Чтение онлайн

И среди всего этого - поляна.

Несколько деревьев, тонких, почти прозрачных, светятся едва заметным голубоватым светом. Вокруг них вальсируют те самые светлячки.

Идеальное место.

Я нахожу камень - нет, не камень. Это ящик, обросший ракушками. Сдвигаю его, копаю под ним небольшую нишу.

Затем обращаюсь к сумке:

50 000 USD. Неограниченный срок хранения.

Она тяжелеет, будто наливается свинцом. Я вытаскиваю пачки, заворачиваю их в плотные пакеты (спасибо, сумка, за упаковку) и прячу в нишу.

Закапываю. Возвращаю ящик на место.

Клад зарыт.

Пора возвращаться.

Я уже почти поднялся до яруса -5, когда услышал шорох.

– Кречет.

Голос знакомый.

Оборачиваюсь - Малыш.

Он стоит в тени, ухмыляется.

– Я следил за тобой.

– И?

– На полдороге потерял. Ты хорошо прячешься.

Я смотрю на него, оцениваю. Парнишка лет семи, но ведёт себя как старый волк.

– Что тебе нужно?

– Ты интересный. У нас уже был один, похожий на тебя.

– Да? Чем похожий?

– У него тоже были вещи старого мира.

Меня будто током бьёт.

– Тот, что построил империю за морем?

Малыш смеётся.

– Нет, это было лет семь назад, не тысячу.

– А мне говорили, ты на корабле с самой постройки.

– Всего несколько лет, - парирует он.

– И у него тоже была сумка?

– Не-а. Только несколько странных штук. Коробочка, загорающаяся на конце, коробочка, чтобы делать маленькие картины, коробочка, играющая мелодии…

Он тянет руку, я достаю доллар, показываю.

– А такие штуки у него были?

– Да, - кивает он.
– У него их было много. Хотел купить за них вещи. Но их никто не брал.

– И как он всё это богатство сюда протащил? Охрана не отобрала?

– Раньше всё было по-другому, - говорит он.

– Как - по-другому?

Малыш пожимает плечами:

– Не так, как сейчас...

– И что с ним стало? С тем парнем?

– Безликие, наверное. А бумажки и остальные вещи он спрятал.

– И ты знаешь где?

– Может быть. Но мне нужно кое-что взамен.

Я вздыхаю.

– Сладостей ещё хочешь?

– Нет. Я те ещё не съел.

– Ты не тяни, - говорю я, - Они быстро портятся.

Достаю телефон, продлеваю срок хранения конфет еще на неделю.

Он протягивает мне что-то - этикетку от лекарства.

– Достанешь мне такие – покажу место, где те вещи спрятаны.

Читаю: ACTIQ pro.

– Фентанил? Тебе не рановато такое? Откуда это?

– Он их себе колол. И мне давал, в обмен на вещи.

– И сколько тебе было?

– Шесть.

– А сейчас?

– Двенадцать.

– Двенадцать? Ты выглядишь на семь от силы.

– Спасибо.

– Это не комплимент.

Я возвращаю этикетку.

– Таких у меня нет.

– Жаль, - вздыхает он, - От них спится крепко. И сны хорошие.

– Не сомневаюсь.

Я иду к лестнице на следующий ярус. Он бежит следом.

– А похожие есть?

– Нет.

– А что есть?

– Есть жабье вино, - говорю я, пытаясь сбить его с толку, - Хочешь глотнуть?

Он смеётся.

– Оно вкусное, - говорю я.

– Нет.

– И полезное, - добавляю.

– Нет.

– Ты вырастешь большим и сильным, - продолжаю я.
– Как я. Даже больше. У тебя появятся жабры. Сможешь плавать под водой и ловить лягушек. В них протеин. Тебе нужен протеин, парень. А то мелкий ещё.

– Я не мелкий!

– В твои годы я был вдвое больше. Ешь мясо, а не колись всякой дрянью.

Он хмурится, но идёт за мной.

– А сколько тебе лет? – спрашивает он.

– Не знаю. Семьдесят где-то.

– Чего-о-о? – фыркает он, - Ты выглядишь как Царап, хоть и больше его. А царап меня всего на пару лет старше.

– Не говори ерунды.

– Это ты не говори, - смеется он, - Семьдесят.

Идём некоторое время молча.

– Слушай, - спрашиваю я, - А что у вас тут вообще спросом пользуется. Ну, кроме «слёз» и фентанила. Есть лекарства, которые не готовит старый Мика?

Малыш чешет голову.

– Тут многих мучают плохие сны. От них тяжело проснуться, и они причиняют боль.

– Боль? Душевную? – спрашиваю я, - В сердце?

Он качает головой.

– Во всём теле. Сильная боль. Целителей мало и они не справляются – а слёзы стоят дорого.

– Понял, - киваю я, - Значит спрос на что-нибудь болеутоляющее.

Достаю телефон и начинаю перебирать варианты.

Я возвращаюсь к лагерю жёлтых с запозданием, но Астра всё ещё ждёт меня в тени у ворот. Её одежда напоминает наряд той женщины-рекрутера - длинное платье-накидка с капюшоном, сейчас откинутым на плечи. Волосы подвязаны жёлтой лентой, и это единственное, что выдаёт её принадлежность к Просвещённым.

– Привет, - говорю я, останавливаясь в шаге от неё.
– Хорошо устроилась?

Она пожимает плечами, но в её глазах читается усталость.

– Мой маскарад раскрыли сразу. Отправили в женскую казарму. У Просвещённых много женщин - они работают в библиотеке при храме.

– А Красавчик?

– Не видела его с тех пор, как нас разделили. Думаю, он в учебной зоне.
– Она оглядывает меня, задерживает взгляд на моей груди.
– Где твоя повязка?

– Не выдали. Наверное, не заслужил.

Её фиолетовые глаза сужаются, но она не комментирует. Вместо этого я достаю из сумки пачку графиков - свежие курсы валют и те, которые она когда-то начертила.

– Вот. Проверь, совпадает ли с реальностью.

Астра берёт листы, пролистывает, кривится.

– В библиотеке на меня свалили кучу работы. Разбирать архивы, переписывать книги...

– Не страшно. У тебя есть пара недель, пока старые графики не устареют.

Она заворачивает бумаги в полы платья, потом смотрит на меня.