Проза

– Так, говоришь, на обратном пути? – снова спросил Баяза. – Да, кое-какие старые счеты… Баяза нахмурился. – Это с кем же? – Ты, может, забыл, что я все-таки отец и что у Илеша моя дочь? – Верно, но на то есть закон. Он вас и рассудит. – Лучше договориться по-доброму,– сказал другой. А третий примирительно…

«Демографическое эхо войны» – резкий рост рождаемости в послевоенные годы, необычный особенно для Франции, население которой до войны даже сокращалось, – отозвалось небывалым приливом восемнадцатилетних. С куда большим трудом, чем прежде, протискиваются они в чуть шире приоткрывшиеся двери вузов. Из…

Но работа была закончена, книга вышла, волнение улеглось, все успокоилось, и меня самого постепенно стал все больше волновать вопрос: «Что же такое «Аум Синрикё»? Чтобы исправить определенный информационный дисбаланс, я сосредоточился на сборе свидетельств пострадавших, но когда эта работа была выполнена,…

У последнего из курганов — самого низкого, находилось кольцо дольменов. Мрачные, заросшие алыми пятнами лишайника строения казались забрызганы кровью. Создавалось впечатление, что они сверлят путника тяжелыми взглядами, предупреждая о том, что здесь не место незваным гостям. Но тот не обратил на древние…

И Гурька старался. На уроках теперь сидел тише воды. Своему соседу по парте Николаю Ли-зунову говорил: – Ты, Лизун, не задевай меня, не мешай. А то я тебе такого козла пущу в башку, что неделю будешь чесаться. Гурька заметил, что писем от отца мать ждала с большим нетерпением, чем прежде. Вернется…

Петр Сергеевич уже проснулся и сидел у стола, почесываясь и перелистывая старый номер «Пути», который Андрей выменял вчера у цыгана на банку пива, но так и не стал читать. – С добрым утром, Андрей! – сказал Петр Сергеевич и ткнул пальцем в газету. – Вот пишут: существование снежного человека можно…

Были случаи, когда Гашек действительно превращал в шутку свои литературные занятия. Известно также, что часть своих рассказов он писал для заработка и действительно не придавал им особого значения. Но если бы к этому все и сводилось, то мировая литература, вероятно, не обогатилась бы таким произведением,…

– Где я? – Все там же, друже, где и был, – весело проговорил Хмельницкий, – а угодить бы тебе сегодня на тот свет, если б не я. – А где же ты? – со страхом спросил запорожец, снова озираясь. – Эти, что вздернули-то тебя? Их, братику, и след простыл. Пан Данилко блудлив, как кошка, а труслив, как заяц.…

Раздались чистые звуки медиатора Хироскэ, шум мгновенно стих, воцарилась глубокая тишина, и в огромном зале звонче песни соловья, поющего в укромной долине, полился чудесный голос Косидзи: – О кто же он, кто посетил приют уединенный в безлюдье гор, пустынных гор далекой Ямасина… [4] В эту минуту…

Таковы-то были мысли, которые побудили меня, смиренного городового архивариуса (получающего в месяц два рубля содержания, но и за всем тем славословящего), купно [8] с троими моими предшественниками, неумытными [9] устами воспеть хвалу славных оных Неронов, [10] кои не безбожием и лживою еллинскою…

Этого мудрого правила аккуратно придерживаются и по сию пору. И не без успеха. Моня же был на Руси чужим человеком, залетной птицей, и эта мудрость на него не распространялась. Даже голод не сделал его злым. Такой уж у него был кроткий нрав, доставшийся по наследству от предков вместе с носом, переходившим…

Так говорил себе Бернар-Франсуа накануне свадьбы, которая состоялась 30 января 1797 года. Но очень скоро ему пришлось убедиться, что получившая столь замечательное воспитание Шарлотта-Лора – особа весьма суровая. Ей были присущи одновременно и легкомыслие, и властность. Только природная грация позволяла…

Из укуренной задумчивости Уилла вырвала воцарившаяся в зале тишина. Подняв глаза, он встретил коллективный взгляд всех присутствующих. Что тут происходит? О, черт! Уилл запаниковал, потом попытался сказать себе, что это только вызванная сканком паранойя. Он уловил лишь обрывки того, что говорил крючкотвор-судья……

Обгоняемый всеми, Дибич торопился к военному магазину, залепленному шевелящимся роем серых шинелей. Он силился протискаться к маленькому оконцу, где гирьки звякали по медной чашке весов, он совал через головы свои документы, он кричал: – Братцы, пропустите больного! Больного, братцы! Его отжимали в…

– А теперь вмажь ему слева, дружище. Они отыграли концерт, а потом в зал ворвалась полиция и арестовала всех, кроме Винса, который, как всегда, исхитрился избежать возмездия. Все это могло стать началом разнузданной, энергичной и весьма прибыльной для группы кампании; могло, но не стало. Тот журналист…

– Бред какой-то… – вздохнул Папаша и направился к миловидной девушке в строгом деловом костюме, которая следила за действиями рабочих, одновременно записывая что-то в лэптоп. – Кхм, – кашлянул он, тактично стараясь дышать ниже линии ее подбородка. – Миледи, я прощу прощения, а что теперь будет на этом…

Выдающаяся женщина Сансера жила в Ла-Бодрэ, городском и вместе с тем загородном доме, находившемся в десяти минутах ходьбы от города, в деревне или, если угодно, предместье Сен-Сатюр. Нынешние ла Бодрэ, как это случилось и со многими другими благородными фамилиями, пришли на смену тем ла Бодрэ, имя которых…

– Историю я крепко подзабыл, – сознался Удалов. И тут что-то щелкнуло у него в мозгу. Будто открытая страница учебника возникла перед глазами. Удалов просмотрел страницу и сказал совершенно спокойно: – Плохо вас учат, сынок, если Суворов стрелецкое восстание подавлял. Особенно если учесть, что за…

— Но вы ведь опять хотите уехать, Кай? — Не знаю, возможно. — Кай быстро пригнулся в седле и снова выпрямился. — Возможно, Барбара. Они поскакали быстрее. Дорога вела вверх, на возвышенность. Оттуда открывался вид вдаль. Кай и Барбара придержали лошадей. Холм был окружен тенями, они крались среди…

– Мамаду, ты хоть сам знаешь, что с тобой? – Болен я, мадам. Очень болен. – И давно? – Да. – А к врачу обращался? – Много раз, мадам. Столько таблеток уже выпил. – Ты слышал когда-нибудь о такой болезни, как СПИД? Он помолчал. Потом заглянул мне в глаза. – Да. – Надо проверить твою…