Проза прочее

Индустрия моды придумала кучу всего, чтобы сделать будущих матерей счастливыми, а вот женщине после родов она ничего не могла предложить. Саре оставалось только любоваться своими старыми облегающими нарядами и перебирать то, что она носила, когда была похожа на беременного бегемота. Естественно, она…

– Ларкин, ты? – Позвольте, а вы кто? Да, голос его. Глаза. Точно, это он! Я вновь обратился к мужчине: – Володя! Ларкин, это ты? – Да, Ларкин я, а вы кто? Мужчина внимательно смотрел на меня, явно не признавая во мне знакомого. Ещё бы, столько лет. Я подошёл к нему ближе: – А вы гляньте,…

Вениамин до сих пор не знал, любит его Надя или нет. Он и не хотел знать правду, боясь понять, что жена живет с ним только из чувства благодарности за свое спасение. Но в то же время Вениамину была неприятна эта недосказанность, поэтому он старался не зацикливаться на своих переживаниях, а просто наслаждался…

Ему казалось, что он читает любое ее желание по глазам. Не важно, что это было: красивое платье, дорогущая сумочка, ювелирное украшение или новая машина. Тине стоило лишь упомянуть, что ей что-то нравится, – и Йонатан тут же ей это покупал. Беззаботное существование без каких-либо обязательств. Издательством…

Первые две попытки застать фотомастера на работе закончились неудачно, так как он был в затяжном отпуске и каждый раз переносил дату приезда. Может это знак свыше и надо отказаться от своей затеи? Наперекор всему и своим сомнениям, со всей решительностью и верой в успех я поехала в фотосалон уже…

– Они меня и правда не смущают, но так забавно наблюдать за людьми и их реакциями… Я даже прозвища даю. – В смысле? – Ты всех превзошла. – Да ну? – «Исследовательница». В панике смотришь по сторонам и выискиваешь: откуда может прийти опасность… – Может, от тебя? – От меня?! – Может, ты…

Бесконечная череда каламбуров доводила до изнеможения, смех неудержимо распирал его изнутри и наконец вырвался наружу неукротимым, всепоглощающим… нет, уничтожающим все на своем пути хохотом. Скорость, с которой сменялись картинки перед глазами Сергея Сергеевича, росла. Только он успевал отреагировать…

Сам я себя никак не называю. А другие зовут — Иван. Такое всемирное имя: Иван, Джон, Бон, Ян, Вань, нормальное имя. Иван, родства не помнящий, прекрасное звучание. Может, кому и не нравится, не по душе. Ну что ж теперь? Менять, что ли? Для кого-то неизвестного, незнакомого и враждебного? Да ни в коем…

После обеда мы собирались уезжать в Москву, и зять приехал на машине с самого утра, чтобы отвезти нас домой. Потом позвонил Леша – муж: хотел узнать, когда же ждать меня. Часов около двенадцати дочь начала собирать вещи – дело долгое и многотрудное , – а Матвей, зять, выключив после некоторых колебаний…

В хитросплетениях сюжетов Манро не перестает удивлять: банальные бытовые драмы оборачиваются совсем необычными психологическими ситуациями, а типичная ссора приводит к настоящей трагедии. При этом рассказ обрывается столь же неожиданно, как начинался: Манро не делает выводов и не провозглашает мораль,…

Тихо и хорошо. Предрассветные часы. Скоро проснутся птицы. Мой волк О. К. Первый раз я повстречал своего волка во сне. Дело было зимой, и я, выходя из маршрутки, испугался, увидев на тропинке огромного волка. Кажется, я в него начал чем-то кидать. А потом стало стыдно: он же ничего мне не…

Прошло два года с тех пор, как Джинни в последний раз была в пристройке над ресторанчиком «Лапша на 4-й стрит». (Ее родители называли эту квартиру «тем местом, что над фабрикой жира». И это было совершенно справедливо. В «Лапше» все было очень жирным, но это был хороший жир. Здесь готовились самые вкусные…

У меня семь совладельцев недвижимости. Как семь гномов. Однажды, войдя, когда они шушукались, я им бросила: «Ку-ку, вот и я, ваша Белоснежка!» Они даже не засмеялись. Никакого чувства юмора! Совладельцы? Скорее, семеро соседей, семь семейных (семь семейных? – хм…) очагов, угнездившихся в семи апартаментах,…

– Поехали скорее! – прошипела я. Выдохнула я только тогда, когда мы вырвались из аэропорта и были уже на полпути к Брюсселю. За год до этого прекрасным весенним днем я получила диплом об окончании колледжа Смит, расположенного в Новой Англии. Двор колледжа был залит солнцем, звучали волынки, а…

Они снискали ему и поощрительное внимание и дружбу крупнейших австрийских прозаиков послевоенных лет — Хаймито фон Додерера (1896–1966) и Альберта Париса Гютерсло (1887–1973). X. Айзенрайх благоговел перед обоими, видя в них лучших продолжателей классических традиций австрийской литературы, служить которым…

Собеседование подошло к концу. Последние три кандидатки покинули небольшую приемную. – Не подходят. Алла Петровна, можете забрать. Директор одного из крупнейших рекламных агентств, Данил Залесный, протянул секретарю пачку анкет. Алла Петровна, дама среднего возраста и способностей, кивнула и быстро…

Досадуя, что день начинается с неприятного, он тем не менее закончил третий куплет и позвонил. – Кажется, замок сломался, – сообщил Эдуард Альбертович, когда Зинаида Яковлевна щелкнула ставшим послушным в ее руках механизмом, и дверь распахнулась. Не столько даже распахнулась, сколько приоткрылась…

Владелец занимаемой мной комнаты был тоже моряком, но военным – он был подводником дальнего плавания. Один раз он явился за квартплатой при полном параде: фуражка с крабом и звездой, кремовая рубаха, черный галстук, черный габардиновый костюм, два ряда золотых пуговиц, золотые погоны и красные лампасы.…

И хотя писательница подчеркивает, что многое было ею литературно переосмыслено, переработано, основа была взята из жизни и нравов, царящих в хорошо знакомой среде. Да и когда сочинялись эти рассказы, Надин Бисмют было примерно столько же лет, сколько ее героиням. И все же пусть не пугаются читательницы:…

– Не увидим. – Лицо ее было прекрасно в серьезной задумчивости. – У меня давно ощущение, что не осталось ничего. Что мы были тут с тобой раньше, что тут был город, может, тот, который еще раньше мы знали по имени. А сейчас остались камни, и камни, и асфальт… и ничего больше. – Мы тут не были. Просто…