Чтение онлайн

Да и сам лейтенант Ковалев испытывал липкий холодный мандраж, ибо настоящим командиром еще не был. Только из училища, был направлен для дальнейшего прохождения службы в 8-ю стрелковую дивизию, что дислоцировалась возле границы между Граево и Ломжей, но доехать не успел - началась война. Застрял в Соколке, на второй день войны получил под командование два наспех собранных взвода, две противотанковые пушки и пушечный же бронеавтомобиль, и боевую задачу - сменить почти уничтоженный регулярными бомбежками заслон на въезде в город и удержать оборону любой ценой. И вот теперь, провожая взглядом уходящий броневик, лейтенант Ковалев готовился к своему первому - и, наверное, последнему бою. Потому что на "сорокопятки" особой надежды не было - суетливый вид, и резкие, дерганные движения артиллеристов выдавали в них таких же необстрелянных новичков, каким был и сам Ковалев.

А потом начались странные, но приятно волнующие неожиданности. Сначала со стороны ушедшей колонны в город въехали 4 мотоцикла с колясками, которые оказались немецкими - трофеи с уничтоженного мотоциклетного дозора. Причем в одной из колясок везли пленного немца. Потом до поста донеслись звуки недалекого боя. А потом на позиции, встречать своего начальника Трофимова, вернулся старший политрук, который командовал проехавшей в город ранее колонной мотоциклов. Он находился в благодушно-приподнятом настроении и рассказал, что, примерно в километре-полутора от города стрелковым взводом и броневиком, взятым с поста, была уничтожена шедшая на их оборону моторизованная рота вермахта и несколько танков. И что сейчас он прибыл встречать победителей с трофеями. Бойцы, окружившие особиста и жадно слушавшие его рассказ, оживали на глазах. И к моменту возвращения в город полуторки с бойцами и броневика, к которым добавился трофейный немецкий грузовик, восторг и боевой дух бойцов лейтенанта Ковалева был высок, как еще никогда на этой войне.

Но на этом приятные для оборонительного рубежа новости не закончились. Неожиданно трофейный грузовик остановился, из него вылез пехотный лейтенант, о чем-то переговорил с начальником особого отдела, а потом позвал командира броневика и вдвоем они нашли лейтенанта Ковалева.

Последующие полчаса показались Ковалеву приятным сказочным сном. Лейтенант Иванов, скупыми, точными фразами рассказал, где и как расставить и замаскировать противотанковые орудия, которые неопытные артиллеристы поставили в чистом поле и почти рядом. Где и как оборудовать запасные позиции для них. Как наиболее эффективно использовать броневик и прятать его от авиации. Как оборудовать основные, запасные и отсечные позиции для пулеметов, в том числе немецких, которые выдал из трофеев. Вообще много чего из трофеев выдал, даже тяжелый миномет артиллеристам оставил, с приличным запасом мин. Рассказал, как бойцам от бомбежек спасаться, и еще много ценных для необстрелянного новичка советов дал.

Потом они с Трофимовым уехали, а для бойцов оборонительного рубежа началась насыщенная боевая учеба, совмещенная с радостями физического труда на свежем воздухе. Благо, немцы, потеряв на этом направлении целую роту и несколько танков, до следующего утра никак действий не предпринимали, и дали Ковалеву время для реализации советов лейтенанта Иванова по улучшению обороны, а также своих мыслей, родившихся под влиянием общения с Ивановым, и в результате прироста трофейного вооружения. Хотя и неопытный, необстрелянный, но учеником лейтенант оказался способным, да и сам по себе был далеко не дурак, в военном училище учился старательно и на совесть. Окрыленный резко изменившимися в лучшую сторону перспективами будущего боя, он не только выполнил все советы лейтенанта Иванова, но и сам придумал несколько достаточно интересных в тактическом плане вещей.

Щели приказал выкопать не только на позициях, но и неподалеку от вынесенных вперед и в стороны от флангов противотанковых "сорокопяток", чтобы их расчеты тоже могли прятаться от бомбежки. Ближние к домам щели оборудовал перекрытиями из бревен и досок от развороченных бомбами домов, сверху замаскировал строительным мусором. Послал бойца в город, приказав хоть из-под земли достать куски рыболовных сетей - а потом доставленными сетями с привязанными пучками травы замаскировал "сорокопятки" и щели возле них.

Возле орудий - чуть в стороне и позади - дополнительно расположил по пулеметному расчету в замаскированных пулеметных гнездах - для стрельбы во фланги наступающей пехоте.

Закончив фортификационные работы, артиллеристы провели обучение бойцов стрельбе из немецких 50-мм минометов, потом из наиболее способных организовали 3 минометных расчета и подготовили для каждого по несколько запасных позиций.

Аналогично лейтенант Ковалев организовал обучение бойцов обращению с немецкими МГ-34, и комплектование пулеметных расчетов.

А утром, 25 июня, немцы устроили лейтенанту Ковалеву и его бойцам жесткую проверку стойкости и боевого духа.

Сначала традиционная бомбежка, которую бойцы Ковалева переждали в щелях. Потери были минимальны - пара легких контузий от особенно близких разрывов. Потом традиционный передовой дозор на двух мотоциклах с МГ-34 - его подпустили поближе и расстреляли в упор - сказалось превосходство в огневой мощи благодаря 6 трофейным пулеметам. После уничтожения дозора Ковалев послал несколько наиболее проворных бойцов, и те, до подхода основных сил немцев, успели докатить до позиций один целый мотоцикл и дотащить второй, поврежденный, а также трофеи с убитых - вдохновленный советами и опытом Иванова, лейтенант приказал тащить на свои позиции все, что можно дотащить. А поврежденный мотоцикл, может, потом на запчасти сгодится. После этого короткого боя задор и боевой дух его бойцов еще усилился, хотя казалось, что больше уже некуда. С горящими глазами, весело перешучиваясь, они ждали следующих врагов, готовясь уничтожить и их.

Но первыми на оборонительных позициях появились не враги, а вчерашний старший политрук-особист. Прибыв на позиции со своей СВТ, он сообщил лейтенанту Ковалеву, что тот по-прежнему командует обороной, а он здесь для наблюдения и сбора информации по обороне, после чего попросил определить ему место в боевых порядках. А пока, пользуясь затишьем, зарисовал схему конфигурации обороны, подробно расспросил Ковалева, что и как было сделано, особо интересуясь советами от лейтенанта Иванова, затем расспросил о ходе первого утреннего боя и осмотрел трофейные мотоциклы, пулеметы с которых уже сняли и сейчас готовили дополнительные позиции для них. Своей дотошностью особист так вымотал Ковалева, что тот даже с радостью услышал доклад наблюдателя о появлении основных сил немцев, и схватил трофейный бинокль.

До конца дня бойцы лейтенанта Ковалева на усовершенствованном оборонительном рубеже отбили 4 атаки танков и пехоты вермахта, перемежаемые бомбежками и артиллерийскими обстрелами. Уничтожили 3пушечных Т-2 и 2 легких пулеметных "единички", и до роты пехоты. Потери обороняющихся на фоне немецких потерь выглядели мизерными - лейтенант Ковалев потерял 12 человек убитыми, еще 5 тяжелоранеными. Были еще 9 легкораненых, отказавшихся уходить в тыл и оставшихся на боевом рубеже. Особист, кстати, во время боя проявил себя очень неплохо. Он оказался настоящим снайпером, и из своей "светки" - даже без оптического прицела - лихо выбивал немецкие пулеметные расчеты и командиров.

Из вооружения обороняющиеся потеряли обе "сорокопятки" и 4 трофейных пулемета. Но зато добыли отличный трофей - практически неповрежденный немецкий легкий разведывательный бронеавтомобиль "Leichte Panzerspaehrwagen" (Sd.Kfz.222), вооруженный 20-мм автоматической скорострельной пушкой, к тому же с оптическим прицелом. Тут, надо сказать, им просто повезло. В последней атаке у немцев кончились танки, а у обороняющихся красноармейцев были разбиты обе противотанковых пушки. И снаряды у БА-10 тоже кончились, а подвезти не успели. Поэтому немцы для поддержки своей пехоты отправили в атаку легкий броневик, а уцелевшие советские артиллеристы начали обстрел наступающей немецкой пехоты и броневика из трофейного 81-мм миномета. И одна из мин удачно прилетела в башню немецкой машины. А башня у этого броневика открыта сверху, поэтому вместо крыши у нее стальной каркас с натянутой на нем проволочной сеткой (защита от гранат). Вот в эту сетку и попала мина, после чего экипаж в составе 3 человек практически мгновенно умер, а броневик заглох посреди поля. И после того, как последняя атака была отбита, уцелевшие немцы, почему-то, не стали, на ночь глядя, устраиваться в обороне, свернули свои боевые порядки и отошли. Вот тогда, в ходе сбора трофеев с убиенной немецкой роты под прикрытием пулемета БА-10, его механик-водитель в темпе осмотрел немецкий броневик и выяснил, что он, за исключением экипажа, практически не поврежден. Наскоро отчистив сиденья от останков предыдущего водителя, Sd.Kfz.222 завели и перегнали в один из сараев за линию обороны. А потом экипаж БА-10 в несколько ходок дружно выпотрошил подбитые немецкие танки, сняв оттуда еще 9 пулеметов с боекомплектом, и притащив немалый запас снарядов для пушки немецкого броневика - пушка-то у него была одинаковой с "двойками". Да еще с немецкой пехоты бойцы приволокли 1 целый и 5 поврежденных МГ-34, два 50-мм миномета, запас мин и патронов к ним. Ну, и конечно немецкие автоматы, пистолеты, патроны к ним. А немецкие винтовки Ковалев даже не считал - их излишки грудой свалили за одним из домов после того, как бойцы перевооружились трофеями и сдали остатки мосинских патронов расчетам с ДП.

Ни лейтенант Ковалев, ни особист-наблюдатель, да и сами бойцы, не ожидали настолько успешных результатов первого дня оборонительных боев. Практически на ровном месте, без капитальных инженерных оборонительных сооружений - только за счет плотности и маневра огнем, неожиданных для фашистов, два неполных взвода бойцов сумели нанести им чувствительные потери в живой силе и технике. И при этом - за счет трофеев - практически не потеряли в огневой мощи, а по пулеметам так и значительно усилили ее. Лейтенант Ковалев, когда особист все, что хотел, зарисовал, подсчитал и выяснил, и собрался ехать в штаб дивизии на немецком мотоцикле, захваченном утром, набрался наглости и попросил его прислать для захваченного немецкого броневика экипаж, чтобы использовать его в завтрашнем бою. А своим бойцам дал команду выставить дозоры и отдыхать. Так закончился для него первый день войны - его собственной войны.