Чтение онлайн

Но к тому времени Григорий VII презрел свою гордыню и предпринял срочные меры, чтобы помириться с Робертом Гвискаром. Он верно определил, что, соединившись, норманн и германец решат вопрос в свою пользу, а потому расторг возможный союз двух сильнейших монархов Европы. При посредстве аббата Дезидерия папа провел успешные переговоры с Гвискаром, и, как говорилось выше, 29 июня 1080 г. тот принес клятву верности (очередную) понтифику. Соответственно апостолик снял все отлучения и признал права Роберта на завоеванные земли на юге Италии и на Сицилии. Хотел того папа или нет, но вследствие его политики в Европе началась гражданская война198.

15 октября 1080 г. неудачливый Генрих IV вновь потерпел поражение от Рудольфа, хотя сам победитель нашел свою смерть на поле битвы – его убил будущий герой 1го Крестового похода герцог Готфрид Бульонский (1076—1096). Современники с уважением рассказывали друг другу, что Генрих IV проявил чудеса мужества и храбрости на поле битвы, едва не найдя там свою смерть. Видимо, это геройство и мужество отчаяния прибавили ему авторитета в глазах его сторонников. А потому, когда отставленный папой от престола император прибыл в Милан, все жители с восторгом приняли на свою архиепископскую кафедру его прежнего выдвиженца Теодальда199.

Это был переломный момент в истории борьбы за инвеституру. После смерти Рудольфа союз против Генриха IV сам собой распался, и обретший новую силу Германский король собрал небольшую армию и весной 1081 г. двинулся к Риму, восторженно встречаемый народом Германии и Италии на всем пути следования. Однако жители Вечного города отказались выдать Генриху IV папу, и король только весной 1083 г. сумел взять город штурмом.

Тем не менее пленить Гильдебранда все равно не удалось – тот спрятался в замке Святого Ангела и оттуда продолжал анафематствовать Генриха IV. Но по неисповедимой человеческой непредсказуемости новое папское отлучение только прибавило популярности Генриху IV в Северной и Средней Италии. Да и жителям Рима настолько надоело это противостояние, что они инициативно направили послов к Германскому королю и объявили тому, что город признает его своим императором.

Впрочем, прежние годы прибавили германцу мудрости, и Генрих IV не стал форсировать события. Опасаясь какойлибо уловки со стороны вчерашних врагов и новых взрывов недовольства, он на всякий случай сперва заключил соглашение с римской знатью, согласно которому спор между ним и папой Григорием VII должен быть решен на специально созванном Соборе. Вероятно, король очень надеялся, что в ответ на эту любезность понтифик венчает его императорской короной. Но глубоко ошибся: верный себе, Григорий VII отверг предложение завершить спор миром и потребовал публичного покаяния короля (!), как будто не папа скрывался от своих врагов, а германец. Тому, естественно, ничего не оставалось, как проигнорировать факт существования папы и окончательно определиться в пользу антипапы200.

В марте 1084 г., на Пасху, по приказу короля епископы хиротонисали в Риме антипапу Климента III (1080—1100), а тот в свою очередь увенчал главу своего благодетеля императорской короной. Генрих IV покинул Вечный город в полной уверенности в своей победе, но в самое короткое время его ждало разочарование: Григорий VII призвал на помощь норманнов Роберта Гвискара.

Тот не замедлил выручить понтифика из беды и уже 24 июня 1084 г. выступил по направлению к Риму с 6 тысячами рыцарей и 30 тысячами пехотинцев. Такого оборота событий император не ждал, а потому, собрав самых знатных жителей Рима, несколько сконфуженно объявил, что дела требуют его присутствия в Ломбардии201. Через 3 дня, убедившись, что Генриха IV в городе нет, Роберт Гвискар вступил в Рим, передав его в руки своих солдат. Как утверждают, со времен варварских нашествий Вечный город не видел ничего подобного. В пламени огня погибли роскошные дворцы и древние храмы. Были совершенно опустошены Капитолий и Палатинский холм, а на всем протяжении от Колизея до Латерана не осталось ни одного целого здания. Не часто бывшая столица Священной Римской империи подвергалась таким разорениям, как на этот раз. Все имущество было разграблено, город превращен в руины, а норманны, словно варвары, изнасиловали всех женщин, встретившихся на их пути, не исключая, разумеется, монахинь202.

Этого простить папе несчастные жители Рима не смогли. Проклинаемый ими, Гильдебранд добровольно сложил свой сан, покинул город и отправился в Салерно, поставив новым Римским епископом Виктора III (1086—1087), хотя антипапа Климент III продолжал сохранять за собой часть Рима и Латеранский дворец. Скончался Григорий VII 25 мая 1085 г. с ясным пониманием до конца исполненного долга, но ненавидимый всеми. Как писал современник, «Григорий, дурно помазав сыновей и еще хуже посвятив дочерей, ушел наконец из Рима вместе с Робертом и отправился в Солерно. Прожив там малое время, он умер, как бы заслужив подобающую злодеям кару»203.

Но его преемники продолжили войну с Западным императором. Весной 1095 г. Урбан II (1088—1099) организовал громадный Собор в Ломбардии, в городе Пьяченце, где присутствовало 4 тысячи священников и монахов и более 30 тысяч мирян. Собор в очередной раз анафематствовал Генриха IV и Климента III, а Урбан II отправился в Рим и изгнал антипапу из города. Попутно понтифик организовал серию заговоров против императора, к которым присоединились и лица из ближнего окружения Генриха IV.

Надо сказать, что победа над Гильдебрандом окончательно развратила победителя, и до этой поры не блиставшего благочестием и целомудрием. Как известно, второй женой Генриха IV являлась Адельгейда, урожденная Епраксиния (1071—1109), дочь Киевского князя Всеволода Ярославовича (1030—1093), сестра Киевского князя св. Владимира Мономаха (1066—1125). В 1082 г., в 12летнем возрасте, она была выдана замуж за Генриха I Длинного (1065—1087), графа фон Штаде и маркграфа Нордмарка, но уже в 1087 г. овдовела, сохранив свою удивительную красоту. А потому нет ничего удивительного, что год спустя император, увидев ее, влюбился и немедленно решил сочетаться с Епраксинией браком204.

Однако в скором времени король без видимых причин приревновал супругу и задумал решить все сомнения весьма необычным и довольно омерзительным способом. Он заявил, что любой, кому приглянется королева, вправе рассчитывать на близость с ней вне зависимости от желания самой Адельгейды (Епраксинии). Дошло до того, что своего сына от первого брака, Конрада (1074—1101), Генрих IV буквально силой заставлял вступить с мачехой в интимные отношения. А когда тот отказался, публично заявил, что Конрад был прижит его первой супругой от какогото шваба. В отчаянии Адельгейда отправилась в Рим к папе Урбану II, который с полным правом в очередной раз отлучил Генриха IV от Церкви. Впоследствии несчастная женщина вернулась в Киев, где приняла монашеский постриг и стала игуменьей одного из монастырей205.

Однако в целом новый папа был гораздо терпимее своего предшественника, что обусловило его более лояльную политику в отношении императора. А Германский король, почувствовав дуновение удачи, немедленно принялся восстанавливать целостность и единство Западного мира, расколотого былыми баталиями. Он предпринял несколько небезуспешных попыток локализовать конфликт. Для этого ему пришлось даже выдать свою родственницу, уже упоминаемую нами выше маркграфиню Матильду, замуж за сына герцога Баварии – об этом говорилось ранее.

К слову сказать, именно эта семья даст название партии гвельфов, ставших вековыми сторонниками папства, которым не менее активно противостояли гибеллины – сторонники имперской партии. Впрочем, в итоге не получился ни семейный, ни политический союз – герцог вместе с супругой активно противостоял королю, а затем, устав от многомудрой и сильной Матильды, в 1095 г. развелся с ней, получив искомое согласие на это Римского папы.

Несколько раз еще после этого пытался Генрих IV вернуть себе власть над Италией и папством, но каждый раз терпел поражения. Урбан II удачно договорился с Ломбардией и Итальянским королем Конрадом (1093—1098), сыном Генриха IV, и нейтрализовал все попытки грозного германца. Правда, самому Конраду это стоило титула и королевства – не помогла даже его женитьба на Констанции, дочери графа Сицилии Рожера Боско, за которой стояли могучие норманны. Император просто лишил сына власти, а своим преемником назначил младшего отпрыска, будущего императора Генриха V (1105—1125) 206.

Перманентно длящаяся «война всех против всех» уже в 1096 г. потребовала созыва специального Собора, состоявшегося в Клермоне в 1096 г., где были приняты постановления «о Божьем мире». «Замечательные» по своему содержанию в полной мере законы отражают печальное состояние западного общества и заменяют собой многие действующие государственные законы по причине их крайней неэффективности. Так, были установлены временные периоды «Божьего мира», введены специальные правила о судьбе имущества, которым другое лицо завладеет путем грабежа в «мирные» дни, убийстве человека или его порабощении и т.п. Оговорили правила обеспечения безопасности путешествующих клириков и их провожатых и ввели запрет на снос кладбищ и строительство на них новых строений. Отдельно провозглашались анафемы тем, кто в случае смерти клирика овладеет его имуществом, а также лицам, заточившим епископа в темницу207.