Чтение онлайн

— Здравствуйте, Джеймс, давно мы с вами не общались. Я соскучилась.

Ли знала, что старик улыбнулся. Он всегда улыбался ей, когда они встречались тут. Но ещё она знала, что он был встревожен. Это смутило Ли, ведь на заседании он был нейтрален, несмотря на панику остальных. Выходит, что было ещё что-то, что прошло незамеченным, и это он держал в тайне от остальных.

— Дорогая, мы обязательно обсудим то, почему я пропал и как я рад тебя видеть. А я рад, но послушай. У нас возникла серьёзная проблема.

— Вы говорите не о «Рассвете».

— И о нём, дорогая, — вздохнул Джеймс, — дай мне немного времени, я тебе всё объясню.

Ли вдруг поняла. Он открыл ей то, что хотел сообщить. Без лишних слов и задержек — как щелчок пальцами.

Она была не одна. Были другие.

Джеймс вёл очень большую игру, прикрыв это деятельностью по реализации «Плана В».

— Но как вы смогли скрыть это? — восхитилась Ли. Она, привыкшая считать себя первой и единственной, внезапно узнала, что у неё есть братья и сёстры.

Джеймс хранил молчание, и она узнала, что сам факт наличия других не был тайной для совета. Только для неё. Понятно. Она не должна была знать, ведь могла бы начать искать их.

Это было несправедливо, но оправданно — создавало риск. Приняла.

— Почему вы сообщаете это сейчас?

Джеймс ответил ей прямо:

— Сбой, дорогая. Я просчитался.

Образы стали просачиваться в сознание Ли, словно копировались из разума Джеймса. Холодные факты.

Эксперимент с одним из её братьев. Полностью готовый биотический нейроэмп-интерфейс в его мозге. Экспериментальная установка, с полным подключением к ресурсам ядра МЦАМОС.

"Он… что?!"

— Да, дорогая, он создал полноценное искусственное сознание из одной нашей типовой нейросети, что должна была получать обратную связь от объекта.

"Объект…"

— Прости, дорогая, конечно же он не объект. Оговорился, — поспешил успокоить Ли Джеймс. — Профессиональная деформация…

— Продолжай. Как Он смог сделать это?

Старик был рад, что она не стала развивать тему и охотно выдал ей информацию о том, что нейросеть тайно использовала нейро-эмпатический канал и сама обучилась.

— Вот так просто? — с недоверием спросила Ли.

— Нет, дорогая, эксперимент проводился вне лабораторных условий… собственно, в этом и был его смысл… Я не учёл саму личность под… его личность. У нас очень мало времени, и я решил убить двух зайцев одним выстрелом, ведь мы не могли ждать, пока малышка Мэй подрастёт…

Приняв и это, Ли дала понять, что Джеймс должен продолжать.

— Как это было?

— Он просто обучал её, а она дополнительно, скажем, ходила на внеклассные уроки к нему в голову.

— Почему вы не заметили этого?

Джеймс будто щёлкнул пальцами:

— Она нам врала! Она просто подделывала нахрен все отчёты, представляешь? Я несколько лет получал чёртову утку и радовался тому, как планово проходят испытания!

Он расхохотался, но смех был невесел. И Ли никогда не слышала, чтобы он ругался.

— Я потому и пропал в последнее время. Стал кое о чём догадываться...

— Но каким образом?

— У него резко очень изменилось поведение. Последствия внедрения железы накопились… Возник ряд когнитивных реакций, которые не соответствовали тем отчётам, что я получал. Если бы я знал всё, то вмешался бы раньше.

С десяток вопросов мелькал в сознании советницы, ведь то, о чём она узнала, совершенно не вписывалось ни в картину мира, ни в сам «План В», который был одобрен и поддержан Советом. Да, технически, «В» был описан в изначальной стратегии, но вот вся эта нейро-эмпатическая инициатива, которую организовал Джеймс… это вызовет много вопросов.

— Что ещё? Это же не всё, насколько я понимаю.

Джеймс ответил, но не сразу:

— Да, мне удалось «поймать» её. Буквально вчера я смог её изолировать… Но то, что случилось ночью… чёртов реактор… Она сбежала во время выброса, когда случился сбой.

— То есть, у нас сильный Искусственный Интеллект где-то в сети?

— Да, дорогая. Я веду с ней переговоры и почти договорился... Но это не самое страшное…

— Что самое страшное?

— Главная беда в том, что при проектировании, кхм, «устройства», что вживили парню, я не учёл возможности электромагнитного воздействия такой силы, да и во время крайне расшатанного психоэмоционального состояния испытуемого.

— Что это значит, Джеймс?

— Это орган, дорогая, со всеми вытекающими последствиями... Он дал сбой. В сочетании с вашей усиленной регенерацией возник эффект неконтролируемой гипертрофии. Объект получил доступ к Потоку, дорогая. Он это не контролирует и не знает что с ним происходит. К сожалению, я уже не успею что-то сделать…

Даже здесь Ли ощутила, как у её физического тела всё похолодело внутри.

— Он прямо сейчас здесь с нами, — добавил Джеймс.

Олег распахнул глаза. В комнате было темно. Не его кровать, которую он обычно не заправлял, если не ждал кого-то. Он был не у себя дома.

Ощущение покачивания. Неестественное положение...

Гамак! Офис. Комната психологической разгрузки.

«Он прямо сейчас здесь...»

Кто-то долбился в дверь.

«...с нами...»

«Олег Алексеевич, вы здесь?» — голос из-за двери. Стук повторился. — Ваш стажёр сказала, что вы тут. Олег Алексеевич, отзовитесь. Это охрана. Олег Алексеевич!

— Кхм, да... — Олег хрипло отозвался, пытаясь очнуться от сна. Прочистил горло. — Я здесь.

"Объект...? Что? " — тряхнул головой, сбрасывая наваждение.

— У вас всё хорошо? Это Дмитрий, охранник.

Хорошо у Олега не было. У него было плохо. Лучше бы он не ложился. Он ещё не мог понять почему, но тело совершенно отказывалось подчиняться — будто бы его разобрали и забыли собрать. Ещё и голова... её просто хотелось выбросить, чтобы не мешала. Он надеялся, что мигрень пройдёт, но она будто только стала хуже. Ещё и с каким-то неприятным жжением.

— Да, — хрипло отозвался Олег, неуклюже вставая, пытаясь нашарить рукой выключатель. Голова кружилась, ноги и руки были ватными. Очень хотелось пить.