Чтение онлайн

В это же самое время, в период с 13 по 15 ноября, и остальные боевые группы были отведены с передовой и передислоцированы в район городка Рудбаржи, где они оставались в качестве ударного резерва командования 10-го армейского корпуса. Тем временем атаки противника настолько ослабли, что позиционные гренадерские полки могли легко справляться с ними и без поддержки 14-й танковой дивизии. Кроме того, вследствие некоторого выравнивания линии фронта и переброски сюда новых соединений они могли занимать свои участки плотнее, чем раньше.

Правда, для принятого в таких случаях отдыха и доукомплектования на этот раз оставалось не слишком много времени. Результаты проведенных в последние дни разведывательных мероприятий свидетельствовали о том, что неприятель проводил перегруппировку, сосредоточение и развертывание свежих сил для повторения своего генерального наступления. Поэтому, чтобы закрыть бреши в личном составе и материальном обеспечении, пришлось ограничиться обменом внутри полков, разумеется, в тех пределах, насколько это было возможно.

После того как незадолго до этого генерал-лейтенант Унрайн снова принял командование дивизией, была сформирована бронетанковая группа в старом составе во главе с майором Заувантом. Для этого имевшиеся в нашем распоряжении танки были сосредоточены в 1-м батальоне 36-го танкового полка. На базе 2-го батальона надо было сформировать истребительно-противотанковый батальон, без которого ввиду предстоящих чисто оборонительных боев дивизия уже не могла больше обходиться. Одновременно костяк 2-го батальона передавался в состав формируемого 2-го батальона «Пантер». Штурмовые орудия 2-го батальона, которые до своей смены 600-й бригадой штурмовых орудий вынуждены были оставаться на своем участке фронта, должны были взаимодействовать с 108-й полковой группой, которой с 1 ноября командовал полковник фон Узедом.

Однако после совещания командного состава, которое состоялось 17 ноября в Рудбаржи и в котором приняли участие главнокомандующий группой армий «Север» и командующий армией, а также командир корпуса, это распределение было снова изменено. Теперь 1-й батальон 36-го танкового полка и 1-й дивизион 4-го артиллерийского полка должны были быть приданы 108-й полковой группе фон Узедома, а штурмовые орудия и 1-й батальон 103-го панцер-гренадерского полка передавались 32-й пехотной дивизии. Прикомандирование 14-го разведывательного батальона и роты танков Pz. IV к 2-му армейскому корпусу, которому, впрочем, была подчинена и вся дивизия, осталось в силе.

Между тем и русские закончили подготовку к крупномасштабному наступлению, о чем свидетельствовало усиление разведывательной деятельности и возросшая активность их авиации. Само наступление началось в полдень 19 ноября. Ему предшествовала интенсивная двухчасовая артиллерийская подготовка на всем протяжении фронта между поселком Преекульн и городом Фрауэнбург (Салдус).

Как и предполагалось, главный удар наносился по участку фронта юго-западнее Шрундена. Испытанный метод противника наносить самый мощный удар в место стыка между отдельными дивизиями и корпусами оправдал себя и в этот раз и очень быстро принес ему ощутимые успехи.

Мощным танковым ударом была пробита брешь на стыке между 31-й и 32-й пехотными дивизиями, и вскоре они были вынуждены отгибать назад свои внутренние фланги. В ходе контратак, проведенных силами местных резервов, не удалось ни восстановить связь между дивизиями, ни вернуть старые позиции. Не помешали они и тому, что противник смял и вторую линию обороны и продолжил развивать наступление на северо-запад через хутор Пурвакрогс. В конце концов русские прорвались и под Яунспайле и Силсате. Помочь остановить наступление противника на этом участке, если это вообще было возможно, могло лишь введение в бой 14-й танковой дивизии.

Для организации совместной контратаки на юго-восток в 16.00 из района командного пункта 94-го гренадерского полка, находившегося южнее хутора Грабжи, выступил 1-й батальон 36-го танкового полка, а немного восточнее хутора выдвинулся 108-й панцер-гренадерский полк. Для поддержки этой контратаки 14-й танковой дивизии были подчинены 17-й и 94-й гренадерские полки. Из-за ранения командира гренадеров 94-го полка майор Заувант принял командование на себя.

Группа, двигавшаяся справа, с основной частью своих «Пантер» относительно быстро достигла своей первой цели, района севернее села Лиелдзелда. Однако введенная в действие справа танковая рота, которая должна была обеспечивать связь с 108-м панцер-гренадерским полком, вскоре не смогла поддерживать наступление гренадеров через селения Митениеки и Судмалкалнс, так как глубокий, непроходимый овраг преградил ей путь. Единственный переход у деревни Циммери находился вне ее боевой полосы, и, кроме того, русские упорно обороняли его. Поэтому с наступлением темноты атаку пришлось временно остановить. В течение ночи «Пантеры» несли охранение на опушке леса южнее хутора Пурвакрогс, а гренадеры — севернее деревни Циммери.

На следующее утро 1-й батальон 94-го гренадерского полка при поддержке «Пантер» 2-го батальона 36-го танкового полка, роты «Тигров» 510-го тяжелого танкового батальона и нескольких минометных и артиллерийских батарей атаковал лес и деревню Циммери и в ходе многочасового ожесточенного боя смял оборонительный рубеж противника ударом во фланг. И хотя тем самым было устранено существенное препятствие на пути наших соединений, однако атака развивалась очень медленно. Неприятель нашел возможность организовать оборону и плотным заградительным огнем и яростными контратаками своих танков целый день сдерживал наши боевые группы. В отдельных местах русским даже удалось оттеснить наших гренадеров к краю оврага. И только вечером и в течение ночи удалось на отдельных участках выйти к нашему прежнему переднему краю обороны.

Однако между тем западнее и северо-восточнее полосы наступления дивизии противник сумел осуществить новые, опасные и глубокие вклинения. Теперь командование дивизии уже не видело никакой возможности продолжать наступление до полного овладения старыми позициями, не имело никакого смысла и оставлять по крайней мере часть боевых групп в теперешнем районе боевых действий. Участок фронта, который дивизия должна была охранять, был слишком протяженным, превосходство неприятеля слишком большим, чтобы неоспоримый тактический успех в одном месте мог распространиться на соседние участки фронта. Времена, когда у нас всего было в достатке, когда мы располагали достаточными резервами, безвозвратно прошли. Теперь, бросая в бой последние резервы, Германия вела «войну бедного человека», правило игры которой звучало так: сделать новую дыру, чтобы залатать старую!

Поэтому еще ночью гренадеры были вынуждены снова оставить те позиции, которые только что завоевали, и отойти на рубеж, проходивший поперек лесного массива у деревни Циммери. Для их поддержки с ними остались «Тигры» и реактивные минометы. 1-й батальон 36-го танкового полка и 108-й панцер-гренадерский полк были отведены дальше на север и вместе с остальными подразделениями 14-й танковой дивизии заняли позиции на участке фронта 96-го гренадерского полка у села Тауяни.

Однако в полном соответствии со своей функцией «пожарной команды» — всегда появляться там, где «горело», — дивизия не смогла задержаться надолго и в этом районе, ограничиваясь лишь охранением. После того как обстановка на этом участке фронта более или менее стабилизировалась, главные силы дивизии должны были передислоцироваться на несколько километров западнее. 22 ноября дивизия заняла позиции 463-го гренадерского полка 263-й пехотной дивизии, чтобы подготовиться здесь к запланированной контратаке. Целью этой операции, для поддержки которой корпус перебросил сюда четыре артиллерийских полка, была ликвидация глубокого вклинения между населенными пунктами Дзелсгалескрогс и Метрайне и восстановление прежнего переднего края обороны южнее шоссе.

Однако противник упредил нашу атаку, назначенную на полдень 23 ноября. Уже в 8 часов утра его артиллерия открыла ураганный огонь. Донесение о том, что на участок фронта у деревни Крици одного только 108-го панцер-гренадерского полка неприятель обрушил около 200 тысяч снарядов всех калибров, вряд ли было преувеличением. Ведь окончательный успех или неудача всех проведенных до этого атак зависели исключительно от того, удастся ли ему использовать для прорыва этот выступ фронта, выдвинутый дальше всего на север. До сих пор ударная мощь его танковых и стрелковых бригад и даже элитных гвардейских соединений всякий раз оказывалась недостаточной. И вот теперь огромное количественное превосходство в огневой мощи должно было, очевидно, сыграть решающую роль.