Зарубежная классика

– Так вам и надо, – сказала леди Лидия. – Кто слушает идиотов? Слингсби вздохнул, поклонился и вышел, один на один с горем. Леди Лидия вернулась к телефону. – Алло! Вы еще там? Простите, отвлеклась. Говорит леди Лидия Бессинджер, тетя лорда Дройтвича. А? Что? Нет, не думаю. Он бы непременно мне сказал.…

Ах, еще ни один писатель так не нуждался в снисходительном отношении, как я! Тщетно стал бы я это скрывать; когда-то я имел неосторожность в разное время предложить вашему вниманию, милостивый государь, две печальные пьесы [2] , два, как известно, чудовищных произведения, ибо теперь уже для всех ясно,…

-- Не выдавайте только меня, зам?тила Лиззи,-- а то партія можетъ разстроиться. М-ръ Бенжаминъ об?щалъ соблюдать величайшую осторожность. Въ признаніяхъ, сд?ланныхъ миссъ Грейстокъ ювелиру, было много лжи, но отчасти была и правда. Она солгала, сказавъ, что она совершеннол?тняя, сл?довательно ея…

«При изучении шекспировской «аллюзии», в качестве ссылки на древнегреческую мифологию в сонетах необходимо рассматривать литературные образы божеств, учитывая их имманентность не только потому, что их имена являлись словами-символами и идентификационными маркерами. Согласно древнегреческому пантеизму,…

Вечером в столовой, после спагетти, которые все ели торопливо и сосредоточенно, поднимая на вилке так, чтобы концы отделились от тарелки и можно было опустить их в рот, или же отправляя их сразу в рот, а затем просто втягивая, и запивали вином из галлонной бутыли в соломенной оплетке, что болталась в…

– Тогда зачем приставлять ко мне охранника? – Здесь безопасно для нас, капитан, но не для вас. Прошлой ночью, во дворце хана, когда Чимтарга и охранники пришли за ним сразу же после ухода Росса, его отвезли на базу ВВС. В темноте и против всех правил Иранского управления воздушным движением он прилетел…

Он допил горький кофе и с нетерпением взглянул на часы: – Ненавижу аэропорты. – Я – тоже, – отозвалась женщина. – Иногда. Я люблю встречать. Подавшись вперед, она коснулась его руки. Догадываясь, что его шантажируют, он сжал ее кисть. «Господи, – подумал он, – что у меня за настроение». – Я же…

Литературе часто приходится подпитываться воспоминаниями и возвращаться к беседам с призраками прошлого, если только автор не решил посвятить себя обличению человеческих грехов или восхвалению его мнимых добродетелей, а попросту – нравоучениям. Но я не изобличитель, не льстец и не ментор, поэтому все…

Впрочем, сами трансценденталисты не отрицали своей преемственной связи с европейской интеллектуальной традицией, напротив, они этой связью гордились. Однако их цель изначально состояла не в подражании, но в полноценном соучастии, в диалоге с европейской мыслью, а для диалога, понятно, нужны двое равных.…

Почтальон поднялся на крыльцо, взялся за ручку, попробовал отворить дверь, но убедился, что она заперта. Тогда он обратил внимание на то, что ставни закрыты – по всем признакам в этот день никто еще не выходил из дому. Это его встревожило, потому что г-н Шапати, с тех пор как приехал, вставал довольно…

Мысли текли в сознании У По Кина преимущественно цепочкой картинок; мозг его, хоть и хитроумный, был все же варварским, не слишком склонным к абстрактному мышлению. Но вот сюжеты данной темы истощились. Уперев толстые кульки рук в подлокотники, У По Кин слегка повернулся и крикнул, вернее, просипел:…

– Везуха, – сказал Соренсон. – Счастливый ты. – В голосе его звучал минимум живости, точно Соренсон подошел от скуки или раздражения, а не ради нормального разговора. – Господи, какая холодрыга, – сказал он и вытащил из кармана пачку сигарет. Лейн заметил вытертый – но глаз цеплял – след губной помады…

– Вздули тебя? – А мне не больно! – гордо заявил я. Флип услыхала. Вмиг раздался ее крик: – Поди сюда! Вернись сию секунду! Что ты сказал? – Я сказал… что не больно… – пролепетал я. – Смеешь дерзить? Так-то ты понял свой урок? Ну-ка иди ЕЩЕ РАЗ С РАПОРТОМ! На этот раз Самбо мне всыпал основательно.…

Что это?.. И снова звук! Тук-тук-тук да тук-тук-тук! Неужели черный кроль? Покажись мне уж, изволь! Старый дряхлый мистер Шип, Все на пне один сидит, Зацепиться с кем бы злючке, Но короткие колючки. Знаете старушку, чьим домом был башмак? И всех ее детишек не сосчитать никак.…

А вы думаете, это огорчало Скруджа? Да нисколько. Он совершал свой жизненный путь, сторонясь всех, и те, кто его хорошо знал, считали, что отпугивать малейшее проявление симпатии ему даже как-то сладко. И вот однажды – и притом не когда-нибудь, а в самый Сочельник – старик Скрудж корпел у себя в конторе…

Когда-то классик марксизма заметил, что человечество с улыбкой расстается со своим прошлым. Американские юмористы (на то они и юмористы) переосмысливают, переиначивают, вышучивают то, что еще недавно было аксиомой, считалось неопровержимым здравым смыслом. «Нежелание учиться хуже невежества», читаем…

Введение Полагаем, в наш просвещенный век каждый образованный европеец считает, что веротерпимость – это долг правосудия, предписанный гуманностью, совестью, Богом, это закон, охраняющий мир в обществе, а значит, способствующий процветанию государств. Если же в сословии литераторов, которые не отличаются…

За окнами было темным-темно, и ветер выл диким зверем. Вообще-то лететь было даже приятно. Если не считать того, что вначале дом немножко покрутило, а один раз он очень сильно накренился, Дороти чувствовала только лёгкое покачивание, как в колыбельке. Но Тотошке это явно не нравилось. Он с громким…

– Книга антивоенная? – Да, – сказал я, – похоже на то. – А знаете, что я говорю людям, когда слышу, что они пишут антивоенные книжки? – Не знаю. Что же вы им говорите, Гаррисон Старр? – Я им говорю: а почему бы вам вместо этого не написать антиледниковую книжку? Конечно, он хотел сказать, что…

Ближе к вечеру он поехал трамваем за город на стадион. Взял стоячее место, но потом уселся на газеты, которые все еще не выбросил; зрители впереди заслоняли ему поле, но это его не беспокоило. Во время игры большинство садилось. Его, Блоха, не узнали. Он оставил газеты, прижал их сверху пивной бутылкой…