Чтение онлайн

Остаются еще два вопроса о французах. Первый — какой строй они выбрали; второй — какова была численность их армии. Наиболее полное и четкое описание дает "Le H'eraut Berry". [673] Хотя это поздняя хроника, автор уверенно говорит о назначении конкретных сеньоров для командования конкретными подразделениями. Его рассказ представляет собой особенно интересное чтение в сравнении с планами сражений и содержит примечательные цифры. Согласно "Le H'eraut Berry", французы составили только две баталии. В авангарде находились маршал и коннетабль с 3.000 человек, герцог Бурбонский с 1.200, и герцог Орлеанский с 600, которыми от его имени командовал сир де Жоль. Таким образом, общая численность французского авангарда составила 4.800 человек. В главной баталии участвовали герцог Барский с 600 людьми, граф Неверский с 1200, граф д'Э с 300, граф Марль с 400, граф Водемон, брат герцога Лотарингского, с 300, графы Руси и Брейн с 200, а также герцог Брабантский, который привел мало людей, и бароны из Эно, перешедшие под его знамена. Таким образом, в основной баталии участвовало не менее 3.000 человек. На правом крыле находился Ришмон с виконтом де Бельером и сеньором де Комбургом, с 600 латниками. На левом крыле находились граф Вандомский, Гишар Дофин (описанный как великий магистр королевского дома), сеньоры Иври, Аквиль, Омон и Ла Рош Гийон, а также офицеры короля, в общей сложности 600 человек. Позже упоминается кавалерийская группа под командованием Клинье де Брабанта и других, которым было приказано нанести удар по врагу. Таким образом, общая численность составляла 9.000 человек, плюс более мелкие группы, численность которых не приводится. Напомним, что в конце августа в королевском приказе говорилось о намерении короля собрать армию из 6.000 латников и 3.000 лучников. [674] Цифра, приведенная "Le H'eraut Berry", кажется идентичной, хотя следует учитывать, что он не делает различий между видами войск.

В его рассказе обращает на себя внимание то, что авангард был в полтора раза больше, чем основная баталия. Похоже, что Орлеанский и д'Альбре расположились в авангарде, в то время как по Руанскому плану они должны были находиться в главной баталии. Такая "фронтальная загрузка" французской армии согласуется с рассказами в хрониках о том, что все спешенные воины были впереди. Французы намеренно создали очень большой авангард, так как считали, что смогут с легкостью разбить небольшое количество английских воинов. В главной баталии участвовали многие из тех, кто был поставлен в арьергард согласно Руанского плана. Графом Марль (чья резиденция находилась к северу от Лаона) был Роберт де Бар [675] , племянник герцога Барского. Резиденция графа Руси и Брейна находилась к югу от Лаона, а Водемон получил свой титул от местечка с таким названием к югу от Нанси. Герцогство Бар лежало к западу от Нанси. [676] Таким образом, в этом главной баталии участвовали в основном сеньоры из района Марны и Мёза, а также граф Невер, брат герцога Иоанна Бургундского. То, что было сформировано только две баталии, возможно, объясняется отсутствием тех, кто по каким либо причинам не явился. Поскольку Таннеги дю Шатель не прибыл, командование левым крылом в сражении было отдано графу Вандомскому.

Во втором отчете дез Юрсена о битве французы также формируют только две баталии. Он не называет командиров, но говорит, что сеньоры хотели участвовать в "первой баталии", которая насчитывало 5.000 человек. Вторая баталия описывается как состоящая из 3.000 человек, не считая вооруженных слуг, лучников и арбалетчиков. Для того чтобы смять английских лучников, имелся также кавалерийский отряд, который должен был состоять из 400 человек. Эти цифры очень близки к тем, которые приводит "Le H'eraut Berry". В "Gesta" и "Liber Metricus" также говорится, что французы сформировали две баталии. В "Gesta" авангард состоял из знати и отборных воинов, вооруженных копьями. Автор делает нелепое предположение, что он был "в тридцать раз больше, чем все наши люди вместе взятые". На каждом фланге были отряды кавалерии, чтобы смять английских лучников. Арьергард был также конным, что дало хронисту возможность заметить, что он выглядел так, будто "скорее готов бежать, чем сражаться". [677] Тит Ливий и Псевдо-Эльмхем упоминают только фланговые крылья конницы, хотя оба они также отмечают, что французская линия была настолько широкой, что поле не могло вместить все войско, и что она имела в глубину тридцать одну шеренгу — цифра, выбранная для эффекта и создания ложного впечатления точности. Поскольку эта цифра близка к тридцатикратной, приведенной в "Gesta", она может быть следствием популярного представления, распространившегося после битвы.

Остальные французские хронисты, однако, говорят о том, что французы составили три баталии — авангард, главную баталию и арьергард, как они названы у Фенина и в "Chronique de Ruisseauville". У "Religieux" говорится о том, что авангард состоял из 5.000 человек, которыми командовали граф Вандомский и Гишар Дофин. Последний также помещен в авангард бургундскими хронистами, которые также помещают туда коннетабля и маршала, герцогов Орлеанского и Бурбонского, графов д'Э и Ришмона, сира де Рамбюра и сира де Дампьера. Бургундские хронисты помещают в главную битву герцогов Барского и Алансонского, а также графов Невера, Водемона, Бламона, Сальма, Гранпре и Руси — список, имеющий много общего с тем, который приводит "Le H'eraut Berry". Они называют командирами арьергарда графов Марль (которого "Le H'eraut Berry" помещает в главную битву), Даммартена [678] и Фокемберга, а также сира де Лонгроя. Они также ставят Вандома и офицеров короля на один фланг с 1.600 человек, а Клинье де Брабанта и Луи де Босредона с 800 конными людьми — на другой, чтобы атаковать английских лучников. "Religieux" поручает эту задачу 1.000 лучших солдат и назначает вождем сира де Голя, которого дез Юрсен поставил командовать войсками герцога Орлеанского в авангарде. В "Chronique de Ruisseauville" сир де Гокур назван вместе с Клинье де Брабантом. Динтер называет только Клинье, давая ему 1.200 человек.

Бургундские хронисты не приводят данных о главной баталии или арьергарде, но они приводят данные о авангарде, который, по их утверждению, состоял из 8.000 человек, рыцарей и оруженосцев, 4.000 лучников и 1.500 арбалетчиков, что в общей сложности составляет 13.500 человек. В рассказе "Religieux" есть упоминание о намерении, поставить 4.000 лучших арбалетчиков впереди, но хронист говорит нам, что эти войска были отпущены командованием армии под предлогом, что они не нуждаются в их помощи. Динтер приводит несколько иную версию. Он говорит о том, что французы отправили лучников, арбалетчиков и пехоту в тыл, не нуждаясь в их помощи, поскольку хотели захватить короля Англии в рукопашной схватке. Это возвращает нас к тому, что авангард был увеличен в размере из-за желания благородных сеньоров участвовать в сражении в первых рядах. У "Religieux" говорится о том, что каждый из командиров претендовал на честь возглавить авангард. Фенин также утверждает, что большинство дворян и цвет армии были поставлены в авангард.

Поэтому в хрониках существует путаница и разночтения относительно количества баталий, а также между флангами и отрядами, предназначенными для атаки на английских лучников. Однако некоторые последовательные черты все же прослеживаются. Одна из них заключается в том, что для этой последней цели была выделена кавалерия. Мы обсудим это действие более подробно в следующей главе. Вторая последовательность заключается в том, что авангард был самым многочисленным в сражении и что в него входили многие из высших дворян. План состоял в том, чтобы создать как можно более крупный авангард, чтобы английские воины были полностью подавлены тяжестью первой французской атаки. Авангард, развернутый в этот день, вероятно, вобрал в себя два крыла под командованием Вандома и Ришмона. Именно этим объясняется замечание Тита Ливия и Псевдо-Эльмхема о том, что французский строй был слишком широк для данного поля. Возможно также, что французские баталии располагались не одна непосредственно за другой, как склонны считать историки, а косо, так что они растягивались по полю, а также содержали много рядов людей.

Третья последовательность заключается в отсутствии у французов лучников и арбалетчиков. Только у "Religieux" указывается их количество, а также объясняется, почему они не сражались. Первоначально планировалось набрать 3.000 лучников и 6.000 латников. Записи о выплате жалования в армии указывают на то, что в некоторых отрядах наравне с латниками были лучники. Феодальная повинность обязывала сеньора брать с собой латников, лучников и арбалетчиков. Но где же были все эти лучники во время битвы? Бургундские хронисты предлагают смешанный состав из латников, лучников и арбалетчиков для авангарда и главной баталии, хотя не уточняется, в каком порядке должна была действовать каждая группа. Может быть, лучники должны были сражаться как пехота, а не как лучники? Это бы еще больше увеличило вес французского авангарда для натиска на английских латников, но это предполагает, что французские лучники имели полные доспехи и были интегрированы в "chevalerie" латников и их командиров. Чтобы понять, является ли эта интерпретация достоверной, необходимо провести дополнительную работу по изучению роли лучников во Франции в этот период.

Другой вариант заключаются в том, что количество лучников не было набрано столько, сколько предполагалось. Карл V в 1360-х и 70-х годах предпринимал усилия для создания отрядов арбалетчиков и лучников из горожан, но есть некоторые признаки того, что прекращение масштабных военных действий с конца 1380-х годов привело к упадку французской пехоты вооруженной луками. Безусловно, многие подразделения в платежных ведомостях за 1415 год содержат только латников. В 1416 году французы набрали 550 арбалетчиков из Генуи, но в предыдущем году не было предпринято никаких шагов по найму иностранных войск, хотя некоторые испанские имена можно найти в отрядах арбалетчиков в ведомостях о получении жалования. [679] Можно предположить, что gens de trait (пешие копейщики) использовались на более ранних стадиях кампании, но были освобождены перед битвой (как предполагает "Religieux"), или что они присутствовали при сражении, но держались в арьергарде и не были задействованы. В "Gesta" есть указание на то, что французы действительно использовали арбалетчиков. Другое предположение заключается в том, что gens de trait использовались, но хронисты просто не упоминают о них. В конце концов, у них было много других событий, о которых нужно было написать. Хронисты также склонны были придерживаться сложившейся традиции обвинения за позор поражения, французских аристократов, рыцарей, оруженосцев и других людей с высоким статусом, которые сражались в качестве латников, в совокупности называемых "chevalerie".

В связи с проблемой gens de trait особенно трудно определить, сколько воинов было у французов во время битвы. В Приложении B показано большое разнообразие цифр, приводимых в хрониках. Наиболее очевидной особенностью является то, что английские источники приписывают французам гораздо большее число воинов, чем их собственные хронисты. Английские оценки, варьирующиеся от 60.000 до 160.000 человек, совершенно невозможны. Франция смогла собрать армию такого размера лишь несколько столетий спустя. Неудивительно, что англичане преувеличили французские цифры и преуменьшили свои собственные, поскольку это сделало победу Генриха еще более значительной. Бургундские хронисты также называют высокую общую численность в 50.000 человек, хотя цифры составляющих подразделений — авангарда, флангов и т. д. — ниже. Эти авторы также стремились усилить тяжесть поражения, поскольку оно произошло по вине правительства, которое в значительной степени контролировалось "арманьяками". Цифры, приведенные в других французских хрониках, более осторожны. Самая низкая, 10.000 человек, содержится в "Le H'eraut Berry" и в "Chronique d'Arthur de Richemont" Грюэля. В обоих случаях говорится, что английская армия была больше, хотя и незначительно. Цифры убитых и взятых в плен в битве не очень полезны для определения общей численности армии. Как мы увидим в главе 10, всего около 800 человек могут быть идентифицированы по именам, а оценки летописцев так же ненадежны в отношении потерь, как и в отношении численности армии в целом.

Можем ли мы получить более достоверные данные из платежных ведомостей? В конце августа было намечено собрать армию из 6.000 человек и 3.000 лучников. [680] Как и в Англии, она должна была состоять из отрядов разного размера под командованием отдельных сеньоров. Каждый отряд сам состоял бы из более мелких групп под командованием рыцарей и оруженосцев. В отношении трех сеньоров у нас есть твердые доказательства размера и состава отряда, который должен был находиться под их командованием. Граф Вандомский получил жалование за 300 оруженосцев (латников) и 150 gens de trait, герцог Беррийский — 1000 + 500, а сир де Линь — 120 + 60. [681] Для других сеньоров, о которых известно, что они имели под своей командой отряды в сентябре и октябре, таких как д'Альбре и герцог Алансонский, у нас есть сведения о численности некоторых из их составных групп, но не об общей численности войск. Однако маловероятно, что у кого-то из них было столько людей, сколько ожидалось от герцога Беррийского. Как и в армии Генриха V, самые большие отряды во французской армии были у членов королевской семьи, причем самые большие отряды были у тех, кто имел самый высокий статус. Дез Юрсен сообщает нам, что герцогов Бургундского и Орлеанского попросили предоставить по 500 человек. В письме герцога Иоанна от 24 сентября упоминается королевский запрос на 500 латников и 300 лучников. [682] Это может означать, что Орлеанскому было предложено предоставить такое же количество лучников. Грюэль говорит о 500 воинах под командованием Ришмона.

Однако неясно, входили ли эти контингенты в состав 9000-ной армии. В случае Ришмона и всех остальных, таких как д'Альбре, Алансонский и т. д., которые, как известно, находились на действительной службе в армии, следившей за продвижением Генриха вдоль Соммы, мы можем предположить, что да. Ришмон возглавлял не только своих людей, но и войска дофина. Дофин запросил войска из города Мант, но мы не знаем, сколько их было предоставлено. [683] Хотя граф Марль, как можно доказать, имел отряды под своим командованием с начала октября, другие сеньоры из района Марны и Мёза, такие как Руси, Брейн и Бар, присоединились к армии только после того, как она отошла от Соммы. Это относится и к герцогу Бурбонскому, чьи отряды появляются с 12 октября, когда он присоединился к королю и дофину в Руане.