Проза

Волшебники считали магглов корыстными и глупыми людьми. Они догадывались, что их соседи-магглы стали бы использовать их волшебные способности в свою пользу, узнав их реальные возможности. Так что ведьмам и волшебникам приходилось быть крайне осторожными и до того, как вышло Международное постановление…

Пусть видят - все-все-все! - решительной, полной достоинства походкой движется Федя по центральной улице; в правой, чуть на отлёте, руке - чёрный футляр со скрипкой, левый локоть прижимает папку с нотами. Этот - на виду у всего города - путь из сапожной будки к эстраде кинотеатра компенсировал Феде унижения…

Когда впервые было решено проводить парад Пионеров, мы попросили Коннигсвассера вернуться в свое тело и возглавить шествие, но он отказался наотрез, и нам теперь каждый раз приходится находить какого-нибудь козла отпущения и с помощью лести убеждать его взять на себя выполнение этой миссии. В параде-то…

- Да ты что думаешь? - воскликнул наконец Купфер, - о каком представлении речь? Просто возьму тебя, вот как ты теперь сидишь, в сюртуке - и повезу тебя к ней на вечер. Никаких там, брат, этике-тов не водится! Ты вот и ученый, и литературу любишь, и музыку (у Аратова в кабинете действительно находилось…

С того дня и началась у них настоящая любовь. Витька был в этом деле совсем дурошлеп, а Маруська-то нет, но она этого не выказывала, а он в лихорадке и не заметил. Так он был ей мил, так уж мил, что она вся истаяла у него в руках, как леденчик. Всю ночь с субботы на воскресенье и долгое воскресное…

И все же они породили смятение в сердцах двух мужчин, пришельцев из большого мира за пределами Берлевога. Одним из этих мужчин был Лоренс Лёвенхъельм, молодой офицер, который вел разгульную жизнь в своем гарнизонном городке и оказался в долгах. В 1854 году, когда Мартине исполнилось восемнадцать лет,…

Боже мой, какое удивительное ощущение! Я лечу. Я поднимаюсь все выше и выше. Серебристая нить еще связывает меня с моими останками, как пуповина. Я продолжаю полет, и нить исчезает. Был маленький кораблик, Он никогда не плавал. Маленький кораблик — это я. Мое тело колышется. Я лечу. Я…

25 января Ну вот, пришла Нора и устроила мне сцену. «Все, дорогуша, больше я тебя не буду просить аккомпанировать. Ты меня выставила на посмешище». Почему на посмешище? Я аккомпанировала, как могла; помнится, голос ее звучал как-то издалека. Votre ame e t un pay age choi i… [9] Но я глядела на свои…

Разглядывая уголки глаз, помятые веки, облысевшие виски и лоб, он думал: «Черт побери, я не только потрепан. Я просто состарился». И в нем усилилось стремление к покою вместе со смутным, впервые зародившимся желанием покачать на коленях внучат. Наняв в Марселе коляску, он подъехал около часу пополудни…

— Не знаю, — ответила она, — луна и озеро меня умилили. Когда я вижу что-нибудь очень поэтичное, сердце у меня сжимается, и я плачу. Он улыбнулся, тоже растроганный, находя и глупым и очаровательным это наивное волнение женщины, милой маленькой женщины, принимающей так близко к сердцу все свои переживания.…

* * * Проснулся Федор с сильного похмелья – Лежит в саду японском под сакурой, И плачет, сам не зная, как сюда попал. * * * К станции электрички, шатаясь, Федор подходит. Головою тряся, на расписание смотрит: Микаса, Кассуга, Киото, Авадза, Инамидзума, И дальняя бухта Таго.…

Целует руку. В шахматы, что ли? Анна Петровна . Давайте… Смотрит на часы. Четверть первого… Небось, наши гости проголодались… Трилецкий (приготовляет шахматную доску) . По всей вероятности. Что касается меня, то я страшно голоден. Анна Петровна . Я о вас и не спрашиваю… Вы всегда…

Звонок отзвенел, его трели рассеялись в углах коридора. Учитель встал, дежурный прочел молитву, «Достойно есть». Учитель обернулся к нам: «Ну, дети, не увижу вас на Рождестве. Поздравляю заранее! Поздравляю с Новым Годом! Дай вам Бог счастья, здоровья, веселья на святках!» — «Также и вас, Иван Иванович!»…

Мы сознательно не называем этот признак «внешним», поскольку, слегка посвященные в тайны человеческого кода (генетический бум не миновал даже гуманитариев), понимаем, что эти отступления в экстерьере от некой приемлемой душою и глазом нормы, — иными словами, сбитые из грубых узлов жира, корытообразные…

Но кому какое до нас дело? Взять хотя бы этого владельца мясной лавки: где, спрашивается, его колпак, где забрызганный кровью фартук, где вентилятор над головой (чтобы отгонять мух), где сверкающие ножи, острые крюки для подвески туш, крутящаяся каменная столешница для разделки мяса, холмы розового фарша…

— Вы такая-то? —  Да, — призналась. (Все равно теперь уж не отречешься.) —  Писательница? Молча киваю головой. Чувствую, что все кончено, — иначе чего же он выскочил. — Так вот, потрудитесь написать в этой тетради ваше имя. Так. Проставьте число и год. Пишу дрожащей рукой. Забыла число. Потом забыла…

И Сергей, не без робости взглянув на нее, внезапно послушно, торопливо встал и, будто сжавшись от ее слов, со стеснительной осторожностью взял веник и начал подметать возле коек окурки. — Вот так! — уже весело сказала Лида. — В другой раз зайду только тогда, когда будет чисто. До свидания, мальчики.…

Трехсветный, трехэтажный павильон весь залит пятнами цветных экспонатов по золотому деревянному фону, а в окнах синеющая и стальная гладь Москвы-реки. «Sibcu tprom» — изделия из мамонтовой кости. Маленький бюст Троцкого, резные фигурные шахматы, сотни вещиц и безделушек. Горностаевым мехом по овчине…

Отныне во мне борются два человека, и ни в одном из них я не узнаю себя. Однажды кто-то спросил меня, жалею ли я о случившемся. Я не ответила. Мне стало стыдно, но не от того, что я совершила, а потому, что не было во мне тех чувств, которых от меня ждут. Ведь я должна была бы чувствовать себя чудовищем.…

Мужчина тяжело вздохнул, вперил в Мартиньер свой страшный взгляд и взялся за рукоять кинжала. Мартиньер безмолвно поручила богу свою душу, но была непоколебима и смело глядела ему в глаза, все плотнее прижимаясь к двери, через которую должен был пройти этот человек, чтобы попасть к ее госпоже. — Говорю…