Русская классическая проза

- Так ты женат, стало быть? - спросили истукана. - Женат, как же! Моя жена теперь в Москве остается. Жену я свою, можно сказать, вполне обеспечил. Она у меня обеспечена! A сам я, пока что, позволяю себе поискать чего поприятней... И вот как думаю: непременно попаду опять на струю! Это, что я читал,…

- А где теща? - деловито спросил Козицын, озираясь. - А там... - Тоня махнула куда-то рукой. - Понятно, - сказал Козицын и выложил на стол припасы, которых ему должно было хватить на три дня, а то и на больше. - Хворая мама у тебя была? - Угу. - Стало быть, там - кладбище. А этотам - что?…

Относились к Пете по-разному, иные его уважали, другие считали чудаком и болтуном и презирали, ходили слухи, будто бы он не просто ведет со всеми задушевные разговоры, но стучит, и за это ему разрешают заниматься фарцой, однако сам он ни на кого не обижался, всю хулу принимал со смирением и по-настоящему…

Вода из него так и не досталась никому, никого не напоила и, даже не долетев до днища трюма, у всех на глазах мгновенно превратилась в пыль, в брызги, в ничто... Следующие несколько попыток закончились тем же. Тогда в трюм спустились конвоиры. Короткими автоматными очередями по проходам трюма им удалось…

- Беляшкина отсюда выехала. - Куда? Не скажете? - Этого не знаем. Разлетаются мои герои - кто в дальние якутские края, кто в верхние сферы. Расползается сюжет, продиктованный жизнью. Но остается сам КамАЗ, остаются камазовцы. Они и поведут меня по новым сюжетным ходам. Подключимся к другому…

Здесь море – предатель, а берег – не друг, а враг моряка. Здесь надо бояться и моря, и земли. Сахалин не любит, чтобы останавливались у его крутых, обрывистых, скалистых берегов. На всем западном побережье ни одного рейда. Дно – гладкая и ровная плита, на которой вас не удержит в шторм ни один якорь.…

II В привычном лязге и грохоте торгового дня, в привычной атмосфере, пропитанной характерным запахом «города», в привычной полутьме отцовской лавки, где уже третье поколение торгует бечевой, веревками, канатом, вязкой, Кузьме мечталось легко и привольно. Он стоял за конторкой, тоже пузатой, как большинство…

– Пей, Марковна, с вареньем, – обращается Пелагея Ивановна к повитухе, – завтра пост великий, наедайся сегодня! Марковна набирает полную ложечку варенья, нерешительно, словно порох, подносит ко рту и, покосившись на Павла Васильича, ест; тотчас же ее лицо покрывается сладкой улыбкой, такой же сладкой,…

Фатализм в истории неизбежен для объяснения неразумных явлений (то есть тех, разумность которых мы не понимаем). Чем более мы стараемся разумно объяснить эти явления в истории, тем они становятся для нас неразумнее и непонятнее. Каждый человек живет для себя, пользуется свободой для достижения своих…

- Хочу к крестной в сад, папочка... - Хорошо, хорошо, деточка, не плачь, кисюринька моя, вот будет хорошая погодка, и в садик тогда пойдешь... Наступила наконец хорошая погодка, и Бурмин отправился с дочкой в общественный сад. Сашенька точно ожила. Она, конечно, не посмела принять участия в делании…

Если так морально разбираться в моей жизни, то, разумеется, я заслуживаю всяческого осуждения, согласен с Вами. Но так не нужно разбираться. Прочтите "Эпилог", и Вы сразу увидите, в чем дело. В "Эпилоге" я вспоминаю мой первый горьковский день, как "день позора и немощи". Я совершил преступление, потому…

Он не погонщик календарь, а твой судья! Певец и голос Важней мне голос,чем корона Он водрузил меня на трон! С ним царствую я над толпою, А мне, как жизнь, ее поклон! Мой голос более, чем друг мне Он вечный раб, чтоб угождать, И если даже не до пенья, Ему приказано звучать. …

В первый раз, кажется, он их увидел с холма: на дороге, холм огибающей, появилась кавалькада,-- впереди Таня, по-мужски верхом на высокой, ярко-гнедой лошади, рядом с ней сам Годунов-Чердынцев, неприметный господин на низкорослом, мышастом иноходце; за ними -- англичанин в галифе, еще кто-то; сзади --…

- Может, в кино? -- предложил Сашка. Пошло, конечно, но не в театр же после "госов"! - В кино? Вдвоем? А ты подумал, что скажет Кальтенбрунер? Знаешь, что делали с "голубыми" в Германии? - Почему вдвоем, давай девчонок возьмем. - Они не пойдут. - Обижаешь! -- Сашка не был красавцем в голливудском…

Мужик ничего не сказал и тряхнул волосами. - Вот, говорят, скотина, - начал мужик, сидевший в углу на лавке. Скотина, скотина, а тоже понимает, что тяжко. Везет, везет да оглянется. Я, мол, что ты? Ай подсобить? Она мордой-то вот этак. Стало быть, вот тоже понимает; сказать только не может, а ты должoн…

- Да уж... Я знаю, ты драться начнешь. Отплачивать. - Что ты, я забыл давно! Просто пожгем теплинку. А то, если хочешь, палки будем обжигать, а потом разукрасим их. У меня ножичек острый, вчера кузнец наточил... Между тем положение мое осложнилось. Одно дело - нечаянно заманить в лес и там стукнуть…

В третьем часу пополудни Зверево сообщает по телеграфу: "На Дебальцево вышел ростовский No 3"... Ну, вышел, вышел, - обыщем, пропустим... Через четверть часа - из Зверева: "Ростовский No 3 бис вышел"... Эге, думаю, это, кажется, не пассажиры едут... Через пятнадцать минут опять: "Ростовский No 3 два…

— Проснулась? А я тебя было за щуку опознал. Половина дня прошла, сидят дед и кот голодные. Русалка говорит: — Дед Семен, я есть хочу. — А я сейчас, вот только, — дед помялся, — хлебец ржаной у меня, больше ничего нет. — Я леденцов хочу. — Сейчас я, сейчас… — Вышел дед на двор и думает: «Продам…

– Не слушайте его. Дальше что? – сказал один из нас. – Да. Так вот танцевал я больше с нею и не видал, как прошло время. Музыканты уж с каким-то отчаянием усталости, знаете, как бывает в конце бала, подхватывали всё тот же мотив мазурки, из гостиных поднялись уже от карточных столов…

Пусть же теперь трепещут те, другие боги, напускавшие мор на его скот, град на его виноградники, напустившие болезнь на его дочь - он больше не боится их, потому что он в руках Идущего по водам! ...До рождества Христова оставалось еще несколько столетий. Шестая галактическая уходила к Эпсилону Бениты.…