Чтение онлайн

Полковник пехотных полков и обер-офицер адъютант морских полков. 1826–1828 гг. Акварель из «Исторического описания одежды и вооружения Российских войск…». Часть XIX. Лист № 83. (ВИМАИВиВС).

Между тем, 2-я бригада 1-й пехотной дивизии (3-й и 4-й морские полки) перешла границу 25 января в составе 1-го пехотного корпуса и 27 января заняла Ломжу. Но хорошо спланированное генерал-фельдмаршалом графом И.И. Дибичем-Забалканским наступление на центр польской линии сорвалось из-за внезапной оттепели. За несколько дней снег сошел с полей, реки вскрылись, дороги превратились в топи. В связи с этим граф Дибич вынужден был изменить свой план и, переправившись через Буг 30 января в Нуре, решил атаковать правое крыло поляков.

С переходом основных сил за Буг отряд К. Е. Мандерштерна оказался изолированным. В этой ситуации он примкнул 6 февраля к наступавшему на самом правом фланге русской линии Гренадерскому корпусу князя И.Л. Шаховского, составив его авангард.

Заняв Венгров и Седльце, граф Дибич дал войскам трехдневный отдых, после чего 5 февраля 1831 г. продолжил наступление к главной польской позиции у Грохова, защищавшей Варшаву с востока. 6 февраля русские войска заняли Минск (Новоминск), где 2-й батальон 4-го морского полка оставили для хлебопечения. На следующий день 1-й пехотный корпус должен был пройти по Брестскому шоссе лесное дефиле и выйти на Гроховскую равнину у корчмы Вавр. Это движение не предполагало боевых действий, поскольку 2-я польская пехотная дивизия генерала Жимирского спешно отступала перед превосходящими силами графа Дибича. Однако утром 7 февраля на помощь Жимирскому подошла 4-я пехотная дивизия генерала Шембека, а вскоре прибыл предводитель польских войск генерал Хлопицкий с 1-й и 3-й пехотными дивизиями. Таким образом, поляки быстро собрали свои главные силы против ничего не подозревавшего передового русского корпуса.

Когда в 9 часов утра авангард 1-го корпуса показался из леса, 5 польских батарей встретили его огнем более 40 орудий. После этого пехота Шембека и Жимирского дружным ударом смяла головную егерскую бригаду 1-й пехотной дивизии и, преследуя ее по шоссе, стала охватывать лесом правый русский фланг. Услышав канонаду, граф П. П. Пален приказал основным силам корпуса двинуться бегом и, прибыв к месту боя, с ходу направил 3-ю пехотную дивизию в лес, оставив три батальона морских полков в резерве. Вскоре появился граф И.И. Дибич и послал в лес подкрепления, в том числе 1-й батальон 4-го морского полка. Сражаясь в лесу, батальон потерял убитыми более 10 солдат, ранеными 29 человек, без вести пропавшими 4. В то же время 3-й морской полк сменил левее шоссе потрепанный 2-й егерский полк 1-й батальон подполковника Я.Ф. Шлотгауера рассыпался в стрелки и занял перелесок, а 2-й батальон вместе с полковым командиром полковником Н.Я. Сафоновым встал на позиции, подкрепляя русскую кавалерию на левом фланге.

Около полудня к полю битвы с правого фланга подошел Отдельный Литовский корпус барона Г.В. Розена и стал теснить польскую пехотную дивизию, угрожая зайти Шембеку и Жимирскому в тыл. Видя это, граф Дибич приказал кавалерии дружно атаковать противника. Конно-егерский Его Величества Короля Вюртембергского полк [18] лихим ударом опрокинул 3-й полк польских конных егерей. Тогда генерал Хлопицкий приказал 2-му батальону польского Гренадерского гвардейского полка ударить в штыки и оттеснить поддерживавший русскую кавалерию 2-й батальон 3-го морского полка. Польские гренадеры смело пошли в атаку. Но полковник Н.Я. Сафонов хладнокровно выжидал их приближения. Подойдя на 100 шагов и видя неподвижность русских рядов, гренадеры замялись и остановились. Разгневанный Хлопицкий подскакал к батальону, чтобы лично вести его в атаку. И тут Сафонов дал залп, выбивший первую шеренгу гренадер, а также лошадей под свитой генерала. Началась неразбериха. В этот момент Сафонов ударил на гренадер в штыки, а с флангов и тыла на них налетели Вюртембергские драгуны. Польские гвардейцы были смяты, загнаны в болото, где истреблены или взяты в плен вместе с их командиром подполковником Киверским. Батальон Сафонова многих гренадер положил штыками на месте и захватил 20 пленных. Видя дальнейшую невозможность остановить выход русской пехоты из леса, Хлопицкий отвел свои потрепанные войска к Гроховской позиции в 4 верстах от Варшавы. В сражении при Вавре 3-й морской полк потерял убитыми и ранеными 52 человека. 14 нижних чинов, в том числе 6 фельдфебелей, наградили Георгиевскими крестами.

Фрагмент плана сражения при Вавре 7 февраля 1831 г. Раскрашенная гравюра. 1863 г. (Музей-панорама «Бородинская битва»). На плане русские войска обозначены зеленым цветом, польские — оранжевым и красным.

В это время Гренадерский корпус, имея в авангарде 1-й и 2-й морские полки генерал- майора К.Е. Мандерштерна, почти беспрепятственно наступал на правом фланге русской линии. 8 февраля он перешел Нарев в Остроленке, прошел Пултуск и 11 февраля был уже в Сероцке. В тот же день Мандерштерн атаковал Зегрж, оттеснил защищавший переправу 4-й батальон 8-го линейного полка и занял предмостное укрепление. Затем морские солдаты перешли по льду Буг и починили сломанный в двух местах мост, обеспечив переправу Гренадерского корпуса. Утром 12 февраля польская кавалерийская дивизия генерала Янковского атаковала у Непорента русские войска, но была совершенно разбита и потеряла 2 орудия. Преследуя Янковского, князь И.Л. Шаховской стал сближаться с правым флангом основных русских сил.

Граф Дибич решил использовать этот успех и неожиданно обрушить Гренадерский корпус на левое крыло Гроховской позиции, смять его, выйти в тыл польской армии и, отрезав ее от Варшавы, припереть к Висле. Этот блестящий замысел должен был свершиться 14 февраля, но требовал от Гренадерского корпуса полной скрытности. И тут вмешалась роковая случайность.

Посланный к князю Шаховскому с приказом остановиться казак слишком поздно прорвался через польские кордоны. В результате Шаховской, увлеченный преследованием дивизии Янковского, 12 февраля атаковал селение Бялоленку в 10 верстах от Варшавы, занятую 2-й бригадой 1-й польской пехотной дивизии (2-й и 6-й линейные полки при 6 орудиях). Шедшие в авангарде Гренадерского корпуса 1-й и 2-й морские полки под командованием Мандерштерна около 14 часов вышли из леса и смело атаковали поляков. Они ворвались в Бялоленку и выбили из нее 2-й батальон 6-го линейного полка. Но за селом русских встретили 1-й и 3-й батальоны 6-го полка, которые контратакой отбросили морские батальоны, но лишь до середины Бялоленки. В домах и дворах завязался упорный бой. Противники стреляли друг в друга с 20 шагов, после чего бросались в штыки.

Карта восточной Польши, где проходили основные боевые действия зимой и весной 1831 г. Гравюра 1880-х гг. (Музей-панорама «Бородинская битва»).

Наконец, на помощь морским полкам подоспел Гренадерский Князя Суворова (Фанагорийский) и 5-й карабинерный полки. Князь Шаховской лично встал во главе морских полков и повел их в атаку. Ударом в штыки, без единого выстрела они выбили противника из селения. Потрепанная польская бригада отступила в соседнее селение Брудно, где к ней присоединился граф Круковецкий с 1-й бригадой 1-й пехотной дивизии. Общий урон русских войск в этом бою составил 652 человека. 1-й и 2-й морские полки понесли наибольшие потери и были отведены во вторую линию корпуса.

Но лихо взяв Бялоленку, князь Шаховской выдал прибытие Гренадерского корпуса к Гроховской позиции. Это крайне раздосадовало графа Дибича. Обрисовав князю ситуацию, фельдмаршал потребовал, чтобы Гренадерский корпус остановился в Бялоленке и не ввязывался в бой до 14 февраля, по-прежнему рассчитывая использовать его для флангового удара. Однако князь Шаховской сделал совершенно иные выводы. Думая, что против него находится вся польская армия, он 13 февраля решил отступить из Бялоленки на соединение с главными силами графа Дибича. 1-я польская дивизия графа Круковецкого тут же начала преследование. В это время граф Дибич, услышав канонаду, решил, что Шаховского действительно атакует вся польская армия и, чтобы спасти Гренадерский корпус от мнимой опасности, вынужден был на день раньше начать сражение, приказав фронтально атаковать сильную Гроховскую позицию.

Подпоручик 3-го морского полка в сюртуке. 1830–1833 гг. Иллюстрация по акварели из «Исторического описания одежды и вооружения Российских войск…». Часть XIX. Лист № 93. (ВИМАИВиВС). Во время похода офицеры обычно носили кивера в черных клеенчатых чехлах без помпонов.

Гроховское сражение 13 февраля 1831 г. стало самым кровопролитным за время Польской войны. Однако для морских полков этот день завершился с небольшими потерями, поскольку 1-й батальон 4-го морского полка находился в резерве у корчмы Вавр, а 3-й морской полк с 4 орудиями наступал на самом левом фланге от Гославской колонии на деревню Гоцлав. Здесь против морских солдат действовал батальон польских егерей Кушеля, рассыпавшийся в болотистом перелеске. Бой разгорелся около 10 часов утра. При помощи картечи жаркая перестрелка на левом фланге закончилась в пользу наших стрелков, преследовавших поляков через болото до самой Вислы. Потери 3-го морского полка оказались незначительными, поскольку полк наступал по болотистому кустарнику, где артиллерия и кавалерия врага не могли действовать успешно. Между тем в центре Гроховской позиции после четырех упорных атак русская пехота взяла ключевую Ольховую рощу, а кирасиры прорвали обе польские линии и прошли по тылам, истребляя все на своем пути. К 16 часам сражение фактически завершилось. Предводитель польских войск генерал Хлопицкий был тяжело ранен и вынесен с поля боя. Польский главнокомандующий князь Радзивилл совершенно растерялся. Принявший руководство Ян Скржинецкий пытался восстановить линию обороны, но его войска, потеряв 12 тысяч человек и 3 орудия, откатились за Вислу.

Русские потери при Грохове тоже оказались велики и достигали 9400 человек, в основном из полков Отдельного Литовского корпуса. В 3-м морском полку были убиты 8 нижних чинов, ранены подпрапорщик Ванцевич и 35 нижних чинов, 30 солдат пропали без вести. 7 нижних чинов получили Знаки отличия Военного Ордена Св. Георгия. Командир полка полковник Н. Я. Сафонов за храбрость при Вавре и Грохове был награжден орденом Св. Анны 2-й степени, а командир 1-го батальона подполковник Я. Ф. Шлотгауер — орденом Св. Владимира 4-й степени с бантом.

Кроме того, еще 10 офицеров 3-го морского полка получили боевые ордена, а двух подпрапорщиков и двух унтер-офицеров произвели в офицеры.

Под конец Гроховского сражения на поле битвы пришел Гренадерский корпус, соединившийся с войсками графа Дибича. В связи с этим 15 февраля 1-й и 2-й морские полки снова поступили в свой 1 — й пехотный корпус. Однако, одержав победу, русские войска оказались в трудном положении. Польская армия укрылась за Вислой, лед на которой вскрылся. Мост через реку защищал мощный тет-де-пон и предместье Прага, для штурма которых графу Дибичу требовались осадные орудия. Запасы патронов и провианта уже были истощены. Войска понесли серьезные потери и нуждались в пополнении. Например, численность морских полков сократилась в среднем на треть. В итоге граф Дибич решил взять стратегическую паузу и 24 февраля отступил на зимние квартиры. До середины марта морские полки находились недалеко от Варшавы на квартирах в районе Колбель — Осецк.