Чтение онлайн

Мистические посредники – это медиумы, поясняет Хромой Олень:

Роль шамана может быть наследственной или же может быть получена в качестве особого дара. Как бы там ни было, тренинг шамана очень суров и труден. Чтобы действовать в мистическом состоянии экстаза, перемещаясь между обычной и мистической реальностями, шаманы должны испытать состояние физической смерти и воскрешения. Некоторые из них спонтанно достигали опыта предсмертных состояний. Увавнук, шаманка племени инуитов (эскимосов), пережила духовное посвящение, когда в нее ударила шаровая молния. [71] Выжив, Увавнук обрела огромную силу, которую посвятила служению своему народу.

Другие потенциальные мистические посредники подвергаются ритуалу очищения, уединения и телесной боли, прежде чем вступить в контакт с миром духов. Игьюгарьюк с северного побережья Гудзонова залива, предпочел в течение целого месяца страдать от холода, голода и жажды в крошечной хижине, чтобы привлечь к себе внимание духа Пинга – женского духа-помощника:

…Она пришла ко мне от Пинги, и это был знак, что Пинга теперь заметила меня и намерена дать мне силу, чтобы я смог стать шаманом. [72]

Для многих мистических посредников посвящение в роль – вопрос не их собственного выбора. Дух вселяется в того, в кого хочет. Так, Церинг, престарелый непальский дхами (шаман) говорит:

Попав туда, новые дхами должны распустить волосы и войти обнаженными в ледяное озеро Мансароват, чтобы вступить в общение с духами. Затем, когда вновь посвященные возвращаются в свое селение, божества, вселившиеся в них, настаивают, чтобы адепты доказали свою спиритуальную связь с духами, совершив разные ужасные поступки, например, выпив кипящее масло. После этого дхами начинают пользоваться уважением как авторитетные мистики.

* * * * *

Носительница туземной сакральной практики. Интервью с Надеждой Ананьевной Степановой

Один из живущих в наши дни традиционных шаманов в Бурятии, Надежда Ананьевна Степанова, происходит из рода могущественных шаманов. Ее мать пыталась помешать девочке стать шаманом. Буддийские ламы распространяют молву о том, что шаманов следует избегать, утверждая, будто эти люди – заносчивые, невежественные и примитивные служители темных, низших духов. Подобную репутацию – и серьезный ущерб – принесли шаманам псевдо-шаманы, некоторые из которых обладают способностями экстрасенсов, а другие – заурядные мошенники. Но если шаман обретает истинное духовное призвание, отрицать их силу весьма опасно. Сама Надежда говорит об этом так:

«Еще ребенком я заметила, что когда я болела и пропускала уроки, я могла повторить все, что говорил учитель или что я прочла в книге, но я считала, что все в порядке. Когда мне исполнилось двадцать шесть, мне было сказано, что я стану шаманом, великим шаманом. Когда я рассказала об этом матери, она ответила: «Нет, не станешь». Она взяла бутылку, съездила в свой родной город и возвратилась обратно. «Все выйдет наоборот; никаким шаманом ты не будешь», – проговорила она. Я ничего не поняла. В том году, когда мне было предсказано стать шаманом, я серьезно заболела, а маму парализовало. Обычно у парализованных бывает высокое кровяное давление, но у нее все было в норме. Врачи были весьма удивлены этим, но я поняла: мы обе заболели так тяжко потому, что пошли против воли богов.

Никто не мог меня вылечить. Лишь один прорицатель сказал: «Ты должна исцелять». Я возразила: «Я ничего не знаю об исцелении». Но тогда голос внутри меня произнес: «Если ты не станешь шаманом, ты умрешь. Тебя собьет грузовик с синим номером». Я начала собирать материалы о медицине, о старинных ритуалах. Уже тогда я могла сделать многое, но пока что от меня требовалось сидеть и анализировать свои ощущения. Меня посвятили мужчины-шаманы из всех шаманских родов, и каждый молился своему богу, повернувшись в особую сторону, ибо у каждого бога есть своя сторона. Я сидела в середине. Каждый шаман просил своих богов помочь мне и защитить меня, даровать мне силы. Этот обряд был совершен в начале марта. Было очень холодно и ветрено, а я была легко одета, но совсем не чувствовала холода. Ветер не прикасался ко мне. Я сидела недвижно в течение четырех часов, но мне совсем не было холодно.

Я начала исцелять. Это было очень трудно. Ты проходишь через боль, через слезы детей и взрослых. Я научилась понимать, смогу ли я исцелить этого человека или нет. Самая главная вещь для меня – помочь человеку, если я в силах сделать это. Я молюсь моим богам, прошу у них милости, прошу их обратить внимание на больного и помочь.

Я ощущаю боль всех тех, кто приходит ко мне, и хочу облегчить их страдания. У меня есть йодо – кусок еловой коры, ободранной когтями медведя. Его дым очищает. Я исполняю обряды, чтобы привести свою душу в «рабочее состояние», и часто это срабатывает. Меня часто окружают мои предки: я вижу их столь же ясно, как вижу вас.

В прошлом году на острове Ольхон на озере Байкал происходила большая встреча шаманов из Читы, Иркутска, Улан-Удэ, Якутии и Бурятии, которые собрались помолиться великим духам Байкала о благополучии и процветании всей Бурятии. К этим духам уже давно не обращались. Люди забыли о них, и духи впали в спячку. Они не могли принимать активного участия в жизни людей, не могли и помогать им. Тейлаган, молитва шаманов за всю Бурятию, должна была пробудить великих духов.

Был солнечный, ясный день, на небе – ни облачка. Когда моление началось, пошел дождь. Это был очень хороший знак. Дело в том, что здесь уже давно установилась засуха. Шаманы Ольхона пытались вызвать дождь, но им это не удавалось. Но когда все собрались и принесли в жертву баранов, все удалось как нельзя лучше, и шаманы округа были очень благодарны за это.

Мы испокон веку молились тринадцати северным наинхатам – великим духам этого места. Но когда пришли буддисты, начались гонения, и люди стали молиться тайно, только в семейном кругу. Они не могли молиться за весь бурятский народ, и моления прекратились. Боги были забыты. Шаманов предавали смерти. Затем атеистический советский режим попытался заставить нас забыть древнюю веру, и мы все забыли. Самое ужасное в этом было то, что власти хотели заставить людей забыть все, жить сегодняшним днем и забыть свои корни. Но что за человек без корней? Ничто, пустое место. Он потерял все. Вот почему сегодня никто не питает сострадания ни к кому. И вот мы пожинаем плоды этого: разбой, пьянство, наркомания. Это наша беда. Вот почему мы обязаны молиться нашим собственным богам Когда мы устраиваем тейлаган, в первый день от земли до неба возносятся три синих столба – это молитва к Эхону-Бахве, верховному духу Байкала, и всем трем богам. На второй день мы молимся богу-птице, и в небе кружится множество птиц, и появляется радуга. [74]