Проза

Да, за последние недели после увлекательного школьного фестиваля вспыхнувшие увлечения прошли, и ученики вернулись к скуке обычной школьной жизни. Лишь незаметно сменилось время года, с яркой осени на чёрно-белую зиму. Толстые облака закрыли солнце, оранжевые осенние листья стали сухими и мёртвыми, кружась…

Отсюда, из «бобика», магазин выглядел тревожно: его неестественно белый кирпич смотрелся, как вставной зуб на щербатой челюсти окрестностей: вокруг располагались замшелые хаты, шифер которых едва проступал из-под мшистых наростов. Церкви в Малиново никогда не было, и почему бы не предположить, что в…

Рамзес отступил на шаг. Хвост дикого быка хлестнул воздух; он бросил свирепый взгляд на чужака, осмелившегося ступить на его земли. Эти луга, граничащие с топями, где росли высокие тростники, он считал своей территорией. Здесь неподалеку телилась его корова, окруженная своими подругами. Здесь, на берегу…

Ольга посидела с ними недолго, посидела непонятно для чего, выпила немного чая, который заварила себе отдельно в диковинном чайнике, и удалилась в дом. Но, как только Вадим собрался приступить к разговору, ради которого приехал, Боря предложил выпить коньяку и, не спрашивая, налил и себе, и Вадиму. …

— А почему же, если она так хороша и всему этому сопротивляется, — сердито возразил старик Дзуккато, — Сеньория [5] повелела восстановить своды святого Марка — ведь они голы ныне, как мой череп? — А потому, что в эпоху, когда их украшали мозаикой, греческие художники в Венеции…

С ним было связано все. Дерево, по которому он, проходя, стукнул палкой. Парковая скамейка, на которой он присел как-то осенью. Место на дороге, где он в гололед поскользнулся. Даже на самом деле не видя этого, можно было узнать места по дрожи напрягшегося вокруг воздуха — она отзывалась биением сердца.…

четыре парня делали это по очереди, и… я мальчик, но это случилось и со мной, и… …Я забеременела и отдала свою дочь приемным родителям… С вами такое тоже случалось? А с вами? Вы: Меня не изнасиловали, но мой папа пьет, но я ненавижу говорить, но моего брата застрелили, но …

В памяти народа эти безоблачно ясные летние дни сохранились как время величайшего несчастья. Простая, наивная вера в честность царского слова рухнула, дали трещину вековые устои, на которых покоилось подчинение народа своему господствующему сословию. Малолетние дети на всю жизнь запомнили проклятия на…

— Возможно, самолеты и не потребуются. Наши войска вплотную подошли к партизанскому краю, освободили Коростень и Овруч… Выгоднее через линию фронта доставить грузы. Сейчас Петр Петрович Вершигора в Киеве, получает все, что нужно… Мы здесь долго не задержимся, — убеждал Андросов. — Ну, если так… После…

Ему было стыдно смотреть маме в глаза, но злость никуда не ушла. Просто забылась из-за болезни, привлекающей всё внимание к себе. Саша повернул к своей комнате, в коридоре спрятался за огромным гардеробом, в детстве казавшимся мальчику дверью в Нарнию. Когда щёлкнул замок, он зашёл в туалет и сплюнул…

Кошон поклонился. Долгие годы служения правителям и наблюдения за ними не дали ему обмануться. И предсвадебное легкомыслие Бургундского двора, и радостное, но фальшивое изумление самого герцога, (которому, перед своим приездом, его преподобие отправил, как минимум, двух посыльных, так что ничего неожиданного…

С другой стороны, Уильям Тревор по-ирландски лиричен, склонен к гротеску, фантастике, даже макабру. Изящество английского комедиографа, блистательно владеющего диалогом, уживается в его прозе с ирландской трагикомичностью, бурлеском. Правда, комизм Тревора обманчив: этот писатель, как и многие его соотечественники,…

Я усмехаюсь – знаете почему? Если с книжкой дело выгорит, мне не только не дадут коленкой под зад, но, наоборот, еще и зарплату повысят. Потому что в мире, который я собираюсь вам описать, любую критику глотают не поперхнувшись, наглость всячески приветствуется, донос оплачивается, поношения заказываются…

Всадники пустили лошадей в галоп. Теперь трупов стало меньше — всех убитых в последнем бою уже успели убрать и похоронить. Только кое-где на стерне валялись то руки, то нога, а чаще всего пальцы. — Что за чудеса: вот еще один палец форменным образом указывает нам дорогу, — изумился дядя Медардо. — Пальцы…

— Пойдемте куда-нибудь, выпьем рюмку водки, — сказал он. Так проще всего — расплатиться и уйти, а там пусть сама позаботится о себе. Женщина сделала неверное движение и споткнулась. Равик снова поддержал ее. — Устали? — спросил он. — Не знаю. Наверно. — Настолько, что не можете спать? Она…

– Кончилась твоя мама, Сабир… Он без особого напряжения провел ее под руки в комнату. – Да брось ты. Ерунда. Ты еще совсем молодая. Она легла на постель не раздеваясь. Наклонила лицо к зеркалу. Сказала с горечью сквозь одышку: – Конец твоей матери, Сабир. Кто бы мог подумать, что это лицо Бусеймы…

Хоть я и рос самым младшим в семье, самым любимым я не был: отец привечал смышленого и послушного Илью, проча его в преемники, мать обожала красивого и нежного Ванюшу, любителя книг про королей и вареников с вишнями. Силач и балагур Василий у отца слыл повесой, у которого «в голове черти горох молотят»,…

На верхней палубе я встретил инженера Васильева, передвигающегося при помощи костылей. Мы остановились около борта, против офицерского люка. Вокруг нас никого не было. Он заговорил со мною: — Как и надо было ожидать, нам не удалось проскочить мимо японцев незамеченными. Значит, скоро предстоит сражение.…

* * * Город, выдуманный наполовину (и все же реальный), берет начало в наших душах и в них же находит конец, оставив только корни — в памяти, глубоко под землей. Почему из ночи в ночь я обречен возвращаться назад, склоняясь у камина над исписанными листами бумаги? Я топлю рожковым деревом, а снаружи…

Книга посвящается нашей самой неприхотливой и самой бесправной армии современною цивилизованною мира. Ярко-красный чемодан, чавкнув, припечатался к бетонке Кабульского аэродрома. Это был крепкий немецкий чемодан, огромных, прямо гигантских размеров, который называют «мечта оккупанта». В нем уместились…