Чтение онлайн

– Дойди до деревни, - попросил мой пленитель одного из сослуживцев.
– Принеси воды для лошадей.

Кивнув, щуплый человечек отправился в том направлении, где еще недавно исчез силуэт Арринара, а нас с Ларией рассадили возле разных деревьев, дабы не шептались и не пытались друг дружку развязать. Позволив нам с сестрой сделать несколько глотков из фляги, мужчины столпились чуть поодаль и начали о чем-то разговаривать. Судя по всему, то ли о службе, то ли о награде, которая их ждет, когда нас доставят в замок - особо прислушиваться я не стала. Огляделась по сторонам, но ничего, кроме сухого мха и множества кустов с деревьями так и не обнаружила. Если бежать, то в каком направлении? С детства не любила леса и страдала топографическим кретинизмом. Исключения делала только для Альнира, и то потому, что он не затаскивал меня вглубь.

– Пс-с-с, - раздался легкий шепот, и я начала нервно крутить головой, пытаясь отыскать источник. Посмотрев на Ларию, поняла, что сестра точно ничего не говорила - сидела, хмуро рассматривая кончики своих грязных туфель, и размышляла не пойми, о чем.

– Кто здесь?
– таким же шепотом, только настороженным, позвала я. В ответ зашевелился куст в паре метров от меня. Это что, он разговаривает? Или мне окончательно голову припекло?

С минуту бездумно хлопала ресницами, пока куст не издал очередное "Пс-с-с".

– Здравствуйте, господин куст, - радостно улыбнулась. Хотела было сделать реверанс, да привязка к дереву не позволяла совершить подобный маневр.
– Я принцесса Тэамелис, а как Вас зовут?

Лария, судя по выражению ее лица, окончательно убедилась в том, что я тронулась умом. Темноволосый, который здесь, видимо, остался за главного, тоже с недоумением на меня покосился. Нет, а что? Столько стрессов и пленений за несколько дней! Да любая психика пошатнется!

Неожиданно ветви куста раздвинулись, и среди них показалось лицо Альнира. Разбойник многозначительно покрутил пальцем у виска, а я тут же оскорбилась.

– Сам такой!
– шикнула на него, и все взгляды снова устремились в мою сторону. Бандит многозначительно ударил себя по лбу.

– С кем ты тут разговариваешь?
– недовольно поинтересовался приблизившийся ко мне стражник и настороженно огляделся по сторонам в поисках моего невидимого собеседника.

– Ни с кем, - мгновенно замотала головой. Остальные, решив не заморачиваться, в очередной раз развернулись в противоположную сторону.

Сдавив мое лицо шершавой ладонью, мужчина ухмыльнулся. И отвернулся от кустов, в которых прятался Альнир! Фигура разбойника моментально выросла за его спиной. Одна рука сдавила горло, а второй парень закрыл стражнику рот, с силой потянув на себя и уволакивая несчастного в кусты. Тот даже пикнуть не успел. Лишь лицо покраснело от перекрытия поступления кислорода.

Мужчины, встрепенувшись от шороха, вновь уставились на меня и сестру.

– Где Иглиндис?
– удивился один из стражей. Схватился за меч и подбежал ко мне, остальные же начали оглядываться в недоумении. Я наивно пожала плечами.

– Ушел?
– предположила.

– Ты нас за идиотов что ли держишь?
– возмутился темноволосый мужчина, с которым я все это время путешествовала. Не считая того, который ушел за водой для лошадей, охранять нас осталось шестеро.

Альнир, пока все были отвлечены на меня, шмыгнул за куст чуть левее и снова скрылся из виду.

– Альнир!!!
– радостно завопила сестричка, заметив своего обожаемого, и где-то из кустов послышалось приглушенное ворчание разбойника. Кажется, он сказал, что "Все принцессы - дуры".

Стражники тут же похватались за свои мечи и кинжалы, озлобленно всматриваясь в цветущую зелень и озлобленно скалясь, а молодой человек, проявив себя, высунулся из своего укрытия. Белая рубашка была чуть ли не в клочья изодрана, а на лбу красовался небольшой порез. Красные пятна проявлялись также на плече (том самом, которое бандит не захотел мне показывать еще тогда, в Растале, когда я хвасталась ему, что скоро выйду замуж), боку и правой руке. На коже также имелись свидетельства то ли копти, то ли сажи, то ли просто грязи - не знаю, что там заклинания способны сотворить во время сражения.

Ахнула, не ожидая столь плачевного состояния нашего спасителя, и от волнения закусила нижнюю губу.

– Куда ты дел Иглиндиса?
– потребовал от разбойника ответа предводитель, с остервенением сдавливая рукоять своего меча.

– Да тут он, - с легкой веселостью заявил Альнир.
– Грибы собирает.

Разозлившись и окончательно рассвирепев, шестеро стражей кинулись на одного бандита, и я взвизгнула от ужаса. Какого черта он вообще один за нами пошел? Торан где?

Увернувшись от замашистого удара со стороны темноволосого мужчины, Альнир расцарапал ему грудь своим кинжалом, и тот неуклюже плюхнулся в кусты, стоня от боли. Второму прилетел кулак в челюсть, однако третий умудрился засадить бандиту ногой прямо в бок.

– Альнир!
– хныкала сестра, привязанная к соседнему дереву.
– Не трогайте его!

– Да чтобы я еще хоть раз...
– произнес разбойник, выставляя блок перед очередным выпадом со стороны стражника, - согласился спасать...
– Альниру разбили губу, и я ойкнула, зажмурившись, - сотню принцесс...

Один из мужчин оказался рядом, повернутый ко мне спиной, и я, улучив момент, с силой пнула его в спину, толкая на второго, что только что ударил разбойника. Вот тебе, гад!

Не удержав равновесия и не ожидав такого вероломного подвоха, страж полетел вперед и повалился наземь. Альнир же, воспользовавшись ситуацией, умудрился свалить еще двоих. Одного, увернувшись, ударил по затылку, и тот потерял сознание, а второго, схватив за руку, с силой швырнул в сосну. Врезавшись в прочный ствол, несчастный беспомощно осел. Разбойник же подскочил ко мне и с легкостью разрезал веревки, удерживавшие меня.

– Спрячься, - попросил он, и в следующий момент остальные трое с дикими воплями понеслись на нас. Взвизгнув, бросилась к сестре, чтобы развязать, а брюнет продолжал свою отчаянную войну со стражей.

– Какой же он восхитительный!
– влюбленным голоском лепетала Лария, когда я пыталась ослабить туго затянутые путы.
– Пришел спасти меня!

Закатив глаза, решила не акцентировать на последнем замечании сестры свое внимание. Пусть порадуется.

В это время в кусты отправился еще один несчастный стражник - совсем еще молодой, судя по щуплому телосложению. Родственница, как только освободилась, тут же воспряла духом и заулыбалась, восторженно таращась на разбойника, которому в этот самый момент нехило так прилетело по раненому плечу. Я испуганно закрыла рот рукой, а Альнир, бросив озлобленный взгляд на своего обидчика, сломал ему нос. Застонав, мужчина отстранился, зажимая ладонью кровоточащую рану, и в тот же момент пал, оглушенный. Последний, видимо, сообразив, что никто ему не поможет, бросился бежать, но молодой человек, вяло усмехнувшись, метнул в его ногу кинжал. Так и не успев добраться до ржущих и нетерпеливо бьющих копытами коней, брякнулся на землю, гремя доспехами, а я, схватив ветку, валявшуюся под ногами, со всей дури огрела бедняжку по голове.

– И от принцесс бывает польза, - заявила горделиво, все еще не веря в то, что все в который раз обошлось. Обернулась и взглянула на потрепанного и измотанного Альнира, приблизившегося ко мне. Лицо было бледным и запачканным, лоб вспотел, а некогда красивая белая рубашка теперь выглядела, как грязная половая тряпка.

– Помнишь, ты как-то жаловалась, что мужчины не падают к твоим ногам?
– хрипло обратился ко мне разбойник, отчего-то вспоминая наш давнишний разговор. Я вообще тогда любила ныть, а Альнир оказывался единственным, кто слушал. Скептически приподняла одну бровь.

– Ну да, - отозвалась с подозрением.
– Было дело. А что?

Альнир ничего не ответил. Лишь выдавил из себя ласковую, немного вымученную и усталую улыбку, после чего без чувств плюхнулся на траву. Символично - прямо мне под ноги...

Последний королевский охранник, тот, что уходил за водой для скакунов, так и не явился. Видимо, решил сообщить Арринару о провале миссии. Нам же с сестрой это было только кстати.

Аккуратно убрав каштановые, взмокшие волосы с холодного лба, пристально уставилась на безмятежное выражение лица Альнира. Грудь еле заметно и тяжело вздымалась, и я, отправив в деревню дотошную родственницу, воркующую возле несчастного бандита, словно голубь в период похотливых ухаживаний за самкой, сейчас отчаянно пыталась не разреветься.