Чтение онлайн

Мы покоряемся ради окружающего мира, чтобы наши добрые дела могли стать свидетельством для него и против него. Мы покоряемся ради братьев–христиан из жертвенной любви к ним. Мы смиряем себя ради Господа, потому что чтим Его образ в каждом человеке, потому что верим, что Он руководит нашей жизнью, но прежде всего потому, что видим смысл своей жизни в том, чтобы взять свой крест и следовать за Христом. В следующем далее кодексе обязанностей христианина Петр говорит о христианской жизни как о служении — служении христиан друг другу и в особенности неверующим.

Может показаться, будто Петр пишет весь последующий текст под заголовком Будьте покорны… В этом разделе послания основная мысль о покорности развивается в связи с нашими жизненными ролями: граждане должны подчиняться начальству (2:14), слуги — своим господам (2:18), жены — мужьям (3:1), а мужья — своим женам (3:7) и, наконец, христиане — друг другу (3:8).

Только опираясь на последующие рассуждения, мы можем понять фразу, которая на первый взгляд кажется очень странной; буквально она звучит так: «Повинуйтесь любому человеческому существу» (2:13). Многие интерпретаторы заявляют, что последнее слово употреблено в данном отрывке в значении «устройство» или «организация» (перевод NIV предлагает понимать это как институт власти). Довольно сложно найти пример использования данного греческого слова в таком значении во внебиблейских источниках, и оно никогда не выступает в таком значении в тексте Библии [153] . Петр говорит о покорности не организациям, а людям — людям, которые поставлены исполнять предназначенные им Богом роли. Мы покорны тем, кто сотворен Господом и по Его подобию. Мы должны выражать должное почтение по отношению ко всем людям (2:17), видя в них творение Божье, заслуживающее славы и уважения. К. С. Льюис говорил о том, что если бы мы увидели самого ничтожного христианина таким, каким он будет в сиянии славы, то испытали бы искушение упасть на колени и поклониться ему [154] . Конечно же, Петр не желает, чтобы мы поклонялись кому–либо из людей. И вполне возможно, что за его словами о человеческих существах стоит негодование, связанное с культом императора [155] . Несмотря на свое высокое положение, цезарь остается всего лишь человеком, творением Божьим. Именно поэтому мы не можем поклоняться ему, но при этом должны выражать должное уважение и покорность.

Речь идет о покорности, которую заслуживает любое человеческое существо, — покорности в уважении и почтении. Как говорит Павел, нам следует «оказывать всякую кротость ко всем человекам» (Тит. 3:2). В каждом конкретном случае степень нашей подчиненности другому человеку зависит от той роли, которую ему предопределил исполнить Господь. Далее Петр упоминает некоторые из этих ролей. Своей покорностью мы несем свидетельство миру о Христе. Верующие призваны служить другим, не думая о себе, снося несправедливость, не заявляя о своих правах и зная: в глазах Бога они занимают почетное положение, в котором Он и утвердит их в конце. Сам Христос показал носящим Его имя величайший пример, когда пошел на добровольное служение и претерпел несправедливое осуждение.

Именно смирение в страданиях (не в силу их неизбежности, а потому, что к этому призывает нас Господь) отличает христианскую модель служения в любви. Не нужно забывать, что стоическая мораль также разработала систему обязанностей, соответствующих различным жизненным ситуациям, а иудейские авторы приводили похожие кодексы праведного поведения [156] . Этот нравственный каркас (занимающий прочное место в христианском учении [157] ) находим мы в посланиях Павла. Однако, хотя христианство, говоря о нравственных обязательствах, и воспроизводит в какой–то мере традиционные схемы, оно указывает на принципиально новое их содержание в свете учения и любви Христа. И апостолу Петру очень важно показать новое измерение, открывающееся в нравственной жизни благодаря жертвенной любви Спасителя.

Христиане, живущие среди язычников, должны подчиняться существующей власти. Нам это утверждение может показаться вполне понятным и не требующим большого внимания: христиане должны быть законопослушными гражданами. Однако в то время, когда писалось послание, это утверждение не казалось столь несомненным. Как должен народ Божий относиться к царствам этого мира? Израиль обрел Землю обетованную после того, как Бог благословил израильтян на вооруженное нападение. С помощью израильского народа Господь покарал ханаанеев и аморреев, когда чаша их беззаконий была переполнена (Быт. 15:16). Давид утвердил свое царство после победы над филистимлянами и прочими соседними народами. После того как Израиль впал в грех, Господь использовал ассирийцев и вавилонян как орудие осуждения и наказания израильтян. Весь народ отправился в плен. Пророки, однако, предвещали, что наступит великое возрождение, во время которого народ Божий одержит верх над всеми Своими врагами (см., напр.: Зах. 12:1–9). Подогреваемые воспоминаниями о независимом государстве под властью Маккавеев, зилоты во времена Христа вели партизанскую и террористическую борьбу против римского владычества. Один из апостолов Иисуса был, по всей видимости, зилотом [158] . Поднятое зилотами восстание привело к разрушению римлянами Иерусалима в 70 г. н. э. — через несколько лет после того, как Петр написал это послание.

Однако Своим учением Иисус перечеркнул все революционные политические ожидания. После того как Он отказался стать земным царем и лидером восстания против римлян, следовавшая за ним толпа начала заметно редеть. В своем исповедании Петр продемонстрировал, что он остается верен Христу, даже не вполне понимая, какое именно царство Он возвещает. Ветхозаветные пророчества говорили (и именно так их понимал даже Иоанн Креститель) о спасении через наказание. Чтобы спасти бедных и угнетенных, Мессия должен покарать угнетателей. Ему предстоит срубить под корень всякую несправедливую власть, прежде чем установить мир (Мф. 3:10).

События Пасхи и Пятидесятницы позволили Петру по–новому расценить значение прихода учеников Иоанна к Христу. «Ты ли Тот, Которому должно придти, или другого ожидать нам?» — спросили они. Заключенный Иродом в тюрьму Иоанн услышал о том, что Иисус имеет власть воскрешать мертвых, и не мог понять, почему Он не воспользуется ею, чтобы установить Свое Царство (и освободить Своего предтечу!). Иисус велел ученикам Иоанна остаться с Ним в то время, как Он творил чудеса, прямо исполнявшие пророчества Исайи. Затем Он отправил их назад — рассказать Иоанну о том, что они видели, и сказал: «Блажен, кто не соблазнится о Мне!» [159] (Лк. 7:23; ср.: Лк. 7:22; Ис. 35:5,6). Иисус творил знамения благодати, которая должна наступить после установления Царства, но не осуществил Суда, который должен предшествовать Царству. Иоанн мог лишь с доверием ожидать от Царя, что Он установит Свое Царство тем путем, который Ему предназначен. Этот путь — путь креста. Иисус пришел не уничтожить людей, а спасти их. И для этого Ему предстояло победить великого угнетателя — сатану. Он должен был избавить грешников от вины за грех. Его руки не сжимали меча, а были пробиты гвоздями. Он не поднял копья — Он Сам был поражен им на кресте. Он пришел не для того, чтобы осуществить наказание, а чтобы претерпеть его… за нас.

Смерть Христа была победой над сатаной, через нее совершился суд над князем мира (Ин. 12:31). Однако день последнего Суда Господа настанет только тогда, когда вновь придет Господь (1:5,7,13; 4:5,13; 5:1,4; ср.: 3:22). Христос заставил Петра опустить свой меч — Его Царство будет установлено не таким путем. Кроткий в страданиях, Христос показал пример Своим последователям (2:21). И поэтому Его Царство не может быть одним из царств этого мира. Его служители не должны добиваться справедливости с помощью меча. Она будет установлена лишь с приходом Царства справедливости, которое может принести только Христос.

Что же в таком случае можно сказать о промежутке между первым и вторым пришествием Христа? Христос правит в славе, но как нам следует относиться к земным правителям? Петр уже дал ключ к решению этого вопроса, когда назвал жизнь нового народа Божьего жизнью в диаспоре (1:1). Народ Божий подобен евреям в изгнании, когда они были разбросаны среди народов земли. В изгнании Господь показал Своим людям, что они должны жить среди других народов, молясь за мир в городах, где они были пленниками (Иер. 29:7). Покорность находящихся в изгнании иудеев языческим правителям показала, что у народа Божьего нет земной отчизны. Новые верующие из язычников присоединялись к верующим иудеям диаспоры, и их нужно было обучить такой же лояльности по отношению к существующей римской власти.

То, что говорит об этом Петр, во все века не теряло своего значения. Не было конца путанице в представлениях о духовной и светской власти. Некоторые открыто ставили под сомнение слова Христа о том, что Его служители не берут в руки оружия, потому что Царство Его не от мира сего (Ин. 18:36). Называя себя служителями Христа, они во имя Его бросались в бой. Часто это делалось не прямо от имени Церкви. Обычно Церковь обращалась к земным царям, которые исполняли ее замыслы и осуществляли крестовые походы [160] . Империи, народы и города–государства заявляли о своей миссии политического оружия Царства Христа [161] . Они считали, что смогли воплотить в жизнь теократический идеал ветхозаветного Израиля, и шли в бой, распевая псалмы, в которых проклинали своих врагов [162] .