Чтение онлайн

30 января 1985 года Каспаров выиграл 47-ю партию матча. Если первое поражение не вызвало серьезного волнения в лагере Карпова, то второй проигрыш заставил тренеров чемпиона мира всерьез забеспокоиться. И дело было даже не в том, что разрыв в матче сократился. Было видно, что, говоря боксерскими терминами, Карпов находился в состоянии грогги и явно поплыл. Следующую, 48-ю партию, опять выиграл Каспаров. Это было уже серьезно. Что-то назревало, но что?..

Формат этой статьи не позволяет рассказать обо всем, что происходило в матче и вокруг него в феврале 1985 года. В возникшем противостоянии каждая сторона видела и комментировала события по-своему, поэтому мы просто восстановим хронологию произошедшего.

Итак, по расписанию 48-я партия должна была состояться 1 февраля, однако ее перенесли на три дня, якобы из-за неподготовленности зала. В ночь на 2 февраля по указанию президента ФИДЕ было организовано совещание, на котором присутствовали руководители делегаций участников, главный арбитр матча Глигорич и председатель апелляционного комитета Кинцель. По мнению руководства ФИДЕ, дальнейшее затягивание матча могло привести к серьезным проблемам со здоровьем шахматистов и поэтому было предложено ограничить дальнейшее продолжение поединка восемью партиями. Если никто не набирал шести очков, то в таком случае Карпов оставался чемпионом, а в сентябре 1985 года начинался новый матч со счета 0:0. В этой ситуации Каспарову пришлось бы выигрывать каждую вторую партию, и поэтому подобное предложение руководителями его делегации было отклонено. Назначенная на 4 февраля 48-я партия не состоялась. Без объяснения причин организаторы матча перенесли ее на 6 февраля. Однако и в этот день шахматисты так и не сели за столик – Анатолий Карпов взял двухдневный тайм-аут.

Многострадальная 48-я партия наконец-то состоялась 8 февраля, и, как мы уже знаем, победу в этой партии одержал Каспаров. Следующая встреча была назначена на 11 февраля, однако на этот раз двухдневный перерыв взял Каспаров. В ночь на 12 февраля в Москву прилетел Кампоманес и вручил руководителю делегации Каспарова новые предложения – ограничить матч 60-ю партиями. Для претендента эти предложения оказались неприемлемыми.

Утром 13 февраля, в тот день, когда должна была состояться 49-я партия, было объявлено о новом тайм-ауте, который взял президент ФИДЕ. На следующий день Кампоманес и главный арбитр матча Глигорич приехали к Каспарову в гостиницу. Кампоманес показал претенденту письмо, подписанное председателем Шахматной федерации СССР В. И. Севастьяновым. В этом письме предлагалось объявить в матче трехмесячный перерыв, мотивируя это состоянием здоровья игроков. Такое решение Каспарова не устраивало. Он заявил, что с его здоровьем все в порядке и что он видит два варианта выхода из сложившейся ситуации. Вариант первый: если Карпов не в состоянии продолжать матч, то он признает себя побежденным. Вариант второй: матч играется до победного конца в соответствии с действующими правилами. В ответ на это Кампоманес сказал: «Есть и третий вариант. Я приму решение сам!» Вечером того же дня членов команды Каспарова уведомили о том, что матч будет прекращен и о решении президента ФИДЕ будет объявлено завтра на специальной пресс-конференции.

Пресс-конференция, состоявшаяся 15 февраля 1985 года в гостинице «Спорт», продолжалась несколько часов. Президент ФИДЕ объявил, что своим решением он прекращает матч без выявления результата, а новый матч начнется 1 сентября со счета 0:0. По словам Кампоманеса, чемпион мира согласился с его решением, а претендент ему подчинился. В своем выступлении Каспаров все же выразил резкое несогласие с решением президента ФИДЕ, Карпов же ограничился словами, что он хочет продолжения матча. Несмотря на явное нарушение регламента матча, состоявшийся позже Исполком ФИДЕ подтвердил правомерность действий Кампоманеса. Самый длинный в истории шахмат матч, продолжавшийся 159 дней, завершился ничем…

Немного отвлечемся от шахмат. В 1984 году, еще до матча с Карповым, у нашего героя начался роман с известной актрисой театра «Современник» Мариной Нееловой. «Наше знакомство продолжалось более двух лет, с того удивительного вечера в Москве, когда я увидел ее в роли Маши в чеховских «Трех сестрах», – вспоминал Каспаров. – Мы понимали друг друга с полуслова. Духовная связь помогла нам перебросить мостик между короткими и редкими встречами. Я удивлялся и радовался тому, что нам удавалось находить точки соприкосновения в самых различных и далеких друг от друга областях. Однако наши профессиональные занятия – талантливой актрисы и известного спортсмена – разводили наши орбиты все дальше и дальше». Правда люди, хорошо знакомые с Каспаровым, говорят, что была еще одна причина его разрыва с Мариной Нееловой. Кларе Шагеновне Каспаровой в какой-то момент надоело делить сына с другой зрелой и опытной женщиной, и она убедила Гарри прекратить отношения с Мариной.

С переводчицей Марией Агаповой, работавшей в «Интуристе», Гарри встречался три года. Потом они поженились, в 1993 году у них родилась дочь Полина. Однако через пять лет совместной жизни Гарри и Мария развелись. Мария вместе с дочкой уехала в США, а у Каспарова завязался новый роман с ученицей его французской шахматной школы семнадцатилетней Вирджинией Мора. Красивая девушка, происходившая из старинного испано-французского аристократического рода, прекрасно образованная (Вирджиния знает несколько языков, в том числе и русский) – как тут не потерять голову? Они любили друг друга, однако Гарри хотел всего и немедленно. Он хотел, чтобы Вирджиния ради него отказалась от карьеры и родила ему ребенка. Однако французскую аристократку подобное будущее не прельстило, к тому же ее родители не желали видеть Каспарова в качестве жениха дочери.

В 1995 году Гарри принимал участие в проходившем в Риге турнире памяти Михаила Таля. На заключительном банкете он познакомился с очаровательной фотомоделью Юлией Вовк, которую привел на банкет ее одноклассник. В начале 1996 года Гарри и Юлия поженились, а осенью того же года у них родился сын Вадим. «Сейчас я сажусь играть во многом ради сына, – говорит Каспаров. – Мне нравится проводить время с ним, это куда приятнее для души и больше подходит моему характеру».

Семейная жизнь и продолжение рода – вещи, безусловно, очень важные, однако в 1985 году все мысли Гарри были связаны с предстоящим повторным матчем за звание чемпиона мира. Игрокам были предложены пять вариантов места проведения поединка: Франция; СССР; Франция – СССР; Франция – Англия; Франция – СССР – Англия. Оба шахматиста предпочли играть на родине, однако Карпов хотел играть в Москве, а Каспаров – в Ленинграде. Нетрудно догадаться, какой вариант выбрала шахматная федерация СССР. Естественно, матч должен был состояться в Москве.

В мае 1985 года Каспаров дал обширное интервью западногерманскому журналу «Шпигель», в котором сказал все, что думал о Шахматной федерации СССР, а также о роли Кампоманеса и Карпова в скандальном завершении первого матча. Как считает Гарри Кимович, это интервью руководители советских шахмат пытались использовать для его дисквалификации в преддверии нового поединка с Карповым. Специальное заседание Шахматной федерации СССР, на котором должно было рассматриваться «антигосударственное» поведение Каспарова, было назначено на 9 августа 1985 года. Но накануне Гарри обратился с просьбой оказать поддержку к первому секретарю ЦК компартии Азербайджана Гейдару Алиеву и руководителю отдела ЦК КПСС Александру Яковлеву. Кстати, Каспаров не случайно обратился именно к Алиеву. Всемогущий глава Азербайджана с пятнадцати лет опекал талантливого земляка, Гарри подолгу жил «на полном пансионе» на базе в Загульбе, что недалеко от дачи самого Алиева. Вообще, Каспаров (в двадцать лет вступивший в КПСС), несмотря на свой имидж «борца с коммунистической системой», никогда не был диссидентом вроде Спасского или Корчного. «Должен признать, – писал Каспаров, – что без поддержки влиятельных партийных руководителей мне бы ни за что не удалось пройти весь путь борьбы за мировое первенство».

В итоге никакие серьезные меры приняты не были, но Каспарову рекомендовали впредь без согласования с руководством интервью западным СМИ не давать. Гарри Кимович абсолютно уверен, что его хотели отстранить от предстоящего матча, однако никаких официальных подтверждений этому не найдено. Как бы там ни было, 3 сентября 1985 года в Концертном зале имени Чайковского началась первая партия матча за звание чемпиона мира.

Регламент проведения матча, с учетом прошлых ошибок, был изменен. Шахматисты также играли до шести побед, однако общее число партий было ограничено 24-мя. При ничейном счете 12:12 чемпион мира сохранял свое звание. Это не устраивало Каспарова, он считал, что новый матч игроки должны начинать на совершенно равных условиях. Еще больше возражений со стороны претендента (который, собственно говоря, таковым себя и не считал) вызвал пункт о матче-реванше. В принципе, ФИДЕ отменила это положение, однако, поскольку Анатолий Карпов имел ранее право на матч-реванш, то это право ему сохранили, правда, только для одного матча.

«Тот, кто первым выигрывает партию в матче на первенстве мира, получает серьезное психологическое преимущество», – сказал однажды Анатолий Карпов. Казалось бы, после первой партии этим самым психологическим преимуществом должен был владеть Каспаров. Он играл в своем стиле, очень напористо, в итоге выиграл партию и повел в счете. Карпов же всю партию отбивался от атак противника, подолгу раздумывая над каждым ходом. С учетом двух проигрышей на финише предыдущего матча чемпион мира проиграл уже три партии подряд, чего в его карьере никогда не было. Однако, как ни странно, Каспарова эта победа выбила из колеи, а Карпов сумел собраться и выиграть две партии подряд (4-ю и 5-ю). Понимая, что еще одно поражение поставит его в катастрофическое положение, Гарри стремился играть максимально жестко, чтобы не дать противнику развить инициативу и, по возможности, измотать его. Пять партий завершились вничью, а 11-ю – Гарри выиграл, эффектно воспользовавшись промахом соперника. В 16-й и 19-й партии ему удалось закрепить успех и в итоге его преимущество достигло двух очков. И опять в дело вмешалась психология. Вроде бы для Гарри все шло как нельзя лучше. До конца матча оставалось всего пять партий, и каждая следующая ничья приближала его к победе. Но представьте себе, что вам всего двадцать два года, и последние четыре года вся ваша жизнь была подчинена достижению одной высокой цели. И вот эта цель так близка…

«Близость победы начала затуманивать мое сознание», – вспоминал Гарри. В 21-й партии он не смог при доигрывании реализовать выигрышную позицию, а в следующей попал в цейтнот и в итоге проиграл. Разрыв в счете сократился до минимума. В 23-й партии тактика Каспарова была предельно проста – избегать малейшего риска и играть на ничью. И с этой задачей он справился.

Все решалось в последней партии. Конечно, шансы Каспарова были предпочтительнее, ведь ему достаточно было и ничьей. Однако он прекрасно понимал, что всего один неверный ход, и Карпов не упустит возможности наказать его за ошибку. А поправить что-либо будет уже невозможно, поскольку это последняя партия…