Чтение онлайн

Путь, который проделал Иисус, — это путь смиренной покорности воле Своего Отца. Теперь Петр говорит о Нем как о страдающем Слуге Господа, заимствуя этот образ из песни Слуги в 53–й главе Книги Пророка Исайи. Иисус приближается к Голгофе, как агнец, ведущийся на заклание (Ис. 53:7). На Нем нет греха и порока, и в этом месте Петр прямо цитирует Ис. 53:9. Слуга принимает страдания не по Своей вине, но за грехи других. Так Он исполняет волю Божью: «Господу было угодно поразить Его, и Он предал Его мучению» (Ис. 53:10). Он добровольно принес Себя в жертву: «…предал душу Свою на смерть» (Ис. 53:12). Его смирение проявляется в Его молчании — перед первосвященником, перед Понтием Пилатом и перед Иродом (Мк. 14:61; 15:5; Мф. 26:62,63; 27:12,14; Лк. 23:9; Ин. 19:9,10). На кресте Он никак не отвечал ни на издевательства Своих врагов, поносящих Царя Иудейского, ни на насмешки распятого вместе с Ним разбойника. Самым живым воспоминанием для Петра должно было остаться молчание Иисуса перед первосвященником. Апостол мог свидетельствовать: Будучи злословим, Он не злословил взаимно. Терпя побои и страдания, Он хранил безмолвие: «Как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих» (Ис. 53:7).

Смирение Христа не только показывало Его покорность воле Отца, в нем также проявлялась уверенность в праведности наказания Божьего. Он не ругал Своих мучителей и не угрожал им, потому что доверил Себя Судии Праведному [183] . Ему не требовалось говорить что–то в Свое оправдание. Павел пишет последователям Христа: «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: „Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь"» (Рим. 12:19, цит. из: Втор. 32:35).

Возможно, мысль о том, что Иисус смиренно вручил Себя Богу, имеет для Петра еще более глубокий смысл. Глагол, переведенный как доверил (entrusted), дважды встречается в греческой версии Книги Пророка Исайи, когда говорится, что Слуга «приносится» за наши грехи (Ис. 53:6,12). Когда Евангелия повествуют о том, как Иисус был приведен к Пилату, также используется этот глагол. Стиббс пишет: «Выражение предал Себя (committed himself) свидетельствует о том, что Господь отказывается от Себя ради того, чтобы понести наказание за грех — не Свой грех, а других (ср.: Рим. 4:25), и не от рук людей, но от рук Бога, Праведного Судьи» [184] .

Конечно же, путь кротких страданий Христа, о котором прекрасно помнил Петр, — это путь искупительной любви. Мы исцелились Его рубцами от плети: Исайя пророчествовал об этом, Петр стал тому свидетелем. Иисус претерпел те мучения, которых Петр умолял Его избежать. В песнях Книги Пророка Исайи Слуга и отождествляет Себя с народом Божьим, и отделяет Себя от него. Он страдает за него, встает на его место и несет осуждение за его грехи [185] . Пример кротости Христа коренится в тайне Его жертвы.

Иисус совершил нечто большее, чем дал нам пример, — Он понес наши грехи. Как пишет Лейтон, «Его задача была не в том, чтобы исправить грешного человека Своим примером, а в том, чтобы спасти его Своей кровью» [186] . В одном коротком предложении, используя слова пророчества Исайи, Петр выражает то, чему он был свидетелем: путь Иисуса на смерть. Пророчества Христа, что Ему предстоит быть отвергнутым, страдать и умереть, противоречили ожиданиям апостолов. Но они не противоречили словам пророка. Исайя писал: «Он понес на Себе грех многих» (Ис. 53:12). Теперь Петр понимает смысл этих слов: они выражают саму сущность Евангелия.

В основе пророчества Исайи и учения Петра лежит символизм жертвы, которую Бог назначил Израилю. Грех представлялся в виде тяжести, которую перекладывали на голову жертвенного животного перед тем, как убить его. Смерть была платой за грех, жертвенное животное умирало вместо грешника, который исповедовал свое прегрешение, возлагая руки на его голову (Лев. 4:4,15). Этот обряд служил внешним свидетельством того, что человек перекладывал тяжесть греха с себя на свою замену. Окропление кровью жертвенного животного символизировало очищение: плата за грех была принесена (Лев. 17:11). Исайя описывает таинственную трагедию праведного Слуги Господа: Его ужасные страдания, Его одиночество и смиренное принятие Своей судьбы. Затем он раскрывает значение этой трагедии: страдающий Слуга приносит Себя в жертву за грех. Он пошел на смерть за преступления Своего народа. Он понес грехи многих (2 Кор. 5:21; Рим. 8:3) [187] . Его душа стала приношением за них.

Нам сложно понять все значение, которое Петр вкладывает в слова о том, что Христос стал жертвой, агнцем, чья драгоценная кровь искупает нас (1:19). Мы не присутствовали, как апостол, при заклании овец, быков и коз на жертвенном алтаре, и эти образы мало что говорят нам. Однако Петр знал, что приносимые в Иерусалиме жертвы не очистили его сердца от греха. Встретившись с Божественной силой Иисуса на озере в Галилее, он упал на колени в своей лодке, воскликнув: «Выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный» (Лк. 5:8; ср.: Пс. 37:4,5).

Петр, спавший во время мучений Господа в Гефсиманском саду, теперь знает, что за чашу должен был испить Иисус, он знает, почему Иисус закричал, чувствуя Свою покинутость: «Элои, Элои! ламма савахфани?» (Мк. 15:34). Взойдя на Голгофу, Христос «понес на Себе грех многих». Древо Его креста могло быть возложено на другого, бремя греха должен был понести Он один. Если кто–то может легкомысленно думать о своем грехе (что было невозможно для Петра), то вид страданий Сына Божьего должен заставить его задуматься еще раз. Иисус понес наши грехи лично, пожертвовав Собственным телом. Только Он, непорочный и чистый Агнец, мог сделать это (1:19; 3:18). Только Он мог сделать это, являясь Тем, Кем Его исповедал Петр: не простым человеком, даже не величайшим пророком, а Помазанником Господа и Самим Господом, Сыном Божьим, ныне вошедшим в Свою славу (3:22; 4:11). Наша смерть не освобождает нас от расплаты за грех — нас освобождает смерть Христа. В жертве, которую Сын принес Своей жизнью, а Отец — Своим Сыном, была проявлена вся мера безмерной любви Божьей.

Священники прошлого снимали грех через символический ритуал жертвоприношения — Иисус освободил нас от греха, принеся в жертву Себя. Автор Послания к Евреям напоминает нам слова Псалма 39: «Жертвы и приношения Ты не восхотел, но тело уготовал Мне. Всесожжения и жертвы за грех неугодны Тебе. Тогда Я сказал: вот, иду, как в начале книги написано о Мне, исполнить волю Твою, Боже» (Евр. 10:5–7).

Выражение, которым пользуется Петр, может подразумевать не только то, что Христос понес грех на кресте, но и несение бремени греха к кресту [188] . Так или иначе, наше спасение осуществляется лишь через смерть Христа и пролитие Его драгоценной крови. В словах Петра звучит ужас перед глубиной человеческого греха, который до конца принял на Себя Господь. Он страдал не только до смерти, но и в самой смерти, как если бы Он был проклят. Петр прекрасно знает о проклятии законом тех, кто умер смертью преступника на древе (Втор. 21:22,23; Гал. 3:13). Для фарисеев, каким был Савл до своего обращения, смерть Иисуса на кресте перечеркивала возможность признать Его Мессией. Мессия не мог умереть, будучи проклят Богом. Поразительное пророчество Исайи свидетельствует о противоположном: только Тот, Кто был проклят за нас, может быть истинным Мессией, поскольку, приняв вместо нас позорную смерть, Он принес жертву за грех. Петр заявил членам синедриона, что они совершили ужасное преступление, когда убили Иисуса, «повесив на древе» (Деян. 5:30; ср.: Деян. 10:39). Однако грешные руки людей исполнили замысел и волю Божью. Господь воскресил Иисуса и через Его смерть даровал прощение грехов всем верующим в Него (Деян. 2:23,24,38; 5:31; 10:43).

Взяв наши грехи, Иисус принес помимо искупления также исцеление. Проклятие за грех подразумевает не только смерть, но и страдания. Иисус спасает нас и от этого. Петр вновь цитирует пророка Исайю: ранами Его вы исцелились. У рабов, которых избивали, оставались шрамы от ударов бича, к ним и относится слово раны («рубцы»). Иисус был привязан к столбу в «претории», том месте дворца, где Пилат осуществлял суд. Там Его били римской плетью, состоящей из множества ремней с привязанными на концах кусками свинца или косточками (Мк. 15:15; Мф. 27:26; Ин. 19:1) [189] . Как раны Христа могли принести исцеление рабам, которые, возможно, тоже испытали на себе плеть? Разве Петр не призывал их пойти по следам Христа и, подражая Ему, приобретать раны ради Него?

Это очевидное противоречие являет нам самую суть учения Петра. Мы должны бояться не гнева людей, а гнева Божьего (Мф. 10:28). И не к преходящим мирским удовольствиям должны мы стремиться, а к блаженству в вечном наследии Божьем. Речь идет не о том, что сейчас нам надлежит страдать, а в будущем обрести славу: верующие в Христа уже имеют обещанное блаженство. Уже сейчас они вкушают неземную радость, потому что чувствуют благодать Господа (2:3). Они знают Иисуса, великого Врача. Петр прекрасно знал целебную силу Христа. Как апостолу, ему была дана власть провозглашать: «Исцеляет тебя Иисус Христос» (Деян. 9:34). Веря в воскресение, Петр мог предвещать конечное исцеление всего народа Божьего. Но здесь Петр говорит об исцелении не от рук, а от ран Христа. Раны Иисуса исцеляют болезнь в самом ее корне, и этот корень — проклятие греха. Они не только служат оправданием верующему на Суде, они преображают его страдания при жизни. Страдания перестают быть горькой несправедливостью, они становятся причастием к судьбе Иисуса. Боль, которой не минует христианин, перестает быть расплатой за грех: ее принял на Себя Христос во время Своих мучений. Оставшаяся боль звучит призывом Христа пойти по Его следам и разделить с Ним Его позор.