Чтение онлайн

Все, казалось бы, верно. Только возникает на этой почве один резонный вопрос. Откуда взялась эта пресловутая фраза, которую сформулировал якобы В.И.Ленин в своем политическом «завещании»: «Сталин сосредоточил в своих руках необъятную власть…?». Каким образом в текст «завещания» могла попасть эта фраза, если Ильич до конца своей жизни был хорошо осведомлен о деятельности Политбюро ЦК и СНК, и безусловно очень хорошо знал, что у Сталина нет и быть не может «необъятной власти»?

Только теперь становится понятным и объяснимым тот факт, почему таким трудным для Сталина оказался ХIII съезд РКП(б), который проходил в мае 1924 года. Перед началом съезда Крупская передала ленинское «Письмо к съезду». Оно было оглашено на заседании Совета старейшин (неуставного органа, состоящего из членов ЦК и руководителей региональных партийных организаций). Сталин на этом заседании впервые заявил об отставке. Каменев предложил решить вопрос голосованием. Большинство высказалось за оставление Сталина на посту Генерального секретаря РКП(б), против голосовали только сторонники Троцкого.

Затем было проголосовано предложение, что документ должен быть оглашен на закрытых заседаниях отдельных делегаций. Таким образом, «Письмо к съезду» даже не упоминалось в материалах съезда. Позже этот факт использовался оппозицией для критики Сталина и партии, утверждалось, что якобы ЦК «скрыл завещание» Ленина. Сам Сталин, в связи с этим письмом несколько раз ставивший перед Пленумом ЦК вопрос о своей отставке, эти обвинения отвергал. / 88 /.

В последнее время возникли очень серьезные сомнения в том, что «завещание» писал Ленин. Еще в 2003 году историк доцент МГУ В.А.Сахаров издал довольно крупную монографию, в которой доказывает, что В.И.Ленин к своему «завещанию» никакого отношения не имеет. Безусловно, вывод сенсационный. Но лично у меня все это удивления не вызывает, так как многие тезисы «завещания» очень подозрительны, – принадлежат ли они Ленину?! Сахаров утверждает, что на основании известного историкам текста «завещания» невозможно доказать авторство Ленина.

Оригиналов «завещания» не существует, все тексты якобы Лениным надиктованы третьим лицам, а это прямой путь к фальсификациям. Как считает историк Сахаров, подозрения падают, прежде всего, на Н.Крупскую, которая всегда имела самостоятельную политическую позицию, которая по целому ряду важнейших вопросов поддерживала Троцкого, но никак не Сталина. Как указывает В.Сахаров / 88 /, Ленин высказывает мнения, убеждения, тезисы, которые абсолютно не соответствуют его прежним взглядам. Используемая в «завещании» манера изложения, скорее всего принадлежит Троцкому. Рассуждения о «необъятной власти Сталина» повторяют высказывания Троцкого. Упоминаний о «грубости Сталина» нет в ленинских текстах, таких материалов вообще нет в партийных архивах, поэтому выглядит голословным и совпадает только с личным мнением Н.Крупской.

Ленинские «отрицательные отзывы» в «завещании» направлены, главным образом, против партийных и государственных деятелей, кто мог составить непосредственную конкуренцию Л.Троцкому (Бухарин, Пятаков, Каменев, Зиновьев и, конечно, Сталин). Каким же образом можно объяснить, что сам Троцкий не попал в «ленинский список» отрицательной направленности характеристик партийных руководителей, если до конца 1922 года не было практически ни одного заседания Политбюро ЦК, на котором бы Ленин резко не критиковал Троцкого за политическую несобранность и идеологическую незрелость. / 46 /.

И В.Сахаров делает прямой вывод: «В результате мы имеем сравнение всех членов ленинской группы в Политбюро с Троцким, демонстрируещее бесспорное превосходство его над всеми остальными членами Политбюро – главными сторонниками Ленина». Сахаров выражает твердую уверенность, что наверняка сфабрикованы и знаменитые «ультимативные» письма Ленина и Крупской к Сталину. Подлинников этих писем в архивах нет.

Письмо Ленина к Сталину не зарегистрировано, как подлинно исходящее, в ленинском секретариате. Сахаров полагает, что эти «фальшивые письма» создавались позже в 1925-1926 годах, когда резко обострилась борьба в высших руководящих органах партии. К тому же Ленин просто не мог обращаться к съезду партии с просьбой о снятии Сталина с должности Генсека, так как всегда отстаивал положение, что именно ЦК, а не съезд партии, может осуществлять подобные решения. Заметим, что все эти «ленинские документы» – «завещание» и «ультимативные письма» появились тогда, когда сам Ленин был уже неспособен что-либо подтвердить или опровергнуть.

21 января 1924 года Ленин умер. Сразу после смерти Ленина образовалось несколько группировок внутри руководства партии, каждая из которых претендовала на власть. «Тройка» объединилась с Бухариным, Рыковым, Томским и Куйбышевым, составив в Политбюро, куда включили в качестве члена Рыкова и в качестве кандидата в члены – Куйбышева, так называемую «семерку». Троцкий считал себя главным претендентом на лидерство в стране после Ленина, и недооценивал Сталина как конкурента. Вскоре другие оппозиционеры, не только троцкисты, направили в Политбюро заявление аналогичное «Заявлению 46-ти». «Тройка» тогда показала свое политическое единство, главным образом, используя ресурс аппарата, руководимого Сталиным.

Невозможно, наверное, подробно изложить многолетнюю историю борьбы Сталина с многоликой оппозицией. Необходимо, прежде всего, представить достаточно объективное понимание того времени и людей. А выглядело это достаточно просто, так как кругом, на всех серьезных и ответственных постах сидели яркие индивидуальности, считавшие себя выше законов, правил, положений Устава партии и партийной дисциплины, та самая «ленинская гвардия», которая еще недавно «рубила контру направо и налево», а теперь в условиях мирной жизни, когда уже нечего было разрушать, а требовалось создавать, то у этих людей ничего за душой кроме утопий и бредовых идей не было.

В августе 1923 года, когда В.И.Ленин уже был очень тяжело болен, в партии завязалась одна из первых крупных антипартийных склок, которая грозила перерасти в военный переворот. Л.Троцкий выступил с письмом к партийным организациям, озаглавленным «Новый курс», этаким манифестом своей партийной группировки.

Политбюро ЦК ответило, что «Новый курс» не приемлет, однако, в партийных организациях будут проведены дискуссии с дальнейшим подведением итогов на партийной конференции. Антонов-Овсеенко по этому поводу написал пространное письмо – заявление в Политбюро, где возмущался нападками на Троцкого. Казалось бы, ничего особенного не произошло. Если, конечно, не принимать во внимание, какой пост этот человек занимал в то время, – начальник Главного Политического управления Реввоенсовета Красной Армии! Коммунист номер один в Красной Армии. А в это время под ружьем в этой армии находилось пять миллионов человек. И командующим РККА был не кто иной, как сам Л.Троцкий. При этом Антонов-Овсеенко направил в армейские парторганизации циркуляр, где приказывал изменить систему партийно – политических органов Красной Армии в соответствии с установками «Нового курса».

Это уже было полнейшее самодурство. Политбюро ЦК приказал циркуляр отменить. Тогда Антонов-Овсеенко и написал письмо-заявление, о котором говорилось выше. И сразу же сделал заявление, что Красная Армия «как один человек» выступит за Троцкого. О военном перевороте заговорили всерьез… / 30 /.

В Москву срочно прибыл командующий Западным фронтом Тухачевский, который сразу же отказался организовывать какие-либо военные акции в поддержку Троцкого, несмотря на то, что он был выдвиженцем главнокомандующего РККА. Но у «Красного Бонапарта», как тогда называли Тухачевского некоторые партийные чиновники, были другие соображения, связанные с тем, что по заданию того же Троцкого, он готовился наступать на Варшаву и дальше на Германию, чтобы «раздуть мировой пожар». Отбросив мысли о том, что речь идет о судьбе его покровителя Троцкого, Тухачевский предпочел не откладывать «великого революционного похода».

Короче говоря, ничего не получилось с военным переворотом, противостояние было блокировано. Сталину удалось эффектно, и главное, результативно «разрулить» данную ситуацию. «Красный Бонапарт» срочно уехал в войска, еще один соратник Троцкого некто Муралов, командующий Московским военным округом, в таких условиях выступать в одиночку не дерзнул. В январе 1924 года собралась ХIII партийная конференция. Сталин с трибуны конференции поставил вопрос ребром: «Существует ли ЦК, единогласные решения которого уважаются членами ЦК, или существует лишь сверхчеловек, стоящий над ЦК, сверхчеловек, для которого законы не писаны». Конференция решительно осудила Троцкого и троцкистов.

Решения конференции были одобрены ХIII партийным съездом, прошедший в мае 1924 года, на котором были осуждены все оппозиционеры. Именно после этого съезда влияние Сталина в партии и среди ее руководства сильно возросло. В докладе к съезду Сталин обвинил Зиновьева, не называя его имени, в принципе «диктатуры партии», выдвинутом им же еще на прошлом ХII съезде, причем этот тезис был зафиксирован в резолюции съезда и сам Сталин голосовал за него. Теперь основными союзниками Сталина в «семерке» становились Бухарин и Рыков. В результате Троцкого основательно приструнили. Сняли с поста Антонова – Овсеенко, сняли с зампредов Реввоенсовета сторонника Троцкого, Склянского, заменив его М.В.Фрунзе, а чуть позднее, через три месяца Фрунзе назначили уже на место Троцкого.