25 дней с Мистером Высокомерие
Шрифт:
– Должен был быть я, - пробормотал он невнятно через приоткрытые губы, слабо поднимая руку.
Мои глаза расширились, когда он прикоснулся к моему лицу. Я на секунду забыла, как дышать. Пальцы Тома погладили мою щеку так же, как гладили мое запястье, и мурашки тут же побежали по моей коже.
– Это должен был быть я, - он застонал, хмурясь, и я почувствовал, что мое сердце почти остановилось, когда его большой палец прошелся по моим губам. Какого черта он творит?
– Анна....
– пробормотал он, привставая с постели. Я не могла двигаться. Не могла думать. Его лицо приближалось к моему, а мои глаза все больше расширялись. В груди все заходило ходуном от трепета и волнения. Я ощутила его теплое дыхание с нотками алкоголя. Его губы были так близко, что я просто не знала, что мне, бл*дь, делать сейчас. Я, наверное, ожидала почувствовать поцелуй, но вместо этого он лишь едва коснулся щеки в уголке моего рта.
– Том...
– прошептала я, смотря на него, как завороженная в полном недоумении.
– Том, - я сглотнула, - Подожди, стоп...
Он отстранился, тяжело дыша. Он был очень, очень пьян. Повалившись на кровать, он лениво ухмыльнулся, продолжая поглаживать мою щеку. Через секунду его лицо снова стало серьезным.
Он медленно моргнул, и его пальцы легко прошлись по моей нижней губе. Разомкнув губы, он едва слышно прошептал, сверкая пирсингом в губе:
– Красивая....
Мои глаза расширились.
Я... я все расслышала верно?
Я вскочила, дыхание в груди болезненно перехватило. Мне необходимо было покинуть эту комнату прямо сейчас - я не знала, что делать - у меня словно помутился рассудок, сердце колотилось, словно приближался обморок.
Я бегом покинула комнату, чуть не врезавшись в Билла. Он остановил меня рукой, в замешательстве воззрившись на меня:
– Что с тобой?
– Я... Я в порядке, - солгала я срывающимся голосом, едва не плача.
– Я просто ... Мне просто нужно немного поспать...
Он кивнул, нахмурив брови.
– Я оставил деньги на такси, - он сделал паузу, кивая в сторону столика в коридоре. Шагнув вперед, он еще раз обнял меня, приятно погладив по волосам и отступив, - спасибо тебе, Анна.
Я не могла говорить, только кивнула, практически пробегая мимо него, и быстро схватила деньги со стола. Открыв дверь и выйдя в коридор, я дрожащими ногами направилась в сторону лифта. Мое тело вот-вот могло рухнуть, обессиленное. Прислонившись к стене, я сползла вниз и уткнулась лицом в колени. Сидя в одиночестве в тихом коридоре, я расплакалась, заливая джинсы горячими слезами.
Примечание к части
Глава 13. Яблочные булочки и похмелье.
На следующее утро, услышав громкий стук в дверь, я ощутила волну разочарования в самой себе. Потому что мое сердце ждало только одного-единственного человека. Я неторопливо пошла открывать, подозрительно косясь на жизнерадостную Пейдж. Меня расстраивало то, что мне хотелось быть рядом с Томом. Я не могла этого отрицать, как бы не хотела.
Стараясь оставаться спокойной, я прищурилась и глянула в глазок, с замиранием дыхания ожидая увидеть темные косички под банданой и кепкой. Но я увидела вовсе не это, а своего лучшего друга.
Я еле слышно разочарованно вздохнула, глядя вниз, и тяжело приникла к прохладной поверхности двери. Разочарование охватило меня, оставляя неприятный осадок. Это был Виктор.
Это был не Том.
– Анна?
Я оглянулась на вопросительный голос Пейдж.
– Кто пришел?
Я прочистила горло, глубоко вдыхая, чтобы оставаться в спокойствии.
– Это Виктор, - крикнула я через мгновение.
– Виктор.
Только когда я повторила это имя, понимание пронзило меня, как молния. Мои глаза расширились от чувства паники, что затопила меня до краев.
Это был Виктор.
Пейдж была на кухне.
Пейдж думала, что я провела прошлую ночь с Виктором. Она была уверена, что я поехала тусоваться с Виктором, пила с Виктором, после чего проснулась с болящей от похмелья головой. Вся проблема состояла в том, что Виктор понятия не имел, что я якобы была с ним.
– Дерьмо, - прошептала я, прикусывая нижнюю губу.
Вот дерьмо.
Стук повторился уже настойчивей, и я знала, что Виктор не уйдет, а сейчас он, вероятнее всего, сердится. Сделав несколько глубоких вдохов, я медленно открыла дверь.
Он стоял с выражением досады на лице, держа в руке какую-то сумку и пакеты и скептически подняв брови, когда я виновато улыбнулась. Мне казалось, что из меня вот-вот выйдет весь выпитый алкоголь.
– Вик...
– я кашлянула от волнения.
– Какой сюрприз....
– Я пришел завтракать, - заявил он, сжимая ремешок сумки в руке.
Я посмотрела на его сумку, лихорадочно думая, чтобы найти выход из этой опасной ситуации. Он заметил мое замешательство и тяжело вздохнул, отталкивая меня в сторону и проходя в квартиру с уверенностью, которая была присуща только ему.
– Какого х*я у вас в прихожей так холодно, - то ли спросил, то ли констатировал факт он, снимая плащ.
– И пахнет какими-то помоями.
Я резко обернулась, закрывая дверь. Чувства страха продолжало набирать обороты.
– Мм....
Он кинул плащ на столик возле двери и потряс пакетиком передо мной, словно надеясь на мою улыбку:
– Я остановил выбор на той новой пекарне, - пояснил он.
– Они пекут яблочные булочки, за вкус которых можно жизнь отдать.
– Вик, я....
Он поднял руку, останавливая меня:
– Знаю, знаю. Ты не любишь запеченные яблоки. Поэтому для тебя я взял не с яблоком, а с шоколадом.