10394
Шрифт:
В ходе визита Президента Российской Федерации В.В. Путина в Китай в октябре 2004 г. им было ясно сказано, что Россия собирается “развивать восточные территории России, территории Дальнего Востока” и “осуществлять там крупные инфраструктурные проекты”, исходя из “наших национальных интересов”. Это положение следует рассматривать как сформулированный национальный приоритет и ключевую установку для руководства страны и всех ветвей власти на всех уровнях.
Как же может выглядеть Дальний Восток как инфраструктурный плацдарм?
Во-первых, как территория, через которую осуществляется энергетический транспорт.
В Азиатско-Тихоокеанском регионе буквально с каждым годом чрезвычайно обостряется ситуация с обеспечением энергоносителями и здесь роль Дальнего Востока как транзитной территории становится крайне важной.40
Сегодня Россия предлагает АТР несколько проектов транснациональных газопроводов. Из Якутии предполагается соорудить газопровод в Южную Корею. Из Иркутска - в Китай. С шельфа Сахалина - в Китай, Корею и Японию. Вновь возникает проект объединения двух газовых магистралей - с шельфа Сахалина и Якутии - для подачи газа в страны АТР, получивший в 1980-х годах название “голубое кольцо”. Этот проект разрабатывался совместно еще советскими и японскими учеными.41
Геостратегическое значение имеют проекты транспортировки сибирской нефти в страны Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) через бухту Перевозную в Приморском крае, а также через Амур в Китай. Здесь в настоящее время обсуждаются два варианта - ответвление трубопровода на Китай в районе Сковородино-Джалинды, а также транспортировка нефти и, возможно, сжиженного газа по железнодорожному мосту через Амур в районе Благовещенска.
Особо хотелось бы отметить вариант строительства моста у Джалинды. Амур здесь наиболее узкий и данный проект напрямую связывается с Транссибом. Вместе с перевозкой энергоносителей железнодорожный мост здесь мог бы обеспечить устойчивый транзит грузов, которые в настоящее время идут неудобными обходными путями. Мост у Джалинды вполне мог бы стать энергомостом в Китай.
Для достижения максимальной эффективности по экспорту энергоносителей через Восток необходимо начинать широкомасштабное новое нефтегазовое освоение Восточной Сибири и Дальнего Востока (особенно шельфа). Два этих региона должны прийти на смену западносибирским нефти и газу.
Во-вторых, Дальний Восток необходимо рассматривать как регион опережающего развития собственного энергопроизводства, прежде всего, электроэнергетики.
Парадоксально, но самый кризисный в энергетическом плане регион России на самом деле является одним из самых богатых энергетическими ресурсами - углём, нефтью и газом.42
Ненормальность ситуации хорошо иллюстрирует то, как обстоит дело с газоснабжением региона.
В целом по России основным топливом является газ - 74% в балансе. А на Дальнем Востоке его доля не превышает 8%. Основное топливо здесь уголь - 70%.
Между тем, газовых ресурсов на Дальнем Востоке в избытке - только на данный момент здесь открыто 94 месторождения. Около 95% ресурсов приходятся на Якутию и шельф Сахалина, 4% - на сушу Сахалина, менее 1% - в Чукотском АО, Камчатской области и Хабаровском крае. В большинстве месторождений газ содержит ряд попутных компонентов, включая конденсат и гелий, что значительно повышает их экономическую ценность. Однако добыча ведется лишь на 28 месторождениях Сахалина и Якутии. Её объёмы не превышают 3-3,5 млрд. куб. м в год и расходуются в основном на местные нужды. А разведанные гарантированные запасы свободного газа только по 5 месторождениям, охватываемым проектами “Сахалин-1” и “Сахалин-2”, составляют около 700 млрд. куб. м.
Ввод в эксплуатацию Бурейской ГЭС три года назад напомнил нам о тех уникальных гидроэнергетических возможностях Дальнего Востока, по которым мы уступаем только Юго-Западу соседнего Китая.
Необходимо не только быстрее строить и вводить в эксплуатацию Нижнебурейскую ГЭС, но и разрабатывать программу строительства на Дальнем Востоке в ближайшие 20-30 лет до десятка и более гидроэлектростанций.
В конечном счёте, речь должна идти о создании на базе выдающегося приамурского гидропотенциала Дальневосточного энергетического кольца, которое позволило бы получать и концентрировать гигантский инвестиционный ресурс за счёт использования дешевой гидроэлектроэнергии и доходов от её экспорта в страны Северо-Восточной Азии.
Схема сотрудничества России с государствами могла бы выглядеть следующим образом: отечественные энергоресурсы, научные технологии и транзитная территория, связывающая Северо-Восточную Азию с Европой, в обмен на японские и южно-корейские капиталы, инвестиционное оборудование, а также китайские продовольствие, текстиль и рабочую силу.
На такого рода “кольцо” можно было бы легко “посадить” существующие и новые транспортные системы и коридоры. Особенно важно это для любых программ возрождения и модернизации БАМа.
В целом, России по силам сделать свой Дальний Восток зоной сверхдёшевой энергии и контролировать через это всю Восточную Азию.
Это позволит не только обеспечивать масштабные инфраструктурные проекты и высокое качество жизни, но и создавать здесь мировую финансово-банковскую инфраструктуру нового типа, когда в качестве мировой валюты выступают “энергоденьги” и международные межотраслевые расчёты осуществляются клиринговым способом в условных единицах, отнесённых к возможности использования определенного количества энергии.43
Значительная роль в производстве электричества могла бы принадлежать и атомной энергетике, особенно мини-АЭС.44
Чрезвычайно перспективным, в частности, является массированное применение двигателей, работающих от ядерных силовых установок, для гражданского и военного флота России, объединяющего в единую систему Северный и Тихоокеанский флоты и создающего Российский Северо-Восточный ядерный флот, который составит также и новую технологическую основу для Северного или Северо-Восточного Морского Пути.
В-третьих, Дальний Восток может стать мощнейшим транспортным или даже мультитранспортным плацдармом развития Северо-Восточной Азии и организации на территории России трансконтинентального моста на основе нескольких трансевразийских магистралей.
Географическое положение России - уникально и позволяет так организовывать трансконтинентальные коммуникации и контроль над их эффективной эксплуатацией, что может быть создана устойчивая система по извлечению ренты (rent-seeking activity) из собственного географического положения. Размер географической ренты определяется стратегиями использования традиционных и разработкой принципиально новых систем трансконтинентальной коммуникации, прежде всего, транспортировки грузов.
Основой наиболее эффективного извлечения географической ренты является организация магистрали “Токио-Москва-Дублин”. Вокруг неё должна производиться интеграция транспортных маршрутов Европы и Азии в трансконтинентальные транспортные коридоры и формирование логистических комплексов, стыкующих различные виды транспорта, а также разработка и применение принципиально новых типов транспорта. По-прежнему важнейшую роль тут играет Северный морской путь, который необходимо интенсивно восстанавливать и наращивать.