Чтение онлайн

Пару раз я виделся и с Пониросом. Он был немногословен и слегка растерян. Но, наблюдая за ним, разговаривающим с Иными, я понимал, что идморец по-настоящему счастлив. Здесь не было целителей, что загоняли его в жёсткие рамки религии, и перед ним раскрывались бескрайние просторы научной деятельности. По молчаливому соглашению ни он, ни Узза и ни я не вспоминали о том, что произошло возле школы со Сталией. Так всем было проще и спокойнее.

Через пару дней после того, как я очнулся, уже знакомое фиолетовое сияние от бура появилось в иллюминаторе. Я резво вскочил с дивана, на котором лежал, читая книгу, и подбежал к окну. У меня перехватило дыхание. Передо мной была планета… В первое мгновение мне показалось, что в космосе по непонятным причинам появился гигантский, идеально круглый, агат. Планета казалась нереальной, выходящей за рамки моего представления о планетах, на которых возможна жизнь.

Матер была огромна и прекрасна. Дом. Мой дом.

— Вот она, Матер, — прошептала позади меня Узза, и в её голосе я услышал восхищение. — Добро пожаловать домой, Марк.

В ту же секунду яркая вспышка ослепила нас, а когда ко мне вернулась способность видеть, я в изумлении увидел за стеклом иллюминатора космодром: чёрные стены и потолок, будто сделанные из агата или оникса, несколько кораблей, похожие на тот, что доставил нас сюда, и сотни Иных, спешащих к нашему кораблю.

— Как? — только и сумел выдавить я, обернувшись к Уззе.

— Не ко мне вопрос, — покачала та головой. — Я не причастна к созданию этих технологий. Помни, что я всё же специализируюсь по взаимодействию с другими расами.

Я смог лишь кивнуть.

Через несколько минут двери каюты отворились и на пороге появилась группа из трёх Иных: две женщины и один мужчина.

— С возвращением, Узза, — проговорила та, что стояла впереди всех. — Мы ждали тебя и твоего питомца.

— Рада видеть тебя, Аэлея, — ответила Узза. — У вас есть какой-то план, не так ли?

— Разумеется. Вас обоих доставят в диагностический центр. Стандартная процедура, ты знаешь. Убедимся, что вы в порядке после инцидента на Идмо, и отпустим домой до завтра. Завтра назначена встреча с Советом, на три часа. И если всё пройдёт гладко, то сможешь пару месяцев отдохнуть. Я бы, — Аэлея нахмурилась, — отложила встречу с Советом на пару дней, но кто же будет меня слушать?

— Ты же знаешь, — покачала головой Узза, — в первую очередь миссия. Потом то, что касается родины. И только в самом конце личные нужды.

— Узнаю старую Уззу, — с улыбкой проговорила Аэлея. — Наверное, благодаря этому ты так сильно обогнала меня в карьере.

Я молча наблюдал за их диалогом. Аэлея казалась гораздо старше Уззы, но общались они так, будто разница в их возрасте была незначительна.

— Где ваши вещи? — спросил один из сопровождающих Аэлею Иных.

Узза махнула в сторону двух сумок, стоящих возле стола, и Иной, взяв их, удалился.

— Нам пора, — произнесла Аэлея. — Флайер ждёт нас на стоянке.

Мы покинули каюту. Узза и Аэлея шли впереди и о чём-то тихо беседовали. Мимо нас пробегали солдаты и Иные в светлых комбинезонах из шуршащей ткани, судя по всему, учёные. Возле одного из выходных люков стояла клетка, в которой беспокойно метался странный зверь: похожий на очень тощую кошку с хвостом, покрытым иголками, как у ежа, и остроносой мордой с длинными висящими ушами.

— Фауна Идмо удивительна, — прокомментировала Аэлея. — Бурт будет доволен, когда это существо доставят к нему в лабораторию.

Узза согласилась.

Я почувствовал себя не в своей тарелке. Так часто бывало, когда я попадал в новую компанию, где никого не знал, кроме пары человек, и пытался вникнуть в их разговоры, понять, о чём они говорят и чьи поступки обсуждают.

Когда я вышел из корабля, мне в лицо ударил порыв холодного ветра, и я с изумлением понял, что космодром, на который мы прибыли, расположен под открытым небом. Вокруг была темнота, на небе не было видно ни звёзд, ни какого-либо аналога луны, и космодром освещался лишь яркими фонарями, непонятно каким образом висящими в воздухе. Никаких проводов или столбов не было видно.

— Марк, не останавливайся! — поторопила меня Узза.

Я ускорил шаг. Происходящее вокруг меня напоминала обычный аэропорт на Земле: Иные покидали корабли и стройными рядами двигались в сторону высокого здания со стеклянными стенами и яркими лампами. Сотрудники космодрома бегали между кораблями, помогали сгружать огромные ящики, клетки с животными и аппаратуру.

К моему удивлению, мы не пошли к зданию, а взяли правее. Пройдя через космодром, мы оказались на парковке, заставленной небольшими круглыми корабликами. Верх у них представлял прозрачную полусферу, и я невольно вспомнил старые фильмы про далёкое будущее. Там часто изображали похожие средства передвижения.

— Вижу, появились новые модели флайеров, — заметила Узза.

— Прогресс не стоит на месте, — отозвалась Аэлея. — Да и тебя не было очень долго.

— Всего-то лет тридцать, — пожала плечами Узза. — Не такой уж и большой срок.

— Ты не меняешься, — покачала головой Аэлея.

Мы подошли к одному из флайеров. Аеэлея достала небольшой пульт, и стеклянная полусфера откинулась назад. Внутри оказалось два ряда сидений и панель управления. Я помог Уззе и Аэлее залезть внутрь. Они заняли первый ряд, и я расположился позади них. Крышка захлопнулась. Аэлея включила панель и ввела координаты. На экране появилась карта с разноцветными линиями, различными путями соединяющие космодром с конечной точкой.

— Конец рабочего дня, — задумчиво произнесла Узза, — лучше лететь через десятую улицу, а затем по трёхсотой. — Она коснулась экрана, выбирая понравившийся маршрут. Аэлея спорить не стала.

Когда мы отлетели от космодрома, я обнаружил, что он располагается на огромной скалистой площадке. Вокруг скалы не было ничего, и я даже подумать не мог о том, что ждёт нас внизу, если флайер сейчас выйдет из строя и начнёт падать.

Вдалеке виднелись огни, и сначала я подумал, что это звёзды. Но вскоре мы подлетели ближе, и я увидел высоченную без конца и края стену, на которой ровными рядами были прикреплены круглые шары, испускающие яркий свет. Когда флайер оказался в полуметре от стены, я заметил, что она не идеальна ровная, а с заметными щелями. Аэлея нажала на панель, и раздался пронзительный свист. Через несколько мгновений кусок стены опустился, открывая проход. В толщину стена оказалась в метра два или три, и когда мы вылетел из неё, я увидел… город.

Наш флайер был на уровне последних этажей небоскрёбов, и, подвинувшись ближе к стеклу и посмотрев вниз, я увидел, что улицы располагаются на разных уровнях. Проезжих дорог не было, и пространство между домами было занято флайерами различных моделей и размеров: одноместные крохотные флайеры маневрировали между громоздкими вытянутыми кораблями, в которых легко могло поместиться до пятидесяти Иных. Вдоль домов тянулись пешеходные дорожки, ничем не отделённые от проезжей части. Мы спустились на пару уровней и полетели по широкой улице. Скорость была небольшой, и я успевал разглядеть прохожих, одетых в комбинезоны различных фасонов, яркие витрины, в которых мелькали неизвестные мне приборы и устройства, террасы ресторанов, окна жилых квартир, будто поддёрнутые дымкой, чтобы не было возможности увидеть происходящее внутри.