполне предсказуема. — Года службы? — воскликнул…

— Итак, смельчак нашелся! Надеюсь, с этим молодым человеком все будет в порядке. Если же нет — его светлый образ навсегда останется в наших сердцах и в нашей памяти! А теперь внимание! Застучали барабаны. Стук нарастал вместе с нервным напряжением зрителей. Северинский вскинул руки и стал громко…

Снег не баловал южные и юго-восточные территории. Хотя пацаном Кондрат еще застал и морозы, и заледенелые тротуары родного Новошахтерска, и снежные сражения за звание Царя Горы. Но теперь зима превратилась скорее во время года, этакое, как учили в школе, безликое имя существительное, и по погоде ничем…

Я был слишком измотан дорогой, чтобы отказываться от помощи в незнакомом городе. Положив вещи, я захлопнул багажник и уселся в зеленый паккард образца 1950 года. Мы набрали скорость. Было приятно ощущать порывы ветра. Радио Скотт не включал. — А вы похожи на него, — начал он. — Может быть… не знаю.…

– Знаешь, год назад я решил подъехать к ней, – продолжал Дынин, не заботясь, слышит его девушка или нет. – Думал, приглашу в клуб, потусуемся, я ее обаяю… Но она головой покрутила и дальше побежала. Ни «да», ни «нет». На следующий день дождался ее на выходе, только подвалил, а меня какой-то не очень…

— Что у вас за машина? — спросила она. — «Понтиак». Прошел четырнадцать тысяч миль. Я снова спросил себя, что ей надо. — А сколько вы хотите за него? — Две с половиной тысячи, — ответил я. — А что? Вы знаете человека, которому нужна такая машина? — Пожалуй, —…

Жаль, что нельзя зайти и заказать чашечку латте или капуччино. Он почти ощущал аромат кофе. Но нужно двигаться дальше. Ему предстояло еще столько всего увидеть, а времени оставалось мало. Завтра он планировал побывать в Монреале, а потом, в зависимости от того, как много успеет сделать там, через день…

– А он, наверное, спас иностранца во время авиационной катастрофы, – невинно предположил я и повернулся к Дедушкину: – И за это иностранец наградил тебя своим чемоданом. Нет?.. Дедушкин достал из кармана свой замечательный батистовый платок и проделал с ним полный цикл фокуснических манипуляций.…

Но что бы мама ни думала, вслух она этого не произносила. Хотя и очень хотела. Приходилось уважать выбор дочери, даже если и не могла с ним смириться. Как в свое время смирилась с желанием мужа поработать на правительство. Смирилась, потому что любила. А когда любишь, то готова на все. Даже на смерть……

Коснувшись головой моей груди, она рассмеялась мне в лицо: — Вы вкусный. И я вкусная. Я онемел. И точно в этот момент вернулся дворецкий и, конечно, узрел идиотскую ситуацию. Мне показалось, он не обратил на это внимания. Высокий, худой мужчина с серебряной сединой, лет шестидесяти, может, меньше,…

— Что ж ты меня дискредитируешь! — прошипел Трешнев. — Перед, можно сказать, кворумом Академии фуршетов! Он смотрел в сторону входа, где вели беседу несколько разновозрастных мужчин. Но Ксения решительно отправилась к мороженщице и купила себе большой брикет пломбира. А Трешнев,…

Я вздохнула и прислонилась к облупленной стене лестничной площадки. На мне было офигительное, как называет этот стиль моя школьная подруга Татьяна Сидорова, платье, которое она же мне и одолжила, и туфли, стоящие целого состояния (понимай – полторы зарплаты) – из черной замши, остроносые, на тонком каблучке –…

По возвращении в Москву ее супруг сразу ушел из органов, очевидно, тут сыграла свою роль экзотическая в его кругах карьера жены. А блистательная, расторопная Анетта тем временем стала сначала вторым, а потом и первым человеком в российском отделении одного из самых серьезных западных некоммерческих фондов.…

Некто не переставал удивляться еще одному свойству людей: бесконечным попыткам находить повсюду тайны и раскрывать их. Увы! За одной тайной тут же, как чертик из коробочки, выскакивала другая – и так до бесконечности… Некто еще некоторое время любовался тонкими и печальными красками осени, синим…

Наконец, дошли вести и до правителя самой могущественной и богатой на свете державы о красоте принцессы, о несметных богатствах ее отца. Решил он женить старшего сына на гордой и своевольной красавице и отправил к радже своих послов. Перед ними отправил караван с дарами, а вслед поехал и сам принц. Когда…

— Нет, отец, нет! — вскрикнул гость, балансируя на самом верху приставленной к дому лестницы. Одно неловкое движение — и лестница повалилась назад, унося ночного гостя в белоснежную тишину сада. Хлопала створка распахнутого окна. Тихо падали снежинки. Потрескивали дрова в камине. И тут тишину спящего…

Вначале я во всем корила свою вечную полноту. Правильно говорят, что лишний вес в первую очередь давит на мозг. В смысле: похудею — сразу жизнь наладится, замуж выйду. Когда избавляешься от этой бредовой установки (мне лично помогло соответствующее образование), сразу же прекращаешь себя истязать. Не…

Восемнадцатого февраля ресторан был закрыт на спецобслуживание, о чем извещало объявление на стеклянной двери. Впрочем, прочесть его человеку постороннему все равно было невозможно — все подъезды к зданию ресторана перекрыли, а пешеходов вежливо, но твердо направляли на другую сторону улицы. Избранные…