Чтение онлайн

Никакой еды, только идеальное безжировое тело!

На тридцать первое мая у меня было запланировано ежегодное обследование в папиной больнице. Мне не очень хотелось ехать в пахнущий таблетками дом, потому что предстояла обязательная сдача крови из пальца. С детства меня преследовал страх перед этой маленькой, тоненькой железной штуковиной, которой протыкают беззащитный маленький пальчик.

Перед страшной процедурой нужно было сходить на флюорографию, а после отправиться на рентген ребер, которые и без того было прекрасно видно без специальных усилий.

Я зашла в кабинет, а молоденькая медсестра спросила:

– Тебя, наверное, совсем дома не кормят?

– Я сама не ем, – резко ответила я.

– А надо бы, слишком худая.

В ответ она получила молчание. Эти наставления начинали раздражать.

«Почему все вокруг пытаются меня накормить? Если им так хочется есть – пожалуйста! Только прошу оставить меня в покое!» – думала я, пока рентгеновские лучи насиловали мои исхудавшие ребра.

Я не хотела выходить из железной кабины в предчувствии самого ужасного момента пребывания в больнице.

Пять минут до кабинета сдачи крови показались мне дорогой на плаху к палачу. У меня подкашивались ноги, и меня всю трясло… Вот, я уже сижу на стуле, а к моему дрожащему пальцу приближается железная пластинка. Я зажмурила глаза и приготовилась кричать, но, к своему удивлению, ничего не почувствовала. Через минуту процедура закончилось, и, быстро выбежав в коридор, я направилась в папину ординаторскую. Я шла с облегчением, думая, что самое страшное позади, но, оказалось, бывают вещи похлеще.

Моя глупая голова забыла, что после сдачи крови необходимо выпить чай с сахаром или съесть что-нибудь сладкое для восстановления гемоглобина в крови.

Когда в ординаторской мне протянули кружку с горячим сахарным чаем, я резко откинулась назад и, с ужасом вытаращив глаза, сказала:

– Нет! Вы что, с ума сошли? Тут же сахар!!!

– Всего две ложки, – ответил врач.

– Всего? По-вашему, две ложки это мало? Вы издеваетесь.

Я почти плакала, потому что была уверена, что именно эти две ложки заставят меня снова располнеть.

– Ну а просто чай выпьешь? – спросил папа, садясь рядом.

– Да.

Все пять человек, находившихся в ординаторской, смотрели на меня с нескрываемым удивлением, явно не понимая, что со мной происходит, а я радовалась чудесному спасению от сахара.

Спустя десять минут медсестра отдала результаты анализов, после просмотра которых я убедилась в странности нашей медицины. Почти 17 лет врачи убеждали, что у меня вторая группа крови, и поэтому я, как умная Маша, отказывалась от потребления многих продуктов, боясь поправиться, а тут выяснилось, что на самом деле у меня никакая не вторая, а самая первая, положительная!

Теперь в рацион было необходимо включить мясо, морепродукты, а иногда даже баловать себя молóчкой. Это компенсировало мои пережитые страдания.

Сразу после посещения больницы я попросила маму заехать в супермаркет. Там, среди полок с йогуртами, я чувствовала себя самым счастливым человеком на свете. Если мне не изменяет память, то тогда в тележке их оказалось около 15 штук.

Июнь. Рост: 157. Вес: 38,000 кг.

Хорошая учеба в течение всего семестра принесла мне бонус в виде «автоматов» по всем предметам, и с первого июня летние каникулы вступили в свою законную силу.

Не успел начаться долгожданный первый летний день, как А. предложил встретиться. Я охотно согласилась, теперь мне нельзя было упускать любую возможность прогуляться.

«Во сколько встретимся?» – отправила я SMS. «Давай часа в 4?» – через секунду был получен ответ. «Ок, пойду собираться».

Подойдя к шкафу, я поняла, что в такую жару мне нечего надеть, и не только потому, что в ломящемся от одежды шкафу нет ничего подходящего, но и оттого, что вся без исключения летняя одежда стала мне велика. Пришлось отложить прогулку на день и немедленно отправиться с мамой в ТРЦ. Она единственный человек, с которым я люблю ходить по магазинам. Невероятно, как ее взгляду всегда открываются уникальные вещи, спрятанные в куче заурядных тряпок, которые, пройдя тщательный критический мамин отбор, торжественно отправляются на кассу.

Во время праздничного шествия в честь Дня защиты детей я бродила в поисках летних шорт, маек, платьев и юбок моего мизерного размера. Все, что привлекало мое внимание, оказывалось огромным, и я жалела о своей худобе, поддаваясь миллисекундному помутнению сознания, но моментально одергивала себя и с довольным выражением лица продолжала бродить меж магазинных отделов и наслаждаться отсутствием своего XS размера.

Изучив ассортимент нескольких магазинов, я повернула за угол, где находилась ZARA, славившаяся наличием крошечных размеров одежды. Я зашла внутрь. До того момента, пока на весах не показались заветные 38 килограммов, я ненавидела эту испанскую марку одежды за любовь к манекеновым стандартам. Производители как бы тонко намекали: «Хватит жрать, если хотите влезть в наши шмотки!» Но в тот день я получала неописуемое удовольствие, сознавая, что смогу спокойно надеть брюки 34-го размера и майку XS. Я стояла у полки с новой коллекцией и смотрела на прелестные шорты в морском стиле размера XXS.

– Ну и на кого они их пошили? Ты посмотри на это! – возмущенно обратилась я к маме, рассматривающей белое платье.

– Ты в них влезешь, точно говорю.

– Издеваешься? Я не особо-то и худая.

Да, тогда я была уверенна, что выгляжу стройной, а никак не худой. В голове щелкнуло, и возникла мысль, что мне необходимо стать настолько тощей, чтобы влезать в «заравские» шорты XXS.

– Посмотрим, сколько еще осталось сбросить, – схватив их, я отправилась в примерочную.

По пути я успевала ругать себя за то, что не достигла того тела, на которое шьют самые маленькие вещи.

Сюрприз! Шорты оказались мне впору.

– Мам! – радостно крикнула я, одернув шторку.

– Я же говорила, – она мило улыбнулась, а я крепко обняла ее за шею и запрыгала от радости.

После удачного шоппинга мама предложила перекусить.

– Ты хочешь кушать? – спросила она.

Я чувствовала себя настолько хорошо, что даже голод, мучивший меня со вчерашнего вечера, исчез.

– Нет.

– Ну немножко-то надо!

– Если только немножко, – впервые за последние месяцы я не ответила раздраженным отказом на предложение поесть.

Поднимаясь на эскалаторе на второй этаж к скоплению разнообразных ресторанов и кафе, я рассматривала посетителей этого места. Недалеко от входа моим глазам предстала огромная очередь в «Ростикс». Обезумевшие люди чуть ли не по головам пробирались к кассе, дабы заполучить сэндвич с куском жирной курицы, придавленным калорийной булкой и обильно смазанный майонезом. Где-то среди этого жирного безобразия был одинокий листик салата, который вызывал у меня уважение.

– Ты что там так внимательно рассматриваешь? – спросила мама.

– Пытаюсь понять, почему все эти люди едят этот отвратительный фастфуд.

– Им нравится. Я тоже люблю иногда там перекусить.

– Кошмар, не расстраивай меня, – ответила я, сойдя с трапа эскалатора.

Пообедав в итальянском ресторане, где моему желудку были предложены овощной салат без масла и зеленый чай, мы отправились в гипермаркет за продуктами.

Раньше, когда моя масса тела составляла 50 килограммов, оказавшись в подобном месте, Настина жирная задница первым делом бежала к сладкому, мучному, ну или, на крайний случай, к колбасному отделу. В те, как мне тогда казалось, доисторические времена мне было безразлично, какое количество калорий попадет в мой организм. 3000, 4000 или 5000 – неважно. Желание есть было основополагающим.

Теперь эти запретные зоны обходились стороной, привилегированное положение занял фруктово-овощной отдел. Когда я смотрела на чужие тележки, набитые хлебом, маслом, пачками макарон, тортами, пирожными, замороженной пиццей, жирной масляной рыбой, горами разной колбасы и упаковками пухлых сосисок, мне становилось жутко от мысли, что еще несколько месяцев назад я была такой же сумасшедшей пожирательницей, как эти люди с тележками.

Было тяжело знать, что и моя любимая мамочка – жуткая сладкоежка.

Заруливая в отдел сладостей, было приятно понимать, что я больше не нуждалась в ежедневном потреблении шоколада, конфет, тортов и булок.

– Вот тебе обязательно это есть? – спросила я, когда мама взяла упаковку свежеиспеченных шоколадных кексов.

– Да, они меня радуют.

– Удивительно! – рассмеялась я над ее ответом.

– Ты не ешь, а я буду, – сказала она и показала мне язык.

– Мама, блин. Пошли давай.

Через час мы были дома. Хвастаясь обновками перед вторым родителем и старшим членом семьи, я только и слышала от папы: «Худая, как велосипед!» и от бабушки: «Теперь можно и поправиться на пару килограммов».

Они все еще не понимали, что чем чаще они будут говорить подобные фразы, тем кайфовее будет мне.

День начался с контрольного взвешивания. Ровно 38 килограммов.

Какое счастье видеть эти цифры каждое утро! Они делают мою жизнь лучшее и приятнее.

«Сегодня я вернусь под вечер, возможности пообедать не будет, а значит – можно позавтракать», – чистя зубы и одновременно махая ногой, думала я.

Мама и бабушка чуть ли не запрыгали от радости, когда в маленькую тарелочку я положила овсянки с фруктами и взяла небольшой хлебец с плавленым сыром. Это был первый завтрак за долгое время.

Стрелки часов показывали двенадцать, а, следовательно, до встречи с А. у меня оставалось три часа, и можно было немного пробежаться. Спустя двадцать минут и преодолев два с половиной километра, я пошла собираться. Так получилось, что это была наша первая долгая прогулка вдвоем. Мы много переписывались в «ВК», но встречались мельком, на улице, иногда пересекались в разных компаниях, и нам никогда не удавалось пообщаться тет-а-тет.

Парень опоздал на пятнадцать минут, объяснив это проблемами на дорогах.

Я, как и прежде, не была от него в диком восторге. Оттого, что думы о личности Мистера О. настойчиво не покидали мой мозг.

Манера общения А. сильно отличалась не только от той, которую я наблюдала в виртуальной жизни, но и от манеры общения всех парней, с которыми мне доводилось пересекаться. Этот молодой человек не упускал любую возможность обозначить, что он невероятно классный, а все вокруг лишь мелкое дерьмишко. Меня это сильно раздражало, однако его чертовски привлекательная внешность, как мне тогда казалось, восполняла эти «чудесные» рассуждения о ничтожествах окружающего мира.

– Мне нужно ехать домой, – сказала я, когда пройдя энное количество километров, мы сели на лавочку отдохнуть.

– Уже? Всего же семь часов.

– Я завтра уезжаю, вставать очень рано, и еще нужно успеть собраться.

– Куда ты уезжаешь?

– В санаторий.

– С кем? – поинтересовался А.

– С мамой.

Мы давно собирались съездить в лечебно – профилактическое учреждение и поправить здоровье, а сейчас, когда худоба брала верх, это стало особенно актуальным. Из-за голода и ограниченного питания у меня появились проблемы с желудком и кожей, а волосы выпадали клочьями. Нужно было восстанавливаться, пока не стало слишком поздно.

Первое, что я сделала после встречи с А. – отправила ему SMS-сообщение, содержание которого до сих пор заставляет меня сомневаться в собственной адекватности: «Скажи, я сильно толстая?» Это было крайней точкой идиотизма, но мне нужно было знать его мнение. «Ты сильно худая», – ответил парень. «Прекрасно», – подумала я.

6:00. Автовокзал.

Через двадцать минут мы уезжаем в санаторий. Мама думала, что там я немного поправлюсь и начну нормально питаться, но у меня были совсем другие намерения. Мысль о том, чтобы сбросить еще парочку килограммов, не покидала меня вот уже четыре дня. Мне хотелось весить 36 кг. Для каких целей – непонятно.

Четыре часа в автобусе – и мы на месте. Проезжая мимо дивных сибирских пейзажей, я успела найти складку на животе, обвинить свои худощавые ноги в чрезмерной полноте и заметить несуществующие бока. Теперь у меня была одна цель – избавиться от вымышленных недостатков тела.

В двенадцать часов я и мама заселились в уютный номер с видом на лес и поле одуванчиков. Мне хотелось скорее приступить к реализации своих безумных планов. Спустя тридцать минут после приезда к нам постучали и сообщили о том, что нужно отправиться на прием к врачу, который назначит курс лечения и определит, какие процедуры нужно посещать.

Странно, но почему-то, по моим наблюдениям, 90 % всех женщин-врачей имеет чересчур полные формы, вот и эта милая старушка не была исключением. Она с трудом умещалась на стуле. Смотря на эту женщину, я спрашивала себя, как ей не тяжело носить такой груз жира и как так было можно запустить себя?

После вопроса о цели моего пребывания здесь она знала только о проблеме с желудком и кожей, про похудение я додумалась умолчать. Врач, назначив различные процедуры и прописав чай, который должен был помочь моему бедному желудочку снова нормально функционировать, отправила нас на обед. Милая, добрая мама позаботилась о том, чтобы у меня не было возможности выбрать себе питание, и в результате неделю мне предстояло довольствоваться прелестями шведского стола, изобилующего жирной пищей.

– И что мне тут есть? – спросила я, подойдя к большому столу с кучей жирной еды.

– По-твоему, нечего?

– Тут все на масле! – повысив голос, ответила я.

– Ничего страшного, – спокойно отозвалась мама.

– Прекрасно! Тогда я вообще ничего не буду есть!

– Настя, это уже до абсурда доходит.

– Переведи меня на другое питание!

– Положи себе овощей и не возмущайся.

Я послушалась, но была очень зла на то, что мне не оставили право выбора.

После обеда мы вернулись в номер. Трехминутная дорога от столовой до комнаты сопровождалась удивленными взглядами проходящих мимо людей. Они даже не стеснялись пялиться на меня и говорить со вздохом: «Какая худая девушка», но теперь подобные высказывания не вызывали у меня чувства радости, они стали неотъемлемой частью моего обычного дня.

Оказавшись в номере, я занялась составлением расписания своих процедур. В обязательную программу входили озонотерапия, гидромассажные ванны и сауна. Помимо этого, ежедневные занятия аквааэробикой, упражнения в тренажерном зале, игра в большой теннис, двухразовая пробежка и баня на протяжении восьми дней. Я уже забыла о своем желудке и сухой коже, мне нужно было срочно худеть.