Чтение онлайн

Серьезным вкладом в разработку рассматриваемой тематики явилась книга В.А. Никонова «Крушение России. 1917». Отметим, что данная работа написана на базе не только российских, но и зарубежных источников. В ней рассматриваются все векторы исторического процесса в 1917 г., имеющие место в России. На основе изучения огромного по объему исторического материала автор приходит к главному выводу: именно кризис национальных элит приводит к самым страшным последствиям – войне и разрушающей государство революции 31 .

Следует отметить, что в последние годы произошли качественные изменения самой исследовательской парадигмы, что, в свою очередь, привело к возникновению новых направлений в историографии 32 . Ученые обратились к изучению вопроса о том, насколько война изменила облик общества, поведенческие стереотипы населения, его повседневную жизнь. Изучаются изменения в общественном сознании, эволюция ментальности различных социальных слоев, созревание в них протестных настроений.

Придя к пониманию многофакторности причин и предпосылок революции, современная историческая наука видит саму революцию как явление плюралистичное, принципиально сложное и многоуровневое по своей природе. Диалектический взгляд на революцию как на единый, но сложноорганизованный процесс со множеством составляющих его компонентов позволяет глубже осветить традиционные и поставить новые вопросы, которые прежде находились вне научного поиска. В частности, проясняются все дополнительные грани развернувшегося в России перехода от традиционного к гражданскому обществу.

Россия, по определению академика Л.В. Милова, является страной с недостаточным прибавочным продуктом, на психоментальном уровне это вело к повышенному чувству справедливости и порождало эгалитарные ожидания в ходе революции. Как пишет вслед за такими авторами, как В.М. Бухараев и Д.В. Люкшин, Н.Д. Ерофеев, это обернулось своеобразным реваншем архаики. 33

Как справедливо заметил современный исследователь Р.А. Белоусов, если Временное правительство получило от царского режима деформированную, но в целом еще жизнеспособную экономику, то пришедшей ему на смену большевистской власти после нескольких месяцев господства либералов досталось совсем иное наследство: ее предшественники умудрились в сжатые сроки расстроить важнейшие звенья российской экономики. Тем самым "стартовые экономические условия" второго этапа революции были ощутимо хуже, нежели в феврале. 34

В.А. Никонов подчеркивает, что не следует забывать о том, что разрушение многовековых форм российской государственности произошло именно в феврале-марте 1917 года и именно тогда было положено начало лавинообразной общественной дезинтеграции. С точки зрения исследования крушений России Февральская революция важнее Октябрьской 35 .

Достаточно значимой для новейшей историографии является проблема гуманитарного измерения революции. Благодаря этому подходу к революции удалось совершенно по-новому осветить многие традиционные темы. Заметим, что эпохальными и судьбоносными революционные перемены выглядели с точки зрения нации в целом. А как они воспринимались при взгляде снизу? Распад социального пространства создавал ситуацию, которую один современный историк вполне справедливо назвал жизнью в катастрофе 36 . Другой современный исследователь даже утверждает, что революционный период в плане положения населения был самым тяжелым не только в XX в., но и за три предшествующих ему столетия 37 .

Одной из основных тенденций современной западной историографии является отказ рассматривать революцию 1917 г. как резкий и радикальный разрыв с предыдущими социально-политическими и экономическими практиками. Теперь революция воспринимается как часть системного кризиса империи, вызванного Первой мировой войной, и завершившегося только с прекращением Гражданской войны. Американский историк П. Холквист в книге с примечательным названием «Революция ковалась в войне: непрерывный кризис в России 1914–1921 гг.» 38 выдвигает тезис о том, что русскую революцию следует рассматривать в контексте общеевропейского кризиса 1914–1921 гг., учитывая серьезные институциональные, политические и идеологические изменения, которые произошли в стране в годы войны. Таким образом, поворотным пунктом в истории России Холквист считает не 1917-й г., а 1914-й г.

Проблема изучения Великой российской революции находится в настоящее время в центре внимания многих исследователей. Так редакция журнала «Социологические исследования» опубликованием статей Б.Н. Миронова и В.В. Колбановского открыла дискуссию по актуальным проблемам революции 1917 г. в связи с предстоящим 100-летним юбилеем. В представленной статье Б.Н. Миронова предлагается достаточно оригинальный анализ русской революции 1917г. сквозь призму теории модернизации. Автор подчеркивает, что конфликт традиции и современности не вел фатально к революции, а лишь создавал для нее возможность, ставшей реальностью в силу обстоятельств – трудностей военного времени и борьбы за власть между оппозицией и монархией. В.В. Колбановский рассматривает Октябрьскую революцию как попытку прорыва к социальной эмансипации, освобождению человека от физического и духовного рабства. Отрицанием этой революции, считает автор, стала сталинская, основанная на насилии, терроре и лжи кентавр-система 39 .

Наиболее дискуссионными вопросами в современной историографии являются вопросы о результатах революции, и их влиянии на судьбы России. Прежде чем излагать существующие мнения, отметим, что подавляющее большинство этих мнений принадлежит историкам, которые держатся традиционной схемы двух революций в 1917 г. С точки зрения А.Н. Боханова, "лидеры и поводыри" Февральской революции руководствовались фальшивыми идеями и потому А.Н. Боханов, вслед за П.Б. Струве, называет эту революцию "национальным банкротством и позором" 40 .

Нельзя пройти мимо своеобразной оценки, которую дает И.Я. Фроянов 41 Февральской революции 1917 г. Он считает, что ее социально-экономические результаты были "ничтожны", а завоеванные свободы на деле были анархией, которая наносила огромный вред национальным интересам России, вела к ее территориальному расчленению. Временное правительство, стремясь перевести Россию на путь западных демократий, лишало русский народ национальных ориентиров… Такое очевидное насилие над Россией "было прервано радикальным Октябрем" 42 . Во-вторых, революция финансировалась иностранными деньгами. Причем, этими деньгами перед Февралем пользовались все политические партии, которые его готовили, а после него, исключительно большевики 43 .

По мнению В.А. Никонова, Февральская революция является одной из печальных дат российской истории.

Таким образом, что касается нынешнего состояния отечественной историографии революции 1917 г., то она все более приобретает действительно научный характер. Тем не менее отметим, что в изучении исследуемой проблематики еще остаются определенные пробелы, обусловленные, в первую очередь, отсутствием комплексных разработок этой проблемы с учетом новых методологических концептуальных подходов. Как отметил В.А. Никонов, именно вопросам глубинного осознания и понимания природы революционных событий и ее внутренних механизмов, реализованных в реальной исторической действительности, всесторонних причин того, почему произошли события 1917 г. – ключ к пониманию всех российских крушений 44 .

В связи с этим, в нашем исследовании акцентировано внимание на движущих причинах и этапах крушения и общественной дезинтеграции государства, ставших неотвратимыми именно в феврале – марте 1917 г.

Заметим, что в современной интеллектуальной ситуации, сложившейся в российской исторической науке, рядом исследователей отмечается, что в сообществе историков вновь усилилась когнитивная потребность в новой целостности исторической реальности, сопровождаемая активизацией холистского исторического мышления 45 .