Чтение онлайн

Именно Великая Отечественная война послужила толчком к развитию отечественных вездеходов, показав, насколько они важны не только в военное, но и в мирное время. В 50-е годы ХХ века их проектированием занимались несколько конструкторских бюро. Помимо выполнения чисто военных заказов – создания тягачей и бронетранспортеров – они помогали и освоению просторов Сибири и Крайнего Севера, где требовалась специальная техники. Пригодились гусеничные вездеходы и полярникам. Именно с помощью специализированных вездеходов «Харьковчанка» наши исследователи начали освоение Антарктиды.

В начале ХХ века были созданы и многогусеничные машины – любопытные образцы инженерной мысли. Вспомним хотя бы четырехгусеничный грузовик «Даймлер Мариенваген-1», разработанный инженером И. Бремером в период Первой мировой войны. На шасси обычного грузовика все колеса были заменены гусеницами, объединенными попарно в тележки, причем ведущими были только задние, а передние, управляемые, являлись «паразитными». Однако практика показала, что путь создания специального гусеничного вездехода на базе обычного грузовика ошибочен – конструкция получилась весьма ненадежной.

Одну из первых двухсекционных гусеничных машин построила во время Второй мировой войны австрийская фирма «Штейр». Комплекс состоял из стандартного армейского тягача с седельным устройством, на которое опирался полуприцеп с такой же ходовой частью, приводимой в движение от трансмиссии тягача.

Конечно, ныне секционными гусеничными вездеходами уже никого не удивишь – в мире существуют «автопоезда» из трех и более звеньев. В Канаде подобные многосекционные транспортеры выпускают даже небольшими сериями по спецзаказам. Используются они опять-таки для освоения районов Крайнего Севера и иных малодоступных регионов.

Еще одна любопытная разновидность вездеходов – шнекоходы. Первые из них были созданы еще в 30-е годы прошлого столетия на базе стандартной гусеничной техники.

Например, в 1930 году советские конструкторы на базе сельскохозяйственного трактора «Фордзон» мощностью 23 л.с. построили вездеход со шнекороторным движителем, предназначенный для работы на переувлажненных и болотистых грунтах. Он передвигался с помощью двух огромных барабанов, установленных вдоль машины и снабженных винтовыми грунтозацепами. Машина двигалась со скоростью до 4,5 км/ч, имея на буксире прицеп массой 2—3 т. Но все же дальше увлекательного эксперимента, собравшего толпу зевак, дело тогда не пошло.

Спустя тридцать лет идею создания машин на шнекороторном ходу возродил А.Ф. Николаев, который основал при Горьковском политехническом институте конструкторское бюро по проектированию специальных машин для Арктики и Антарктики. Во многом благодаря этому замечательному конструктору наши специалисты первыми в мире стали рассматривать шнекоходы как практические конструкции.

Как вы уже поняли, шнекоходы опираются не на гусеницы или колеса, а на два горизонтальных, заостренных с концов цилиндра, на поверхности которых наварен «архимедов винт», он же шнек. При вращении они и толкают машину вперед или назад в зависимости от желания водителя. Более того, если переключить роторы так, чтобы они вращались в одну сторону (влево или вправо), то шнекоход может перемещаться боком. При этом скорость шнекохода ГПИ-72 на болоте достигает 25 км/ч, на воде – до 10 км/ч, так что помимо проходимости налицо выигрыш у гусеничных вездеходов и в скорости. Но есть и минусы: шнекоходы не могут ездить по асфальту – шнеки со скрежетом скользят на нем, едва двигая машину. Так что применяют их, как правило, не самостоятельно, а в сочетании с автомобилем-транспортером.

Свою работу над прототипами шнекоходов Аркадий Николаев начал по заказу Министерства речного флота РСФСР. Машина должна была уверенно двигаться по льду различной толщины, плавать, преодолевать большие расстояния по болотам и самостоятельно выбираться из воды на лед и сушу.

Первым его детищем стал ЛФМ-РФД-ГПИ-66, созданный в 1968 году на базе вездехода ГАЗ-47. Приводящие его в движение роторы были самостоятельно изготовлены руками сотрудников КБ Николаева, и изнутри самодельные роторы были набиты пенопластом для повышения плавучести.

Однако на первых же испытаниях у необычного вездехода обнаружилась очень плохая курсовая устойчивость – его все время заносило в сторону. Поэтому три года спустя на базе узлов и агрегатов ГАЗ-66 разработана новая версия вездехода – ЛФМ-РФД-ГПИ-72. В отличие от предыдущей модели, правый и левый роторы были разделены на два сектора, вращающиеся в разные стороны. Именно это позволило машине во время движения не уклоняться от заданной траектории.

Надо отметить, что помимо исследования непроходимых районов тайги и тундры в СССР шнекоходам нашли еще одно весьма оригинальное применение. В начале 70-х годов по заказу С.П. Королева в Специальным конструкторским бюро ЗИЛа под руководством В.А. Грачева был создан уникальный поисково-спасательный комплекс «Синяя птица». Он состоял из трех шестиосных полноприводных тягачей-амфибий ЗИЛ-4906: первый был пассажирский, второй перевозил космический спускаемый аппарат, а третий нес на себе небольшой шнекороторный вездеход ЗИЛ-2906. Шнекоход имел стеклопластиковый корпус и два двигателя ВАЗ мощностью по 70 л.с. Этого было достаточно, чтобы быстро добраться до космонавтов, если они бы вдруг приземлились в самом непроходимом болоте. Всего до 1991 года было выпущено два десятка таких комплексов.

Самый известный гибрид этого класса и единственная амфибия, производившаяся серийно, – это немецкий спортивный кабриолет Amphicar. Его 43-сильный двигатель обеспечивал максимальную скорость за 110 км/ч на суше, но всего лишь 11 км/час на воде.

А потому запросто разъезжать с одинаковым успехом и по воде и по суше мог лишь Джеймс Бонд на своей супернавороченной машине в очередном кинобоевике. В реальности даже военные были вынуждены мириться с тем, что их десантные и разведывательные машины были практически беспомощны на воде.

Но вот, похоже, этому приходит конец. Ныне на сцену выходят рекордные амфибии, создатели которых хорошо подумали над тем, как справиться с врожденными недостатками любой амфибии – значительным сопротивлением колес в воде и неспособностью глиссировать по водной глади.

Из нового поколения амфибий лучше других выглядит, пожалуй, Dobbertin HydroCar. Еще в 1990 году дизайнер Рик Доббертин решил вместо проектирования обычных авто заняться созданием массивной амфибии под названием Dobbertin Surface Orbiter. Помучившись несколько лет, Рик в итоге создал Orbiter, который уж во время испытаний и показательных рейдов одолел уже 50 000 километров по суше и почти 5000 километров проплыл по водной глади, посетив 28 стран за три года.

Прототип HydroCar, завершенный летом 2004 года, представляет собой конструкцию из трех дюралевых секций-поплавков. Центральный поплавок несет на себе кабину водителя и привод трансмиссии. Две крайние секции – поплавки-спонсоны – способны одновременно подниматься и опускаться независимо от среднего корпуса. Они заполнены пенополиуретаном для лучшей плавучести и имеют снизу подводные крылья, которые обеспечивают подъем для глиссирования. Между крайними поплавками и средней секцией размещаются еще 8 надувных подушек – четыре сверху и четыре снизу.

Накачка четырех верхних подушек опускает поплавки на 20 сантиметров по отношению к основному корпусу, и амфибия превращается в катамаран. Накачка нижних подушек поднимает поплавки для использования машины в сухопутном режиме.

Немецкий спортивный кабриолет Amphicar

В воде колеса втягиваются в специальные полости в поплавках, отверстия затем закрываются, и образуется ровное дно. На суше эти воздушные подушки играют роль традиционных пружин подвески. Переход из сухопутного режима в морской или наоборот совершается по нажатию кнопки и занимает 5 секунд.